Harry Potter and the Deathly Hallows - Джоанн Роулинг

- У вас есть что-то для меня? - спросил он в третий раз намного громче.

- Здесь, - прошептала она, показывая в угол. Гарри поднял палочку и увидел очертания захламленного туалетного столика у занавешенного окна. В этот раз она осталась на месте. Гарри протиснулся между ней и неубранной кроватью с поднятой палочкой. Он хотел держать старуху в поле зрения.

- Что это? - спросил он, оказавшись у туалетного столика, на котором лежала большая стопка чего-то, что выглядело и пахло как грязное белье.

- Там, - сказала она, указывая на бесформенную кучу. Пока Гарри пытался разглядеть в этой куче рубин на рукояти меча, краем глаза он заметил, что старуха странно дернулась. Он повернулся и остолбенел от ужаса: тело женщины обмякло, и из того места, где была шея, выползала огромная змея. Она набросилась, как только он поднял палочку: от укуса в предплечье палочка подлетела к потолку и погасла. Затем змея ударила его в грудь, и он упал на туалетный столик в кучу грязной одежды. Он откатился в сторону, с трудом избегая змеиного хвоста, который ударил туда, где он только что был. На него обрушился дождь из осколков стекла. Гермиона позвала снизу: «Гарри», но он не мог вздохнуть, чтобы ответить: тяжелое гладкое тело прижало его к полу, и он почувствовал, как оно, невероятно сильное, ползёт по нему.

- Нет! - выдохнул он, все еще прижатый к полу.

- Да, - прошептал голос. - Дааа… держу тебя… держу…

- Ассио… Ассио палочка…

Но ничего не случилось, и он попытался руками остановить змею, обвивающуюся вокруг него, чтобы выжать воздух из легких, вдавливая Хоркрукс в грудь. Ледяной кружок бился в дюймах от его собственного сердца, сознание заполняли холод и белый свет, мысли исчезли, дыхание остановилось, вдали послышались шаги. Металлическое сердце билось на груди, теперь он летел, летел, и сердце наполнялось радостью, летел без метлы и тестраля… Внезапно он проснулся в кисло пахнущей темноте. Нагини отпустила его. Он с трудом поднялся и увидел силуэт змеи. Гермиона прыгнула в сторону с криком. Ее заклятие разбило окно вдребезги. Морозный воздух заполнил комнату, Гарри наклонился, уворачиваясь от осколков, и поскользнулся на чём-то, что оказалось его палочкой…

Он нагнулся чтобы поднять ее, но теперь комната была заполнена змеей, ее хвост трепыхался. Гермионы нигде не было видно, и на секунду Гарри подумал, что случилось худшее, но затем раздался сильный хлопок, появилась красная вспышка и змея взлетела в воздух, на ходу ударив Гарри в лицо, и виток за витком поднялась к потолку. Гарри поднял палочку, но как только он это сделал, почувствовал сильное жжение в шраме, сильнее, чем когда-либо.

- Он идет! Гермиона, он идет! - закричал он, в этот момент змея упала с диким шипением.

Начался хаос: змея разбила полки на стене, во все стороны полетели кусочки фарфора, Гарри перепрыгнул через кровать и схватил Гермиону. Она вскрикнула от боли, когда он перетаскивал ее обратно. Змея вновь поднялась, но Гарри знал, что приближалось то, что хуже змеи, возможно, оно было уже у калитки. Его голова раскалывалась от боли в шраме.

Змея сделала выпад, когда он побежал, таща за собой Гермиону. Она крикнула: «Конфринго!» и заклятие полетело по комнате, разбило зеркало в шкафу и отрикошетило обратно, прыгая между полом и потолком. Гарри почувствовал, как оно обожгло ему руку, а осколок стекла порезал щеку. Таща за собой Гермиону, Гарри прыгнул к сломанному туалетному столику, а затем прямо в пустоту разбитого окна, она вскрикнула, когда они перевернулись в воздухе…

А потом его шрам обожгло, и он был Волдемортом и бежал через зловонную спальню. Его длинные белые пальцы ухватились за подоконник, когда он заметил, как лысый мужчина и маленькая женщина поворачиваются и исчезают, и он кричал от ярости, и его крик смешался с криком девчонки и эхом разнесся над тёмными садами, перекрывая в Рождество звон церковных колоколов…

И его крик был криком Гарри, его боль была болью Гарри. Это случилось здесь, где это уже случалось ранее, рядом с домом, где он был очень близок к тому, чтобы узнать, что значит умереть… Умереть… Боль была так ужасна… Она просто разрывала его тело… Но если у него не было тела, почему его голова болела так сильно, если он мертв, как он может чувствовать себя так отвратительно, разве боль не прекращается после смерти, разве она не уходит…

Сырая и ветреная ночь, двое детей, одетых в тыквы, шагают через площадь, окна магазина покрыты бумажными пауками, все дешевые маггловские атрибуты мира, в который они не верят… И он скользит по воздуху, его нацеленность, чувство мощи и правоты, и он всегда знал об этой возможности… Не злоба… Это для тех, кто слабее его… Но триумф, да… Он ждал этого, надеялся на это…

- Отличный костюм, мистер! - Он увидел маленького мальчика, чья улыбка пропала, когда он подбежал достаточно близко, чтобы заглянуть под капюшон плаща, увидел ужас на его лице. Тогда мальчик развернулся и побежал…Он нащупал палочку под плащом… одно простое движение и ребенок никогда не вернется к матери,… но это, ни к чему, совершенно, ни к чему.

Он шел по новой более темной улице, цель его пути была видна, Заклятие Верности разрушено, хотя они об этом еще не знают… Он двигался тише, чем мертвые листья, скользившие по тротуару, когда поравнялся с темной изгородью и преодолел ее.

Они не задернули шторы, он прекрасно видел их, сидящих в маленькой комнате, высокий черноволосый мужнина в очках выпускал струи разноцветного дыма из своей палочки, чтобы развлечь маленького черноволосого мальчика в синей пижаме. Ребенок смеялся, пытаясь поймать дым, схватить его маленькой рукой.

Дверь открылась и вошла мать, сказала что-то, он не расслышал, ее длинные темно-рыжие волосы падали на лицо. Отец взял ребенка на руки и передал матери. Он бросил палочку на диван и потянулся, зевая…

Калитка скрипнула, открываясь, но Джеймс Поттер этого не слышал. Его белая рука достала палочку из-под мантии, указав на дверь, которая тут же распахнулась.

Он переступал порог, когда Джеймс выбежал в коридор. Это было просто, слишком просто, он даже не взял палочку…

- Лили, возьми Гарри и уходите! Это он! Быстрее! Бегите! Я его задержу!

Задержит без палочки в руках?… Он рассмеялся, прежде чем сотворить заклятие…

- Авада Кедавра! - Зеленый свет заполнил коридор и осветил детскую коляску, прижатую к стене, перила, вспыхнувшие как лампы, и Джеймс Поттер упал как марионетка с обрезанными нитями…

Он слышал, как она кричит наверху, запертая, но если будет благоразумна, то ей нечего бояться… Он поднялся по лестнице, с легкой улыбкой слушая, как она пытается забаррикадироваться… У нее тоже не было при себе палочки… Как они глупы, как доверчивы, думая, что друзья обеспечат их безопасность, и оружие можно отложить хоть на секунду…

Он заставил дверь открыться, пробившись через поспешно сваленные перед ней стулья и коробки, одним легким движением палочки… и вот она стоит с ребенком на руках. При виде его она бросила сына в колыбель, стоящую за ней и широко раскинула руки, как будто это могло помочь, как будто, если она закроет ребенка собой, он убьёт только её…

- Только не Гарри, не Гарри, пожалуйста, не Гарри!

- Отойди, глупая девчонка… сейчас же отойди.

- Не Гарри, пожалуйста нет, убейте меня вместо него…

- Последний раз предупреждаю…

- Не Гарри! Пожалуйста… пощадите… пощадите… Не Гарри! Не Гарри! Пожалуйста - я все сделаю…

- В сторону. В сторону, девчонка!

Он мог заставить ее отойти, но лучше будет уничтожить обоих…

Зеленая вспышка озарила комнату, и она упала также как ее муж. Ребенок не плакал, он стоял, опираясь о края колыбели и смотрел на вошедшего с явным интересом, возможно, он думает, что это его отец спрятался под мантией, и создает красивые вспышки света, а мать вот-вот встанет, смеясь…

Он аккуратно направил палочку мальчику в лицо, он хотел увидеть, как исчезнет эта непонятная угроза. Ребенок заплакал: он увидел, что это не Джеймс. Он не любил детский плач, не выносил вой малышни в приюте.

- Авада Кедавра!

Затем он сломался. Он был ничем, только боль и ужас, он должен спрятаться, не здесь среди обломков разрушенного дома, где остался кричащий ребенок, далеко… очень далеко…

- Нет! - застонал он.

Змея с хрустом ползла по заваленному осколками полу, он убил мальчика и в то же время он сам был этим мальчиком…

- Нет…

Теперь он стоял у разбитого окна дома Батильды, погрузившись в воспоминания о своЁм крупнейшем провале; змея у его ног скользила по осколкам стекла и фарфора… Он посмотрел вниз и увидел что-то… что-то невероятное.

- Нет…

- Гарри, все в порядке, ты в порядке!

Он наклонился и подобрал разбитую фотографию. Это был неизвестный вор, вор которого он искал…

- Нет… Я потерял… потерял…

- Гарри, все в порядке, проснись, проснись!