Окно в Европу (СИ) - Бондаренко Вадим

- Эту проблему мы решим, так или иначе… Грохх, в любом случае отправлять сотни людей ради спасения нескольких - безрассудство!

- А я не согласна с этим! Нас четверо, мы можем захватить сознание любого из людоедов, и вложить туда наши мысли!

- И как ты это себе представляешь, Туатта? На контакт твой “кавалер” не идёт, наведённые гипнозом мысли у простых людей исчезнут через несколько дней, а сами они, очнувшись в незнакомом месте, могут вообще с ума сойти! Проще тогда их сразу в Первую Пещеру отправлять…

- Дим, послушай - мы ведь можем брать под контроль отдельные небольшие рода, и внушать им мысли о том, что их дети отправятся в место, где будут счастливы! Пусть на время, но они не будут сопротивляться, а мы… я… Я постараюсь подобрать к оставшимся сиротами детям нужный ключик!

Мысль хорошая, тут не поспоришь, да и я ничего лучшего тоже придумать не смог. Пускай этих детей будет немного, но в будущем это даст нам ещё больший запас прочности для всей неандертальский цивилизации. К тому же, там могут оказаться уникальные генетические линии, одни из самых первых, ещё не разбавленных примесью кроманьонской крови. Взрослых людоедов мне не переделать, слишком глубоко в их сознании укоренились эти привычки - это было бы все равно, что пытаться изменить головорезов Варга. Но похищенные таким образом дети будут считать, что родители сами от них избавились, и не перенесут негатив на нас. Построить интернат, окружить вниманием и заботой, нагрузить учебой и тренировками так, чтобы на посторонние мысли вообще времени не оставалось - может и сработать!

- А с их красавцем-энноем что делать будем?

Хаким, все это время больше слушавший, чем говоривший, не оставил без внимания дикого “ухажёра” Туатты.

- От него придется избавляться, я так думаю. Грохх, помнится, ты обещал меня научить тому, как поглощать силу слабых Говорящих с огнем, даже если они этого не желают. Поможешь?

- Нет там ничего сложного, Дим… то же убийство, только не тела, а разума. Совесть тебя потом не будет мучить?

- Ни капельки. Я буду считать это санитарной операцией, а не убийством.

Старик с сомнением покачал головой, но возражать не стал.

- Тогда все дело за судостроителями, две-три зимы это у них точно займет. А если наши химики быстро наладят добычу селитры - то я попробую сделать весь путь к Пиренейскому полуострову немного короче и удобнее.

На том и порешили - все равно именно сейчас мы ничего не могли сделать…

Весной, едва талая вода сошла, воздух прогрелся, а дороги немного просохли, от города во все стороны отправились небольшие караваны. Первый, самый большой - за марганцевой рудой, ее он затем доставит прямо к железному руднику. Второй, чуть поменьше, часть дороги проделал с солеварами, а затем отклонился в сторону, к медному месторождению. Третий и четвертый отправились на юг, их целью стали месторождения серы, вполне съедобной, как выяснилось, розовой соли и графита.

Большую часть новичков распределили подсобными рабочими, некоторых, посмекалистее - отправили к строителям. Те уже начали подготовку к закладке фундаментов новых производственных зданий и жилых домов, копая траншеи и подвозя к ним телегами горы камней.

Так, первым в очереди стало строительство большого навеса рядом с селитряными ямами и установка там нескольких рядов вместительных бочек и котлов, где будет растворяться, фильтроваться, выпариваться и очищаться нитрат калия. Из одного куба земли получалось от пяти до семи килограмм чистого вещества. Учитывая наполненность каждой ямы - где-то четыреста пятьдесят кубических метров, и производительность команды рабочих - около пяти кубометров сырья в день, до морозов был шанс переработать две из них, и получить примерно пять с половиной тонн селитры. И, как бонус, целую гору хоть и бедных по составу, но все же удобрений - отходы этого производства позволят увеличить урожайность всех наших садово-огородных культур ещё больше!

Выбрались на ещё черную от влаги землю и работники сельского хозяйства - у них начиналась самая горячая пора, ведь с учётом прошлогодних пополнений коллекции растений работы значительно прибавилось. Часть высаженных саженцев теплолюбивых деревьев не выдержала лантирской зимы, и погибла. Но благодаря большому количеству привезённого посадочного материала даже при таких потерях оставалась надежда сохранить каждый вид. Зато семена всходили прекрасно - и трав, и кустарников. Даже грецкие орехи, принесенные людьми Хакима, и посаженные под зиму, дали всходы.

Бараны перезимовали без проблем, их уже выгнали на быстро отрастающую траву пастись. Заморские козы, пещерные медведи и хищники из нового пополнения зверинца тоже легко перенесли холода. Небольшой падеж был только среди молодых страусят, они хоть и пережидали холода в отапливаемом сарае, но все равно к весне мы не досчиталась десятка голов. Придется в этом году снова отправлять небольшую, но хорошо вооруженную группу людей в Крым, инкубировать страусиные яйца…

В этом году сразу пять семей обратилась ко мне с просьбой помочь начать свое дело, и я, выслушав все идеи, выдал четыре довольно крупных кредита, всего под один процент годовых.

Первым предложением стала голубиная ферма - ориентированная на выведение крупных птиц для дальнейшего производства мяса, и, попутно - яиц. Впрочем, мои предложения по селекции в направлении пуховых, декоративных и спортивных пород, способных очень быстро летать, а со временем даже переносить почту, возражений тоже не вызвали.

Вторая идея касалась разведения сурков. Местные колонии этих животных пока успевали восполнять потери, но долго это не продлится - население Лантирска росло и требовало все больше качественного меха для зимней одежды. Пара энтузиастов - молодых парня и девушки, только в прошлом году создавших семью - предложила строить искусственные норы, совмещённые с клетками-убежищами, и содержать животных в больших вольерах, защищённых от хищников, с легкодоступным и калорийным кормом.

Третий и четвертый проект ориентировались на добычу этого самого корма, правда, в основном для птицы, и, в будущем - для рыбы. Речь шла о строительстве специализированных мини-хозяйств по выращиванию дождевых червей и мух, точнее, их личинок - опарышей.

А вот последнюю идею - начать отлов детёнышей шерстистых носорогов, я пока отклонил, предложив подождать до следующей весны. На ее реализацию в текущем году просто не оставалось времени…

Звероловам и так предстояло выполнить ряд очень трудных задач - поймать молодняк зубров, бизонов и мамонтов. Если с первыми двумя ещё можно было справится, элементарно уничтожив большую часть стада - наши столовые, коптильни и ледники уже легко могли поглотить десяток, а то и больше, говяжьих туш одновременно, то нападать на взрослых степных великанов до сих пор никто из нас не решался. За все это время лантирцы убили только пятерых старых, сильно ослабленных, мамонтов. Даже лучшие охотники не представляли, как отбить у таких противников их детёнышей.

Но в этом году все изменилось - у нас появились взрывчатые вещества. Огня мамонты побаивались, но, в отличии от тех же лошадей или ослов, не паниковали, просто всем стадом неспеша отходили от источника возможной опасности. Я предложил дополнительно с огнем и дымом использовать пороховые хлопушки - звуковые удары по чувствительным ушам гигантов мог стать той последней каплей, что обратит их в бегство…

Пока строители возводили крепкие ограды из бревен для будущей добычи, а охотники занимались массовым истреблением копытных и отловом осиротевших телят, к первой наблюдательной вышке выдвинулись ковбои Река. Подростки хорошо освоились с ловлей более мелкой добычи в прошлом году, и, пока лошади ещё могли нести на себе этих седоков, парням поручили новое дело, намного опаснее предыдущего. Позже эту авантюру мне во всех подробностях описал его отец: