Кочевница - Даниэла Долина

― Дружище, но кто знает, жива ли она?

― Эд, у меня нет доказательств. Я просто чувствую… Но представь на минуту. Мы решили, что с нею покончено, что она уже утопленница. Начнём готовить новый поход, суетиться, со временем забудем о ней совсем. Представь… А на самом деле Мэри жива: сидит сейчас где-нибудь в заточении на дне озера или подвергается жутким пыткам… Или ещё что-нибудь. Ты, Эди, сможешь с этим жить? Спать, есть, ходить по городу, забыв обо всём… А она ещё жива… Как с этим мириться?! Я должен увидеть её мёртвое тело или то, что от него осталось. Должен, и — «точка».

― Мы потеряли Марию и не можем рисковать тобой. Ты слишком дорог нам, Орландо. И не только нам. Тебя любит народ: уважают старики и боготворят молодые… Да что говорить! Ты и сам всё знаешь. Это очень рискованно.

Елена, как всегда, — умница. Она и Эдуард были по-своему правы, но Орландо знал, что без Мэри он долго не протянет: или безрассудно погибнет в бою, или… Чародеи умели умирать, когда больше не могли жить, когда жизнь теряла цвет, вкус и запах, погружалась в кладбищенскую тишину. Сейчас всё вокруг стало пресным и серым как уныние бесконечного туманного дня, когда не знаешь, далеко ли до вечера и будет ли утром солнце. Поэтому надо воспользоваться последним шансом: вырвать любимую из лап мерзких водяных чудовищ или уйти в небытие там, где навеки сомкнулись её милые чёрные очи.

В дверь кто-то постучал.

― Наверное, Колин. К тебе.

Элизабет подскочила и подошла к двери:

― Кто?

― Это Билл, Кривой Билл, мадам. Позвольте мне… Мне нужен сэр Орландо!

― Нет. К тебе. — Лизи демонстративно не стала открывать и снова удобно расположилась на диване рассматривать безупречный маникюр. Орландо мрачно взглянул на бывшую подружку и пошёл к выходу. Распечатав комнату, он толкнул дверь. На пороге обозначилась приземистая фигура Билла.

Билл продолжал исправно содержать своё заведение, прислуживать чародеям. И, кто знает, что творилось в душе старого колдуна, потерявшего сына и решившего навсегда порвать с Тёмным Лордом? В подробности произошедшего были посвящены немногие и лишь эти немногие заметили, что старик стал чуть ниже ростом, чуть темнее лицом. А его колючий бусинка-глаз будто ослеп, подёрнулся пеленой. Может, он устал жить, собрался на покой? А может, так приготовил себя к новой, другой для себя жизни?

― Простите, господа. Я хотел поговорить…

― Можешь говорить. От присутствующих у меня секретов нет.

― Я знаю. Только, похоже, в этом деле, сэр Орландо, господа вам не союзники.

― В каком деле? — Орландо запечатал комнату и показал Биллу на табурет у стены. Старик сел, отставив негнущуюся ногу в сторону.

― Это наше с вами дело.

― Ничего себе!.. С тобой я ещё дел не имел, старый лис.

― Да… Случается и такое.

― Ладно, не томи. Сейчас не до твоих загадок.

― За мной долг. Я должен одному чародею. Он спас мне жизнь. Вернее оставил в живых, а мог прикончить. Уж поверьте мне… Великий и сильный волшебник…

― Ну и что?

― Вы не знакомы с ним. Это было давно. Он теперь покинул этот мир.

― Ну и что?!

― А долг я так и не отдал…

― Твои проблемы. Я здесь при чём?

― Я должен…

― Ты специально меня изводишь, старик?! Забыл, как пару лет назад вынудил меня перекроить твою харчевню? А колодец до сих пор, кажись, плюёт в каждого, кто по воду ходит?

― Гхы. — Эд чуть не прыснул от смеха, но сразу же смутился под строгим взглядом Елены. Элизабет тоже улыбалась.

― Я думаю, что если не смог отдать долг тому колдуну, то может смогу расплатиться с его внучкой…

― Внучкой? — голос Орландо как-то подсел. Он откашлялся и уставился на Кривого Билла так пристально, что единственный глаз старика быстро-быстро заморгал, а сам он заёрзал на стуле как на сковородке.

― Да, сэр. Мадам Мария — его внучка. Я думаю расплатиться с нею.

― Мадам Мария погибла, — вставила Елена.

― Ну, не знаю. Я лично не видел её мёртвой, да и люди говорят, что Кочевницу никто не хоронил. Когда умирает кто-то из рода кочующих волшебников, обязательно что-нибудь случается. Или солнечное затмение, или дождь льёт много дней и ночей, а потом — тысяча радуг во всё небо… Я не видел, но так говорят.

― Значит, ты думаешь, что она жива? — Эдуард внимательно посмотрел на Орландо, потом — на Билла.

― Я не знаю. Но я должен её деду и хочу отдать долг.

― Кому ты будешь отдавать долг? Где она? Ау! Мадам Мари-и-я-я-я! — Элизабет возбуждённо подскочила с дивана и села на корточки перед стариком. Развела руками. — Где она, сэр Билл?

― Ну, мне кое-что известно…

Лизи снова хотела возразить, Орландо остановил её жестом.

― Что? — обратился он к старику.

― То же, что и вам: хозяин…, то есть Тёмный Лорд отдал её водяным.

― Ну?

― Он ведь не убил её.

― Ну и что? Это лишь ещё раз доказывает, что твой хозяин — сущий изверг. Лучше бы убил. А теперь неизвестно, какие муки терпит наша Мария. — Елена сверкнула глазами, встала и начала мерить шагами комнату. Распущенные волосы переливались в лучах весеннего солнца, сквозь узорчатое окно заливающего небольшую комнату постоялого двора. — Да. Лучше бы убил. Кто знает, что делают с людьми эти мерзкие твари? Мэри… Она очень сильная. Она сразу не сдастся… — Елена задумалась. — Если она жива, почему не выходит на связь?

― Ты же знаешь…

― Да знаю… Эх, ты… Если идти в Подводный мир, чем мы сможем себя там обезопасить? Имеет ли силу наше оружие против водяных?

― Водяные никогда не мешали ни волшебникам, ни людям. Их мало кто изучал.

― Придётся, Наимудрейший, — с сарказмом бросила Елена, а потом грустно добавила: — Боюсь…, не успеем.

Лизи сидела на полу и поворачивала голову вслед за маячившей перед носом подругой.

― А лесные феи? Они ведь хозяйничают в Форест Феори. Может что-нибудь знают о Подводном мире? — сказала она.

Елена остановилась. Орландо не знал, что говорить. Как-то защемило сердце. «Наша Мария»… Они снова вместе!.. Снова с ним… И ради неё.

Глава 49. Секреты Жемчужного озера

Не откладывая в долгий ящик, чародеи собрались в Форест Феори. Добрались скоро, подгоняемые тревогой и осознанием преступной, но, как ещё недавно казалось, вполне обоснованной бездеятельности. Искать лесных фей в их прекрасном лесу не пришлось. Как всегда. Они сами навестили гостей уже в первое утро, которое встретили путешественники в заповедных кущах Форест Феори.

Фея Виола в сопровождении красавиц-сестёр была романтично грустна и даже немного подавлена. Траурные одежды изумрудного цвета, в которые облачились феи, скорбя по погибшим сёстрам, весьма шли бледнолицым лесным обитательницам. Кукольные мордашки, правда, немного осунулись, под глазами залегли красноватые тёмные круги, но и это ничуть не изуродовало их совершенные черты. Никто не знает, куда исчезают умершие лесные феи, растворяясь в воздухе. Есть ли место на земле, куда приходят живые сёстры, чтобы почтить память ушедших?