Честь - дороже жизни (2 части) (СИ) - Шамраев Юрьевич

Мы отъехали уже достаточно далеко, тихо звенели удила, а я уже стал подумывать о ночлеге невдалеке от дороги, как вдруг Гром внезапно встал и стал прядать ушами. Хотя было и достаточно темно, но яркая луна позволяла увидеть в придорожных кустах белое пятно. Я соскочил с Грома и осторожно подошел к нему. Там на боку, застывши в нелепой позе лежала леди Роберта. Услышав мои шаги она вскрикнула: - Грум это ты? Как только вернемся, прикажу тебя выпороть. Почему ты бросил меня? А где карета, или ты думаешь, что я упав с лошади смогу самостоятельно сесть в седло? Почему ты молчишь?

- Это не ваш слуга и я не Грум.

Она перебила меня:- Кем бы вы не были, догоните маркиза Брауншвейга и скажите ему, что лошадь леди Роберты сбросила её и она нуждается в помощи, вас щедро наградят. Ну что ж вы стоите, оставьте мне свой плащ и скачите, я уже устала здесь лежать. Куда только делась её деланная скромность и невинность, которыми она так щеголяла при нашем знакомстве?

- А что же ваш жених сэр Микст, как получилось, что он не заметил, что его невесту сбросила лошадь?

- Да причем здесь сэр Микст, его не было с нами.

- Вы правы, из его тюремной камеры, хотя она и в башне, тяжело увидеть чем занимается его невеста…

18.

- Вы кто?- заикаясь спросила леди Роберта. - Ах леди, неужели вы меня не узнали? Я Франк, тот самый которого вам не удалось убить рукой его брата… Пришел час расплаты! Вы не находите как все символично? Ночь, луна, кричи не кричи, никто не придет на помощь и мой меч. Хотя нет, я его не буду пачкать, лучше я вам перережу глотку, как вы это собирались сделать со мной,- и я нарочито медленно вытащил свой кинжал из ножен. Его лезвие, я надеюсь, зловеще блестело в лунном свете. Леди Роберта взвизгнула и от неё стало неприятно пахнуть.

- Не бойтесь леди, мучиться вы не будете, по крайней мере долго,- и я как мог зловеще рассмеялся.

- Это не я, я тут не причем, - взахлеб стала она говорить без остановки, - это все маркиз. Это он подстроил и наш свадебный уговор с вашим братом и принудил меня уговорить его попытаться убить вас. Это все маркиз, клянусь я сама тут не причем, он угрожал мне и моим родителям…

В эту восхитительную ночь я узнал много нового для себя о маркизе Брауншвейг, в том числе и о мотивах его поступков и о той ненависти, что он питает в первую очередь именно ко мне и моим родителям и во вторую - к маркизу Ля Конт, моему деду. Правда у меня сложилось впечатление, что леди Роберта несколько принизила свою роль в этом деле опасаясь за свою жизнь. В самом конце своего торопливого рассказа она несколько раз спрашивала меня: - Вы не убьёте меня теперь? Ведь правда не убьёте? Я ведь вам все, все рассказала…

Её рассказ хоть и получился несколько сумбурным, но пролил свет на тот змеиный клубок, что пытался обвить нашу семью. Получается, что шесть наиболее знатных и могущественных семей нашего королевства связывает одна какая то страшная и по всей видимости кровавая тайна. Причем семья Ля Конт выпала из этого клубка, так как по словам леди Роберты они взяли под свое покровительство некоего молодого человека, от которого исходит угроза всему королевству и благополучию видных сановников. Кто этот человек - доподлинно не известно. Про него знают только то, что он женат на одной из дочерей маркиза Ля Конт и его сын согласно пророчества отомстит за смерть своего предка и восстановит справедливость.

Леди Роберта видела некий документ - договор о намерениях, в котором говорилось о том, что Лаэрта должна убить семья Гоуфирстбург, Микста - Брауншвейг, Франка - де Фронде, а семьи Фаргус и Расинг как запасной вариант для устранения Ля Конта и его наследников. Был разработан специальный план, о подробностях которого она не знает, хотя маркиз и неоднократно говорил ей о перспективах, которые открываются перед ней, если она станет женой наследника Ля Конт, а потом и его вдовой…

Всю ночь я нещадно, без отдыха гнал Грома подальше от этих мест. И хотя я пригрозил леди Роберте, больше чем уверен, что она в слезах и в красках расскажет о своей встречи с этим дьяволом Франком, который появился из ниоткуда и так же исчез в никуда.

Только в полдень мы остановились на короткий отдых на берегу небольшого лесного ручейка. И то я в целях предосторожности углубился в лесную чащу ещё метров на сто, прежде чем выбрал полянку для остановки. Накормив овсом Грома и оставив его пастись на поляне, я сам забрался в ручей и с удовольствием ополоснулся. Правда мыться в кольчуге, с мечом у ног, постоянно прислушиваясь к различным звукам - не очень приятно. Для безопасности я даже полностью надел на себя доспехи и проверил свой арсенал оружия. Два меча, секира с короткой ручкой, ещё шестопер надо будет себе завести… Мои мысли прервал топот копыт, который донесся до меня от лесной дороги. Я быстро подхватил Грома за уздцы и прикрыл ему морду, что бы он ненароком своим ржанием не выдал нас.

Сквозь листья было видно, как по дороге сначала проехал дозор из трех всадников, а затем небольшой отряд хорошо вооруженных всадников, который сопровождал карету без герба. Они остановились на берегу ручья, по всей видимости то же для отдыха. А я, что бы не испытывать судьбу, по большой дуге обошел их и продолжил свой путь на восток. Ночевал я без всяких приключений, но и без костра, довольствуясь тем, что в свое время прикупил на постоялом дворе.

Утром, когда ещё туман не полностью рассеялся, я оседлал Грома и мы уже не очень торопясь свернули с основной дороги и по проселочной через некоторое время выехали из леса и оказались у небольшой деревеньки, что тулилась у озера. В деревне я узнал, что нахожусь в землях сэра Фрэнка, чей замок находится в пол дня пешего пути в "той" стороне. Деревня маленькая, так как находится на отшибе, люди промышляют здесь в основном рыбалкой, рыбу поставляют в замок и в ближайший город, который находится в "этой" стороне. Но это как правило происходит зимой, когда добыча не портится. Тот же селянин с которым я разговаривал поведал мне, что в семье сэра Фрэнка горе, их единственный сын, который недавно тоже стал рыцарем, сэр Ричард заболел неизвестной болезнью и чахнет не по дням а по часам. Он не может есть и пить и уже сейчас похож на живой скелет. В деревне говорят, что его сглазили и он теперь чахнет от несчастной люби. " Сохнет" по колдунье, которую его отец приказал сжечь живьем за потраву скота и порчу урожая.

Небольшой замок сэра Фрэнка больше походил на хорошо укрепленный загородный дом. Первый этаж был сложен их крупных валунов, а второй из толстых бревен. Двор перед центральным входом как бы обрамляли всевозможные подсобные помещения, мастерские и конюшни. Коня у меня приняли без всяких расспросов "кто и зачем". Складывалось впечатление, что меня тут ждали. Тут же проводили в небольшую, аккуратную комнату, принесли горячей воды и предложили перекусить до ещё нескорого обеда. После того, как я привел себя в порядок после нескольких ночевок на открытом воздухе и основательно подкрепился домашней снедью, я, захватив мешочек с лекарствами, попросил проводить меня к сэру Ричарду. Пришлось сказать, что мы с ним познакомились на турнире у маркиза Ля Конт, где и я был возведен в рыцари. Меня представили сэру Фрэнку, который молча выслушал мою просьбу и только кивнул в ответ.