Зайчик для Волкова - Ная Таль

в губы. — Вредина, но это хорошо. Так и в чём проблема? Будет и будет, — отходит от меня и ставит чайник.

— Для меня это многое меняет, — иду к шкафу и достаю тарелки. Ловлю себя на том, что наша возня на кухне выглядит обыденно, как будто мы давно живём вместе. Ох уж это «вместе». Будоражит. — Например, то, что ему скоро будет до Миланы. Новорожденные требуют много внимания, и я не думаю, что у них будет много времени на старшую, а значит он скоро успокоится. Знаешь, сколько я его этим упрекала, а сама хотела, чтобы Лиза поскорее родила? Теперь же мне немного страшно, а вдруг он совсем забудет про нашу дочь?

— Если не дурак, а он не дурак, то постарается ради малышки. Как она отреагировала на новость? — Смотрит на меня пристально, словно что-то выискивает. Не найдёт. Мои чувства к Диме давно пылятся на самой дальней полке. У нас всё сложно, но ради дочери я готова идти на компромиссы.

— Ей интересно. Она Олю замучила вопросами про то, как малыш развивается в животике, — хихикаю и иду к холодильнику за молоком.

— Знаешь, мне непривычно видеть, как ты хозяйничаешь у меня дома, — напрягаюсь, может быть, я делаю что-то не так? — Каждый наш день, смотрю и понимаю, что хочу тебя ещё сильнее.

— Серёжа, — воплю возмущённо.

— Ну что? Говорю, как есть, — ему нравится меня вгонять в краску.

— Так нельзя, — еле-еле наливаю молоко в кружку. Руки дрожат от таких признаний.

— Можно. Нужно. Ты просто не представляешь, какая ты, — подходит и забирает бутылку.

— Какая? — От напряжения можно сойти с ума. Ладно, уже сошла.

— Противоречивая зараза, от которой есть только одно лечение — не сопротивляться и любить.

Сердце моментально убегает в пятки. Я не готова к такому. Дыхание перехватывает, смотрю на Волкова, а он на меня. Думала ли я, когда шла с ним мириться, что всё зайдёт настолько далеко? Нет. Хотела бы изменить что-то? Нет. Идиотка? Да, но мне не стыдно. Обнимаю своего прямолинейного и топорного в выражениях мужчину. Вдыхаю его запах и стараюсь подарить ему хотя бы капельку того тепла и нежности, которые вызывают во мне его слова.

— Идём, малышка заскучает там одна, — получаю такой привычный поцелуй в макушку.

— Спасибо, — говорю то, что хотелось сказать сразу, как зашла к себе домой. Не знаю, что бы я делала, если бы он не вмешался.

— Я с тобой и за тебя, не сомневайся, — давно заметила, что он понимает меня и без тысячи слов.

Вечер проходит тихо и по-семейному. Марсель выпрашивает сладости, ему нельзя, но Милану не остановить. Серёжа только посмеивается на мои попытки хоть как-то призвать эту парочку к порядку. А под конец мультфильма малышка практически засыпает, обняв своего друга.

Когда зову её домой, дочка требует отнести её на ручках и Марс тоже поскуливает. Понимаю, что разлучаю их и от этого становится отвратительно на душе. Не оставаться же в самом деле. Поэтому прошу хоть немного сжалиться и пойти спать без сцен и скандалов. В итоге всё равно побеждает Мила. На руках её относит Сергей.

— Учись, — говорит он мне, показывая на дочку, которая убегает переодеваться в пижаму. — Вертит всеми, как хочет и отказать невозможно. Мало того, капризы маленькой принцессы выполняются с удовольствием, — стоит признать, мне до такого мастерства далеко. — До завтра? — Киваю ему и снова чувствую неловкость. — Где же твоя храбрость, Зайчик? — Целует меня в щёку. — Обожаю, когда ты краснеешь. Значит, я делаю всё правильно, — подмигивает мне и уходит. Гад, но соблазнительный.

До его отъезда мы так и ходим друг к другу в гости. Чем дольше проводим время вместе, тем больше я скучаю по нему. Даже Марсель уже не кажется таким страшным, как в самом начале. Теперь он — милый мальчишка, который отчаянно требует ласки. Стоит только показать ему ладонь, как пёс сразу же ластится. Неженка, хуже кошки. Когда отвозим его к Серёжиному отцу, Мася совсем не хочет оставаться, и мне кажется, что он обиделся. Денис Петрович учёл его предыдущий побег, и мы уезжаем спокойно.

— Надо было его у нас оставить, — горько вздыхает Милаша. Она была против того, чтобы оставлять своего друга «без помощи». Какая ему нужна помощь, малышка так и не объяснила.

— Это всего на несколько дней, с ним ничего не случится, а я вернусь и заберу его, — успокаивает её сосед.

— Если не будет поздно, — любит она нагнетать, особенно, когда что-то выходит не так, как ей хочется.

Глава 53

Вода обжигает плечи и тонкими струйками обнимает моё тело. Мягкими неспешными движениями ласкаю свою грудь и указательными пальчиками обвожу твёрдые горошинки сосков. Как же хочется чувствовать на себе большие руки одного конкретного мужчины.

Немного расставляю ноги и бёдра подаю вперёд. Да, я знаю что хочу и как, но приходится обходиться малым. Прикрываю глаза. Грейпфрут и дикие ягоды с тонким вплетением табака дурманят голову. Серёжа в моей голове поселился основательно, раз даже воображение подкидывает запах его парфюма. Дыхание сбивается. Ноги от возбуждения подкашиваются. Кажется, даже клитор вибрирует каждой клеточкой, только прикоснись и влагалище начнёт неконтролируемо сокращаться в оргазме. Раздвигаю набухшие половые губы и…

— Да, ё-п-р-с-т! Кому надо в такую рань ко мне переться? — Ругаюсь на орущий домофон. Опять кто-то ключи забыл? Вот интересно, если ключи забыл и в твоей квартире тебе не отвечают, то для чего звонить соседям? Домой же получается всё равно не попасть. Всё настроение сбил! — Вот же неугомонный!

Думала, если не отвечать, то позвонят в другую квартиру или уйдут, но нет, звонок продолжает раздражать меня. Путаясь в шторке и даже не пытаясь завернуться в полотенце, сырая и злая шлёпаю к трубке с явным намерением наорать на засранца, который испортил мне утро.

— Кто? — Ору, не стесняясь своего хамства. Я хотела… Так мало хотела и то не дали, гады!

— Курьер, — одно слово заставляет меня задуматься. Я же заказывала сахарную печать на завтра. Хмурюсь. — Я вам цветы привёз, открывать будете?

Нажимаю на кнопку и слышу, что дверь открылась. Видимо парень устал ждать, когда до меня дойдёт. Цветы… Но я не заказывала цветы. Стою у двери и жду. Если в доме тишина, то можно услышать, как поднимается лифт. Уже тянусь к ручке двери, как понимаю…

— Чёрт!

Ну почему, когда не надо в ванной всегда по три полотенца висят без дела, а сейчас только одно и то для лица. Для чего-то