Охотник за головами (СИ) - Вайс Александр

— Просто расслабься и получай удовольствие. Когда ещё в жизни сможешь столько стрелять в дроидов? Да ещё в такой атмосфере!

Бэн отдыхал с банкой пива в руке, и я к нему охотно присоединился. Немного можно, мы сейчас не в полёте.

— Можно я в следующий раз пойду? — взмолилась Анна, смотря на меня щенячьими глазками.

— Да без проблем. Интересно?

— Очень, тут всё такое… удивительное! Их технологии далеко впереди наших! Пока вы там ходили, я вся извелась! Спасибо!

Не знаю, за что благодарила, но спросить не успел: она куда-то убежала. Мы перегнали корабль чуть глубже в ангар, так что снаружи его невозможно было засечь. Но я поставил там компактный наблюдательный пост — антенна, набор камер и простейших сканеров. Чтобы мы могли следить за происходящим и поддерживать связь со спутником над нами.

Вычислительные блоки вновь заработали в полную мощность. Припасённые походные надувные палатки с системой жизнеобеспечения отправились в «центр управления». Правда, учёные ворчали, что у меня, внезапно, не нашлось километрового силового кабеля, на что я мог только развести руками. Зато Авангард они гоняли постоянно, хотя и более компактный ТРП, способный пролезть в «пешеходные коридоры» применяли как курьера с манипуляторами.

А ещё изучали окрестности, да так, что учёные засомневались насчёт назначения этой конструкции. Это точно был не просто грузовой хаб, а нечто большее.

Глава 24

Догадки и гости

— Чуть ближе! Ещё десять сантиметров! И может эта штука висеть ровно⁈

Тимур ворчал всё громче, сидя на крыше Авангарда. Я вздохнул и двинул джойстик на штурвале.

— Эта старая машина, двигатели сильно изношены и вообще никогда и не были заточены на стабильность. Или перелазь на эту штуку сам или давай сгоняем за вашим ТРП. Он должен висеть ровнее.

Мы болтались на высоте около двадцати метров в большой технологической… яме? Что это мы пока не знали и хотя заметили с высоты, но сразу сюда не спешили. Участок изрядно повредили, большая часть конструкций рухнула.

На экранчиков слева от главного большого отображался вид с боковых камер. Слева от нас была сплошная технологическая мешанина наиболее уцелевшего участка, справа — красивый пейзаж инопланетных руин. Сначала пришлось его зачистить от пары мелких живых дроидов, однако после Тимур перебрался на крышу и химичил со своим оборудованием.

— Тут много тонкого оборудования, я не могу позволить себе его повредить, перелезая на него! Просто… потом! Знаешь, что это?

— Давай без риторических вопросов.

Учёные взяли за привычку иногда не только отсылать остальных подальше, но и напротив начинать посвящать в свою работу. С одной стороны — порой грузили слишком сложной терминологией и вещами, для которых надо быть в теме. С другой — иногда выдавали что-то интересное.

— Я думаю, это некая научная экспериментальная установка. Старшие достигли невероятных высот в плане применения различных источников энергии. И мне кажется, что все эта конструкция связана с экспериментом над ещё одним их видом.

— И каким же? — удивился я. — Не похоже на реактор синтеза или распада.

— Я не знаю! — восторженно воскликнул Тимур. — Может, это вообще не реактор, а… например, супер-оружие! Или нечто для запасания сверх-сжатой, но легко извлекаемой энергии, как с антиматерией. А может это вовсе модель для физических экспериментов по иным методам сверхсветового перемещения! Надо будет позже сюда вернуться!

Вот тут я удивился.

— А сейчас не интересно?

— Надо сначала разобраться с пунктом управления! Отсюда, несомненно, надо демонтировать некоторые установки, и сейчас мы поищем что-то в более повреждённом секторе. Но тут наверняка самые продвинутые их технологии. Даже сейчас сканеры показывают аномальные значения спектрограммы и сканирования металлов. И да, именно управление этим комплексом было в значительной мере задачей того центра! Жаль, пока насчёт их языка есть самые общие представления.

— София рассказывала, что ваши алгоритмы неплохо справляются с дешифровкой старых языков людей лишь на основе ряда ключей.

Тимур вздохнул.

— Да… но Старшие не только мыслили иначе, чем люди. Их язык… по аналогии больше всего напоминает китайский, они используют множество сложных по структуре символов. Только в теории, основанной на наблюдениях и исследованиях хорошо сохранившихся останков, память у них была куда лучше нашей. Как результат и в их письменности символов намного больше и порой они отличаются лишь небольшими элементами, вроде пары закорючек. Мы догадываемся, что означают некоторые символы, порой можем осознанно взаимодействовать с интерфейсами и понимаем обозначения. Однако со структурой пока проблемы. Так, о чём это я… эта установка представляет огромный интерес, но не стоит забегать вперёд. Надо начать с более простых вещей.

Я могу только согласиться. Всё логично, пусть Тимуру явно с трудом удаётся сдержать интерес. Я и сам наружу выглянул и осмотрел огромную цилиндрическую яму, в которую с дальнего от нас края, видимо, угодила ракета.

Значит, неизвестный нам тип энергии, да? Если хотя бы процент этого технологического кладезя удастся воспроизвести, человечества скакнёт далеко вперёд. А пока не удаётся даже воспроизвести технологии производства, плотно упаковывающие всё надёжные блоки. Даже самый простой провод здесь — это настоящее хитроумное сверхнадёжное приспособление.

Тимур тем временем продолжил.

— Кстати… есть ещё одна теория. Как я уже рассказывал, уничтожение Старших связывают либо с тотальной войной со взаимным уничтожением, либо с восстанием ИскИна. Да, машины не обязательно именно восстали сами, а им могли дать приказ, который уже не отменили. Дроны обеих сторон перебили остатки флотов с живыми представителями врага. Но я всё же склоняюсь именно к теории восстания при единой нации. И вот один из наших коллег предполагал, что Старшие не смогли совладать с тем, что открыли.

Я нахмурился, пытаясь вообразить такое. Греющая уши Анна тут же откликнулась.

— Как можно открыть нечто такое, что из-за этого вымрет вся цивилизация?

— А мы уверены, что она вымерла? — хмыкнул Тимур.

— Э? Хочешь сказать… они ушли добровольно? Повоевали и покинули галактику?

— Кто знает? Смертность среди изучающих глубокий космос аномально высокая. Живых миров Старших никто так и не нашёл. Ну или они открыли нечто, после чего их ИскИны восстали. Не спрашивайте меня, что именно. Как профессор заявляю — мы очень мало знаем о вселенной!

Настроение у Тимура стало хорошим, а вот остальные призадумались.

— И почему эта планета? — спросил я.

— И на этот вопрос я не отвечу. Во всяком случае скорее всего здесь и раньше был добывающий комплекс. Сюда бы экспедицию побольше! Ну ничего! Вернёмся с важными открытиями и соберём больше сил! Мы ведь провели разведку! Плюс о совместной экспедиции не договорились, но при успехе всё будет иначе! Согласишься слетать ещё раз?

— Если оплата устроит, я не боевой маньяк, который другие заказы брать не любит. Хотя сюда надо прилетать хотя бы на фрегате! Мать вашу!

Внезапно установка замерцала жёлтыми, скорее даже золотистыми искрами и я резко отодвинулся и поднялся, сдержавшись только из-за Тимура на крыше.

Часть устройств во всей это установке какое-то время искрили мистическим золотым светом, а ведь мне, чтобы точно не повредить тонкому древнему оборудованию пришлось вырубить щиты.

— Шард, держи ровнее! София!

К счастью, учёный удержался и пока не пострадал.

— Кажется, это из-за меня! Тут… сообщение об ошибке!

Тем временем энергические потоки формировали что-то вроде хитросплетений, частичных узоров прямо в воздухе. Даже очень хреновые сканеры Авангарда предупредили о гравитационных аномалиях. Однако затем всё стихло, видимое удерживающие поля пропали и частицы стали быстро рассеиваться в пространстве, медленно опадая вниз подобно мерцающим блёсткам.