Дамнат (СИ) - Ростислав

Рогволод усмехнулся и потер руки. Все, Иенааль попался. Теперь он его не отпустит. Камилл заерзал. Вот опять: от долгого сидения начинала болеть задница и сводить ноги. Как всегда некстати.

— Пес!

— Да, господин?

— Подушку ты прихватить забыл, верно? Знал ведь, что мне предстоит важный разговор с господином Иенаалем!

— Не знал, господин.

— Ах, ты еще спорить будешь! — Рогволод схватил трость и ударил слугу. А скорее неловко ткнул в живот. Вряд ли эта бестолковая детина что-то почувствовала. Рогволод подумал, что экзекуция скорее вызывала жалость, чем страх. Еще одно напоминание, что ему давно пора на тот свет. А ведь когда-то он охаживал нерадивых плеткой… Некоторых забивал до смерти…

— Простите, господин, — пробормотал Пес.

— Глупая ты скотина!

— Простите, господин.

— Жевра!

— Я слушаю, архонт?

— Сними свой армяк и постели на кресло.

— Слушаю, архонт.

Иенааль наблюдал за тем, как два дюжих мужика поудобнее устраивают немощного старца с нескрываемым отвращением. Только проклятые имеры могут так презирать.

— Я знаю, что ты думаешь, — сказал Рогволод, вздохнув с некоторым облегчением. — Примерно так сношаются навозные жуки, верно? — он коротко скрипуче рассмеялся. — Жевра!

— Слушаю, Архонт?

— Принеси-ка воды, только потеплей, в горле пересохло.

Жевра удалился.

— Итак, о чем это мы? Ближе к делу, а то и я умаялся, с этими-то придурками! — Рогволод злобный метнул взгляд на Пса, отчего тот согнулся еще ниже. — Вот представьте себе, любезный друг, завоюете вы Аннату и подойдете вплотную к Аруту… Хм… Я вот думаю, хорошо вы придумали-то! Пустить на убой толпу этих мохнатых дикарей. Чтобы понять, что ваши правила чести не работают на поле боя, вам понадобилась тысяча лет, однако… Но не будем отвлекаться. Что дальше? Ответит кудха на вопрос, как погасить Источник?

— Да, у нас есть способ, туша.

Рогволод опять рассмеялся.

— Туша, туша. Пусть так. Пусть мы паразиты, выедающие твои внутренности, бадра. Еще раз назовешь меня тушей, начнутся опыты. Жевра у нас мастер на это.

Смотритель к тому моменту вернулся с кувшином в руке. Услышав последнее, он плотоядно усмехнулся.

— Давай поговорим без оскорблений, — предложил Рогволод. — Итак, вы знаете, как погасить Источник. Но как вы подберетесь к нему?

Иенааль смутился.

— Концентрация сырой магии, того, что в народе зовут скверной, в Аруте просто невероятно высока, — не унимался камилл. — Вы не сможете даже приблизиться к источнику. Вы умрете. Все, как один, включая вашего любимого Ассадху. Умрете в мучениях, в безумии. Будете засылать толпу за толпой и все без толку. На что Ассадха надеется? На магию древних, что его якобы оградит? Или он хочет возвеличить себя в веках, как великий, но чрезвычайно глупый герой? Я знаю, что это авантюра, Иенааль.

Рогволод умолк, переводя дух. Отхлебнул из поднесенного Псом кувшина. Как Пес ни старался, но струйки воды все равно пролились на впалую грудь Рогволода.

— Как выйдем наружу, обязательно отдам приказ тебя выпороть, пес смердячий! — разразился бранью Рогволод. — Опять принял на грудь, сучий потрох? Я что тебе говорил об этом?

— Простите, господин!

— Вот видишь, почтенный Иенааль, я можно сказать властелин и полноправный хозяин здешних мест, а то и всей Аннаты, чего там! Но не могу отучить этого вшивого подлеца от пьянства! Что скажешь, родимый? А, что я тебе говорю… Ну, так ты понял меня?

— Что ты предлагаешь? — холодно поинтересовался Иенааль.

— Сотрудничество, золотой мой, сотрудничество! Взаимовыгодное. На пользу обоим народам, ради будущего благоденствия и процветания. Это зло в Аруте, что вот уже тридцать лет отравляет нам всем жизнь, надо наконец, искоренить. Не надо так смотреть на меня! Я хоть и злодей, но не самоубийца же! Мои люди, специально обученные, подготовленные, проведут ваших. Это будет непросто, но выхода нет, не так ли? Ведь затем вы отважились на такой шаг? Нам всем грозить погибель, верно? Я слышал мнение, что Источник неиссякаем. И зараза будет распространяться. Дальше и дальше. Покуда мы все не сойдем с ума.

Иенааль молчал. На этот раз он размышлял. Рогволод не дал ему времени усомниться.

— Не забывайте, милый сердцу товарищ, что в моей идшуканте полно бывших таинников. Эти люди веками учились укрощать Источник, до того, как… Не будем об этом. Так что, дело верное. Я, Рогволод, предлагаю помощь Ассадхе. А ты, как чистокровный, можешь искупить грех прикосновения к людям невероятной пользой. Для всех нас. Вернуться к семье ты не сможешь, сам понимаешь, но смоешь позор. Так что, думай!

— Допустим, я тебе поверю. Что дальше?

— Я отпущу тебя. Вот так просто. Даже без условий. Таким, как ты, условий не надо. Я и так знаю, куда ты отправишься и зачем. Выбирай, Иенааль, Волк Пустошей. Время не ждет. Срок тебе до завтра. На этом разреши откланяться. Унеси меня прочь из этой вонючей дыры, Пес.

Иенааль рассмеялся. Тихим и очень мелодичным смехом.

— Что такое? — не без раздражения спросил Рогволод.

— Есть проблема, ту… камилл.

— Какая же?

— Я должен взять тебя с собой и пред ликом Ассадхи подвергнуть влаэдватве. Тогда он меня выслушает. Иначе никак. Не забывай, Ассадха принес великую жертву, а я всего лишь опозорился. Разница просто чудовищная. По всем нашим законам, я должен свершить чиджра, как только обрету свободу. Убить себя чиу́н-таэ́, если ты не понял. С живым мертвецом никто разговаривать не станет, даже отверженные в пустошах.

— Ах вот оно как? Что такое вла… как там?

— Священная смерть. Только несущий кровь… как у вас? Кровь королей. Если я омою стопы Ассадхи королевской кровью, то буду прощен и смогу говорить с ним.

Рогволод хихикнул.

— Ну ты рассмешил, негодник! Ты что же, записал меня в короли? Боюсь тебя разочаровать, милый мой. Я сын портного. Чернь мракобесная. И потом — посмотри на меня! Разве я выдержу столь долгий путь? Даже до Басилита, который, вроде, скоро осадит твой герой-вояка. Да я подохну уже через час!

— Если ты не подходишь, тогда кто?

Рогволод призадумался.

— Если ничего другого не остается… Тогда надо пленить Канга.

— Как я это сделаю? Да еще в одиночку?

Рогволод хитро прищурился. Облизнулся.

— Кажется, я знаю, что делать. Я дам тебе в сопровождение двух помощников. Идите в Басилит и свяжитесь там с нашими ребятами — вордурами. Ими командует Григ. На редкость безмозглый человек, но в умелых руках неплохое орудие.

— И?

— У Канга есть двое детей. Мальчик и девочка.

— Мальчик и девочка?

— Да. А что такое?

Иенааль задумался, потом сказал:

— Надо вести обоих.

— Снова что-нибудь священное? — поерзав, раздраженно спросил Рогволод.

— Нет. Тебе не понять, камилл. Тут речь идет об этикете… Долго рассказывать.

— Какие же вы… замороченные, сукины дети! Почему нельзя просто так придти к Ассадхе и поговорить по душам как принято у нас, у людей?

Иенааль снова рассмеялся. Рогволод поймал себя на мысли, что ему одновременно и нравится, как имер это делает, и раздражает.

— Скажи мне, камилл, — спросил пленник, понизив голос. — Если бы к тебе пришел… скажем, дамнат, ты поговорил бы с ним по душам, вот так просто?

Утром моросил дождь. Пахло свежестью. Рогволод зябко поежился. Но дышать было легко. Эх, как же ему не хватало свежего воздуха! Да еще очищенного утренним дождем! Сразу вспоминается молодость…

Пес, кажется трезвый, поправил на нем одеяло. Пошла ли порка ему на пользу? Нет конечно. Камилл может спасти мир от гибели, но избавить слугу от вредной привычки никто не в состоянии. Странно устроена жизнь!

Во дворе, нетерпеливо стуча копытами по брусчатке, тряс гривой гнедой конь. К седлу были приторочены изящный и кажется такой хрупкий лук из скрученных особым образом прутьев ледяного дерева, такой же легкий и невесомый меч и колчан из кожи шартаха — кровожадного чудища, обитавшего далеко на севере. Вот зачем нужно делать колчан именно из этого зверя? Камилл хорошо знал, что даже просто выследить его непросто. А ведь еще надо умертвить. И обработать кожу. Кожа шартаха обладала целым рядом свойств, делавших ее непригодной к обработке. Что за ребячество? Эти чистокровные, живущие почти вечность по сравнению с людьми, в сущности так и остались детьми.