Город на границе Снов - Марк Геннадьевич Кузьмин

мешаю, на нас просто наговаривают и недолюбливают… Это не очень хорошие люди, и…

- А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! – послышался крик неподалеку.

- Мама! – испуганно вскрикнула Эмма и тут же бросилась в дальнюю комнату.

Мы рванули за ней и влетели в комнату, в которой тут же включили свет.

Нашему взору предстала картина того, как какое-то черное облако нависло над пожилой женщиной, что лежала в кровати и ворочалась из стороны в сторону.

Эрик тут же метнул в это облако ножи, которые просто прошли сквозь него, но это заставило тьму исчезнуть.

Хозяйка квартиры сбросила оцепенение и кинулась к женщине, стараясь успокоить ее.

- Скорее, лекарство на столике. Воды! – сказала Эмма, роняя слезы.

Эйбон тут же подал таблетки, а я метнулся на кухню за стаканом воды.

Женщину сумели заставить выпить лекарства, после чего она стала успокаиваться и засыпать.

Мы же стояли и хмуро глядели на все это.

- Мама… мамочка… - плакала Эмма, держа женщину за руку. Затем она повернулась к нам и посмотрела на нас со смесью ужасной боли и надежды. – Вы… ведь видели это?! Кха! Ха! – закашляла она. – Я же не сошла с ума?! Скажите мне!

- Мы видели, - кивает Эрик. – И мы поможем вам…

- Кха-а-а-а-а… - расплакалась она и заревела.

Похоже, выходной нам не светит…

1. Слепцы – так называют Пятый отдел все остальные, за знак в виде закрытого глаза.

Глава 29. Странности.

- Итак, расскажите все, что знаете, - сказал Эрик, присаживаясь за стол.

Мы разместились на кухне и сейчас смотрели на Эмму. После того, как она успокоилась, умылась и привела себя в порядок, мы сумели увести ее из комнаты больной матери, которой нужен покой.

Пока она приходила в себя, я слегка похозяйничал на кухне, заварив крепкого чая для Эммы и еще одну чашку Болтушке, которой тоже захотелось.

- Кха! С мамой… ничего не случится… пока мы тут? – волновалась мисс Браун, погладив больное горло.

- Не волнуйтесь, если оно вернется, я почувствую, - кивнул мой напарник.

- Почувствуете? – удивилась она.

В ответ Эрик махнул рукой, и дверь на кухню закрылась сама, да еще и ручка подергалась. Это было весьма неожиданно, и я с трудом сохранил спокойствие. Блин, его способности мне все больше непонятны! То он гоняет меня мячиками, то – бегает с сетью за хомяком и ножи метает руками.

Ничего не понимаю.

После такой демонстрации женщина побледнела, а затем взглянула на меня. Я ничего продемонстрировать не мог, но попросил Болтушку вернуть чашку, которая тут же появилась в моих руках. Эмма не видит мою фею.

Несчастная женщина явно не была готова к подобному. Она взяла крестик в руку и начала молиться. Видать, сильно верующая.

- Господи Боже, Господи Боже…

- Успокойтесь, мисс Браун. Мы пришли помочь вам.

- Помочь? – дрожала она.

- Это наша специализация. Но чтобы поймать духа, нам нужно знать о нем все, что вы можете рассказать. Нам нужно знать о вас и вашей матери как можно больше, и все подробности, которые привели к этому.

- К-конечно… - кивнула женщина и, выпив чая, взяла себя в руки. – Я живу в Найзельберге уже больше семи лет. Мой папа был строителем, и когда компания выделила ему бесплатное жилье, он предложил нам с мамой переехать к нему из Штатов, - она шмыгнула носом. – Пять лет назад на очередной стройке произошел несчастный случай, и папы не стало… - с трудом произнесла она. – А спустя год у мамы случился инсульт, и она оказалась прикована к постели. Компания не стала отнимать у нас квартиру, как я боялась, и даже назначила нам ежемесячные выплаты за вклад отца в развитие города. Это не слишком большие деньги, но для жизни нам хватает. Чтобы заботится о маме, мне пришлось бросить школу, и вот уже четыре года я ухаживаю за ней, но пока нет никаких улучшений…

- Погодите, - нахмурился я. – А сколько вам лет?

- Девятнадцать, - ответила Эмма.

От удивления у меня округлились глаза.

Она никак не выглядит на год старше меня!

Это что с ней такое тут случилось, что она выглядит так ужасно?

Спрашивать что-то еще я не стал, и перебивать… девушку не буду.

- Год назад у нас дома… начали происходить странные вещи, - продолжила Эмма. – Поначалу это было что-то, едва заметное… То тень дернется… то чашка в другом месте окажется, или… мое отражение в зеркале постареет… Кха-ха! - задрожала она. Видно, что рассказ давался ей нелегко, и она часто кашляла. – А затем мама стала кричать и стонать по ночам. Ее будто кто-то мучает, а я порой боюсь пошевелиться и подойти к ней… Мне так страшно одной…

- Вы пытались просить помощи?

- Да, - кивнула она. – Я обращалась в полицию, но там надо мной лишь посмеялись… а когда приходили ко мне, не видели никаких странностей… Соседи часто жаловались, они обливали мою дверь краской, стучали и кричали на меня, а я боялась выйти… Никто не верил мне, и…

- Все хорошо, - спокойным голосом сказал Эрик. – Мы верим вам и мы поможем.

- Правда? – с надеждой прошептала девушка.

- Да. Не волнуйтесь, - кивнул мой напарник. – Нам придется остаться на ночь, и мы понаблюдаем за вашей мамой.

- Хо-хорошо…  у меня есть папин матрас, могу постелить вам там, но…

- Этого будет достаточно, - заверил Эйбон.

Девушка слегка улыбнулась, явно обрадовавшись, что кто-то помогает ей.

- Кха… Простите, мне нужно готовить ужин для мамы…

- Мы не будем вам мешать. Если что позовите нас, мы пока осмотрим комнаты.

- Конечно.

Эмма занялась едой, а мы двинулись в комнату больной.

Войдя в комнату, нам пришлось оценить весь спектр запахов, который начинался именно отсюда. Штын стоял такой, что чуть не начали слезиться глаза. Суть в том, что женщина сама в туалет ходить не могла, утка не всегда была под рукой, а подгузники стоят дорого - вот на кровать и была постелена клеенка, которая собирала все отходы, а утром и в течение дня постельное белье менялось, и клеенка тоже.

Сама комната была не слишком большой. Раньше это явно была семейная спальня - кровать рассчитана на двух человек. Тут также был шкаф, тумбочка,