Белые пятна Великой Отечественной войны - Алексей Валерьевич Исаев

номер, что и сгоревшая в Сталинграде дивизия вермахта, но на этом сходство заканчивалось. Укомплектовали ее наспех наземным персоналом люфтваффе и новобранцами. Также Хейнрици не получил достаточного количества боеприпасов для затяжного сражения, накопленные снаряды были использованы в провальном наступлении вермахта на Курской дуге и отражении советского контрнаступления. Тем не менее оборона группы армий «Центр» строилась несколько месяцев, а летом был получен приказ превратить в крепость сам Смоленск. Советское наступление должно было захлебнуться в крови.

Первым поединком стала дуэль разведки и контрразведки. Письменные директивы на операцию в советских штабах доводились до очень узкого круга лиц, основные распоряжения давались в штабах устно. Однако эти драконовские меры помогли сохранить операцию «Суворов» в тайне только до периода перегруппировки войск. Опытная разведка штаба генерала Хейнрици сумела разгадать замысел и примерно определить участки наступления. Разведывательный бюллетень группы армий «Центр» конца июля 1943 года гласил:

«Последние данные воздушной разведки вновь подтверждают сложившееся до сих пор впечатление о противнике и свидетельствуют о подбрасывании ударных сил на участок внутренних флангов 12-го и 9-го армейских корпусов, а также 39-го танкового корпуса и 27-го армейского корпуса».

Проведенная на Западном фронте кампания дезинформации с показом ложного сосредоточения в полосе 50-й армии никого не обманула. Имевшиеся у немецкого командования резервы были подтянуты на выявленные опасные участки. Получив информацию о подготовке советского наступления, командующий группой армий «Центр» фон Клюге приказал передать в 4-ю армию несколько дивизий, в том числе одну танковую, но к моменту начала советских атак они еще были в пути.

Последним аккордом подготовки к операции стала проверка германской обороны на прочность с целью установить, не отвел ли противник свои войска с первой позиции. В тот период немцы уже практиковали отход из передовых окопов и сокрытие точного начертания переднего края. Для этого создавался ложный передний край, неотличимый для воздушной разведки от настоящего. Убедиться, что позиции, на которые должна обрушиться артиллерия, заняты противником, нужно было с помощью разведки боем. Это было сделано на Западном фронте 6 августа. Упорное сопротивление германских войск показало: ошибки в определении разведкой основных позиций нет, враг их удерживает и отходить с них не собирается. На следующий день на лабиринт окопов и артиллерийских позиций обрушился мощный удар артиллерии.

Советское наступление началось 7 августа 1943 года в 6.30 утра. Ввиду упорного сопротивления немецких войск на направлении главного удара продвижение к исходу первого дня наступления составило всего 4 километра.

Подводя итоги первых трех дней боев, представитель Ставки ВГК маршал артиллерии Н. Н. Воронов писал: «Оборонительные позиции противника оказались хорошо подготовленными для обороны: обилие препятствий, траншей, ходов сообщения, минирование и броневые точки (тип такой же, как и на Брянском фронте, о чем я ранее доносил). Например, сегодня обнаружен один опорный пункт противника – по фронту 500 метров. Он имеет, кроме траншей и окопов, 6 броневых пулеметных точек, глубоко врытых в землю и хорошо замаскированных»[561].

Амбразура «краба». Хорошо видно, что бронированное пулеметное гнездо хорошо маскировалось. Амбразура закрывалась заслонкой, что спасало от осколков в период артподготовки.

Бронированные пулеметные точки, как их называли советские солдаты, «крабы» (официальное немецкое наименование MG Panzernest[562]), наряду с «Пантерами» и «Фердинандами» являлись одной из новинок германской армии лета 1943 года. Они давали защиту пулеметчику от близких разрывов снарядов и мин, а также гранат. Кроме того, как отмечали советские специалисты, «в большинстве случаев на аэроснимках масштаба 1:8000–1:10 000 бронеколпаки не дешифруются»[563]. Методы борьбы с «крабами» были выработаны, но не сразу.

Однако к августу 43-го Красная армия изменилась качественно. Показателен в этом отношении захват немецкого опорного пункта на высоте 233,3 в районе населенного пункта Гнездилово. Трое суток наша пехота атаковала противника, оборонявшего эту высоту, но безрезультатно. Господствующий над местностью опорный пункт задерживал продвижение соединений 10-й гвардейской армии, действовавших на этом направлении. В предыдущие периоды войны такой опорный пункт стал бы камнем преткновения, как высота 200 у Полунино подо Ржевом или Зайцева Гора под Москвой. Однако в августе 1943 года. Красная армия далеко шагнула вперед в организации и в боевой подготовке. Для атаки высоты 233,3 были использованы специально обученные подразделения 1-й штурмовой инженерно-саперной бригады. Высота была атакована ночью с нескольких направлений. Ее удалось взять и обратить противника в бегство при небольших потерях: убито двое и ранено 19 человек. Командир батальона «штурмовиков» майор Ф. Н. Белоконь был награжден орденом Александра Невского. Тем не менее, несмотря на частные успехи, продвижение вперед шло медленно, наступление Западного фронта начинает буксовать в лабиринте немецких позиций. В немалой степени это объяснялось вскрытым немецкой разведкой направлением главного удара. Подвижные резервы, 5-й механизированный и 6-й кавалерийский корпуса, ждали в тылу, когда можно будет ударить в глубину и сотрясти весь фронт вражеской 4-й армии.

За семь дней наступления главная ударная группировка Западного фронта продвинулась лишь на 12–16 километров. На вспомогательных направлениях удалось вклиниться в немецкую оборону только на 3–5 километров. Операция «Суворов» имела все шансы попасть в число «незавершенных» и «забытых», однако все изменило успешное наступление 10-й армии из района Кирова на левом фланге Западного фронта. Армия, которой командовал В. С. Попов, перешла в наступление на четыре дня позже главной ударной группировки, резервы немецкой 4-й армии оказались к тому моменту исчерпаны, и ее оборона стала стремительно распадаться. Уже в первый день войска 10-й армии продвинулись на 6 километров, а к 11 августа прорыв был расширен до 10 километров по фронту и в глубину. Командование Западного фронта сразу же попыталось развить неожиданный успех. Если бы в составе фронта осталась 4-я танковая армия, эффект от ее удара в тыл противника мог быть впечатляющим. Однако Соколовский располагал только 5-м механизированным корпусом, немедленно направленным в новый район сосредоточения. После 130-километрового марша он сосредоточился в районе Кирова, а с утра 13 августа перешел в наступление.

«Краб», вид со стороны люка-лаза.

В 10-й армии все идет не так, как планировалось. Движение танков и автомобилей замечает немецкая разведка, и на мехкорпус обрушиваются авиаудары самолетов 6-го воздушного флота. Штаб одной из бригад буквально выкошен бомбардировкой. Незнакомые силуэты английских танков приводят к трагическим ошибкам, когда по «Матильдам» стреляют свои же противотанкисты. Командование 10-й армии считает, что фронт рухнул и мехкорпус может беспрепятственно идти вперед, к Варшавскому шоссе. Эта оценка оказывается ошибочной. Обстановка меняется даже не за дни, а за часы. Перегруппировка мехкорпуса в 10-ю армию уже запаздывает. К 12