Вторая попытка - Станислав Сергеев

— А при чем тут Оргулов и твой человек в его окружении?

— Мой человек входил в одну из спецгрупп, которые занимались поиском инопланетян. А Оргулов просто был командиром мобильной разведывательно-диверсионной группы, которая, как и многие другие, моталась по Крыму. Только мы их работали втемную, скрупулезно выискивая малейшую интересную информацию, при этом соблюдая высокий уровень секретности, хотя армейцы знали, что мы что-то ищем. Вот на этой почве мой сотрудник с Оргуловым и общался.

— И как, что-то удалось узнать?

— Не поверишь, это не конец истории. Чуть позже, перед самым началом ядерных бомбардировок, девочку нашли, и знаешь где? На одном из блокпостов под Севастополем, где она жила со своим возлюбленным старлеем из 76-й украинской дивизии ПВО, Максимом Мельниковым. Представляешь? Оказывается, у девочки еще до войны был роман с этим старлеем. Потом, когда возникла необходимость эвакуации, она от него удрала, но охрану перебили, и бандюки инопланетянку в рабстве держали, а группа Оргулова ее освободила. Мне потом рассказывали про эту сцену встречи.

Просто мы слишком поздно узнали про это всё, и когда примчались на блокпост, то ее уже там не было. Вроде как девочку похитили, а старлей за ней отправился, набрав кучу оружия. По нашим данным, был бой и экстренный взлет космического корабля, который американцы приняли за старт баллистической ракеты и, соответственно, сами нанесли удар по тому району. Ну, дальше ты знаешь…

Сипягин переваривал полученную информацию.

— Так ты считаешь, что Оргулов как-то связан?

— Да никак. Просто выполнял свою работу.

— Допустим. А чего же ты тогда так боишься?

Мартов ухмыльнулся.

— Ну, а ты представь картину: сидишь, разговариваешь по мобильнику или даже фильм скачиваешь, а под окном какой-то идиот сделал искровой радиопередатчик огромной мощности и забивает весь эфир и мешает наслаждаться благами цивилизации. Твои действия? Пошел бы и по голове настучал, да так, чтоб и другим неповадно было…

— Поэтому ты и хочешь быть поближе к Оргулову, чтоб при случае чего успеть удрать в другое время.

— Почти правильно. Я просто подготавливал условия, чтоб мы всё это могли сделать, и тут возможность одна — стать частью команды Оргулова, а не корчить из себя барина, как это любит Максим Ростовцев, и пинать неугодных в рыло сапогами.

— Умеешь ты иногда обрисовать ситуацию. И только поэтому встал на сторону крымчан?

— Не только. Моя группа перед уничтожением, которая почти успела на место боя того самого старшего лейтенанта Максима Мельникова с неизвестным противником, стала свидетелем того, как и его, и еще кого-то эвакуировала спасательная команда явно военного назначения. А теперь представь, что будет, если сюда нагрянут инопланетяне, и возможно, в их составе будет та самая девушка, которую зовут Карина, и старлей Максим Мельников. С ними обоими лично знаком Сергей Оргулов: одну он спас из рабства, а другому был хорошим другом, о чем многие свидетельствовали.

Сипягин не выдержал и захохотал. Он смеялся долго, аж до слез, причем смех принес ему облегчение от того гнета и тоски, которые у него были на душе после получения информации о предательстве Мартова.

— Да, Серега, опять ты меня удивил. Умудрился в своих раскладах даже появление инопланетян просчитать, и даже там подготовить возможные контакты.

Успокоившись, Сипягин демонстративно снял с Мартова наручники и спросил:

— Сергей, по твоему мнению, что нам нужно делать?

— Сейчас Ростовцев как слон в посудной лавке. Натворит делов, а ты на этом фоне сделаешь Оргулову очень интересное предложение и посмотришь, во что это всё выльется.

— Уверен? Твой человек в окружении Оргулова поможет?

— Игорь, я же говорил, это давно не мой человек, и он уже всецело предан Оргулову. Просто он хороший наш друг, в память, что служил в нашем ведомстве, вот и всё.

— Но это же предательство…

— Я тебя умоляю, — не выдержал Мартов, потирая руки после наручников. — Игорь, ты в какое время живешь?

Единственное, о чем Мартов умолчал, что злополучный спутник всё еще хранится в одном из бункеров, и только совсем недавно пришли сообщения, что ретранслятор на инопланетном устройстве пару раз принимал и передавал какие-то сигналы…

Глава 15

Берлин, 12 февраля 1942 года

Это был тяжелый день. Многочисленные встречи, распоряжения, выслушивание докладчиков, порученцев и просителей, изучение материалов — и всё это стоит под непременным грифом «Сверхсрочно». Даже спать и есть приходилось урывками, при этом надо обязательно поддерживать внешний вид, соответствующий статусу столь высокопоставленного чиновника Германии.

Рейнхард Гейдрих с хрустом в позвонках потянулся, давая отдых глазам и спине, отложил в сторону папку с документами. По старой привычке закрыл ее и спрятал в ящик стола, чтоб даже случайный взгляд посетителя не увидел ничего лишнего. Встав и отодвинув большое, обитое черной кожей кресло, он прошелся по кабинету, разминая ноги, и подошел к окну, от которого, несмотря на утепление, несло холодом. Вид погружающегося во тьму ночи зимнего Берлина успокаивал и настраивал на деловой тон. Несмотря на ночное время, улицы были наполнены шумом транспорта. Как раз подходил к концу рабочий день, и многочисленные чиновники рейха разъезжались по домам. А вот ему, фактически второму человеку в рейхе, нужно было работать и готовиться к обязательному визиту к нынешнему фюреру Германии Генриху Гиммлеру.

За время после знаменательной гибели Адольфа Гитлера в стране прошли серьезные изменения, которые пока не сильно ощущались на уровне простого обывателя, но те, кто так или иначе имел отношение к высшей власти рейха, просто застыли в ожидании потрясений. Приведшая Гиммлера к власти группировка, в которую входили и представители крупного бизнеса, и финансисты, имеющие множество своих людей в вооруженных силах, пока держали его на коротком поводке, но постепенно всё больше и больше людей, имеющих отношение к СС, получали назначения на ключевые посты, опутывая страну новой сетью. Но всё это делалось весьма и весьма осторожно, учитывая очень напряженную внутреннюю обстановку в рейхе.

Это только с точки зрения стороннего неискушенного наблюдателя могло показаться, что Германия — это единый, хорошо выверенный механизм, который идет от победы к победе. Но реально было совершенно не так. Множество группировок разного толка — генералы, политики, финансисты, представители западного капитала, — которые принимали непосредственное участие в приводе Гитлера к власти, действовали в своих интересах, воевали, когда эти интересы сталкивались, считали себя неприкасаемыми и как хотели трактовали указания высшей власти. Генералитет демонстративно саботировал и даже, можно сказать, игнорировал указания фюрера, и только нечеловеческая воля и умение продавливать нужные решения позволяли Гитлеру двигать страну в нужном направлении.