Зайчик для Волкова - Ная Таль

— А я что-то не то говорю? — Сжимаюсь под его тяжёлым брезгливым взглядом.

— Давай поговорим потом? Не надо пугать дочь, — предлагаю мирное решение.

— При твоём ухажёре? Нет уж. Наговорились! Ты уже в край охренела. Мало того, что живёшь на всём готовом, трахаешься с кем попало, так ещё и дочь настраиваешь против меня, — с каждым его словом внутренняя пружина сжимается сильнее. Малышка испуганно затихает и сопит мне в шею, пытаясь слиться со мной полностью. Никогда бы не подумала, что она настолько сильная и может вот так крепко прижиматься, словно чувствует, что в любой момент её захотят забрать. — Я только и слышу «Сеёжа то, Мася сё», а я ей кто? Не отец? Она должна понимать кто её кормит и содержит. И тебя заодно. Что-то ваш «Сеёжа» не спешит взять все расходы на себя.

— Прекрати орать, ты пугаешь свою дочь! А потом ещё смеешь говорить мне, что я её против тебя настраиваю. Она просто ребёнок и хочет поделиться с тобой своими переживаниями. Она доверяет тебе, а ты… Мила ни в чём не виновата, она просто не понимает, что тебе неприятно знать, что кроме тебя у нас есть и другая жизнь. Неудивительно, что она не хочет оставаться с тобой, я бы тоже не захотела быть с тем, кто постоянно на меня кричит на ровном месте, — и вот почему мне нужно ему объяснять элементарные вещи?

— Жизнь? Какая на хер жизнь? — Взрывается мужчина.

— Но… — Видя, что я в диком шоке, Лиза пытается хоть что-то сказать. В её глазах обида и неверие.

— А ты лучше заткнись, — обращается он к своей жене. — Это не твоё дело, вот и прекрати лезть со своими ценными советами. Они мне не нужны! Слышишь? Ты своим мнением о её личной жизни уже достала, — он тычет пальцем сначала в сторону жены, а потом в мою и просто орёт на неё, как сорвавшаяся с цепи собака.

Лиза смотрит на меня, а я на неё и обе мы в шоке переводим взгляд на Диму. Никто из нас сейчас не понимает, что случилось с ним и где тот самый добрый и весёлый человек, с которым мы когда-то были знакомы. Я даже замужем была, а она с ним живёт сейчас. Что случилось? И почему он именно сейчас говорит то, что причиняет боль не только мне. Я уже бывшая, а про них либо плохо, либо никак. Но зачем делать больно той, которая его поддерживает? Девушка сжимает руки в кулаки, чему-то кивает и молча идёт на выход.

— Ты что творишь? — Обращаюсь к мужчине злым шёпотом. Сейчас он мне кажется совершенно чужим и далёким.

— Ничего, — отвечает резко, но видно, что он и сам удивлён её поведением. — Посидит в машине, а ты помни, кто тебя содержит, где ты живёшь и за чей счёт весь этот банкет, — он обводит рукой всё пространство вокруг нас. От его слов пружина, что долгое время сжималась внутри, с резким хлопком распрямляется, заставляя меня расправить плечи.

— Если дело только в этом, то мы можем съехать с квартиры, ключи оставлю в почтовом ящике, — не знаю почему, но именно сейчас мне вспомнился Алексей, которому я сдавала квартиру. Спасибо тебе, Лёша, ведь это идеальный вариант, чтобы не встречаться с тем человеком, с которым больше не хочется разговаривать.

— Не смеши меня! Куда ты поедешь? В однушку, которую сдаёшь? А на что потом жить будешь? Твои кексики — отвратительное месиво, которое и не покупают толком. Признайся, ты — так себе бизнес-вумен. Играть в важную персону ты можешь лишь за мой счёт. Я даже курсы тебе оплачиваю, — проходится по самому больному. Встаю с малышкой на руках и иду к окну, чтобы он не видел моего лица. — Вот и помни, кому ты всем обязана.

— Лиза уехала, — кое как совладав с комом в горле, обращаюсь к Диме.

— Что? — Он подходит к нам и, надеюсь, видит, как «вильнув хвостом» серая машина уезжает со двора. — Что за… — Он быстро идёт в прихожую и матерясь надевает обувь. — Я предлагаю тебе вернуть всё, как было. Я даже помогу тебе устроиться на нормальную работу, только ты должна с ним расстаться. Уяснила? — Оборачивается на меня и ждёт ответа.

Киваю ему, потому что спорить бесполезно. Крики пугают дочь. Он уходит, хлопнув вместо прощания дверью. Всегда думала, что он адекватный, но оказывается, в каждом из нас живут демоны, с которыми мы порой не можем совладать.

— Мам, — малышка наконец-то расслабляется в моих руках. — Я больше не буду папе асказывать о Масе, честно.

— Ты не виновата, милая. Давай ложиться спать. День был тяжёлый, вечер и ночь и того хуже, а завтра ещё и в садик рано вставать, — глажу рыжие кудряшки и целую веснушчатый носик.

— А можно я завта дома останусь?

— Можно, конечно, — вздыхаю от усталости. Тем лучше, может хоть выспимся.

Глава 56

Мы так и ложимся на кровать в домашней одежде, не переодеваясь. Видимо, Милану не смогли уговорить даже пижаму надеть. Ухмыляюсь про себя. А ведь Дима впервые за долгое время сталкивается лоб в лоб с детским упрямством. Раньше она не устраивала ему сцен, все истерики дарила только мне. Теперь же, которую неделю доводит его.

Сил ни у неё, ни у меня нет. Эмоции жутко выматывают, а внутреннее напряжение физически сковывает тело, словно цепями. Не знаю, кому сейчас больше нужна поддержка, но мы даже не думаем разойтись по комнатам, а укладываемся вместе на мою кровать.

Обнимаю свою малышку и глубоко вдыхаю её запах. Маленькие сладкие цепкие пальчики запутываются в моих волосах, дочка притягивает меня к себе и трётся носом о мой нос. Так я её успокаивала с рождения. Теперь же она старается успокоить меня. Прижимаю Милану к себе, пытаясь не разрыдаться.

— Мам, а давай завта за Маськой поедем? — Вымученно улыбаюсь на предложение малышки.

— Серёжа приедет в воскресенье утром. Мы встретим его и все вместе поедем за твоим псом, — успокаиваю дочь. — Денис Петрович обещал позвонить мне, если ему будет тяжело за ним присматривать. Раз не звонит, значит у них всё хорошо.

— Точно? — дует губки Милана.

— Конечно, — зевая отвечаю ей.

— Завта позвоним? — Прислоняется лбом к моему лбу и смотрит мне в глаза.

— Обязательно, — целую свою хулиганку. — А сейчас спи. Мне нужно прибраться на кухне. Завтра нам надо многое успеть. А вечером тётя