Злодейка должна умереть - Анастасия Медведева

помогла мне принять благопристойный вид и сообщила о том, что папа ждёт меня на кухне. Есть не хотелось совсем, но организм нужно было поддерживать в рабочем состоянии, поэтому я спустилась вниз и прошла в указанное помещение.

– Доброе утро, Вайолет, – приветствует меня папа и жестом предлагает занять место за столом.

Вообще мы обычно кушаем в столовой… но в последнее время всё больше останавливаемся на перекус именно здесь.

– Подай ей завтрак, – распоряжается отец, и Игги начинает сервировать стол, за которым обычно ест сама, когда не готовит, – у тебя, должно быть, много вопросов, – папа переводит взгляд на меня и тепло улыбается, – я отвечу на них на все. Не стесняйся задавать.

– Мне нужно было умереть на твоих глазах, чтобы получить это разрешение? – вырывается из моего рта, но я не беру слова назад и не трачу энергию на рефлексию.

Я просто начинаю есть.

– Вайолет, я виноват в том, что не сумел с самого начала выстроить с тобой доверительные отношения, а в какой-то момент вообще упустил возможность влиять на твоё воспитание… однако, сейчас самое лучшее время для того, чтобы исправить ошибки прошлого.

– Я думала, мы научились доверять друг другу, – отзываюсь, прожевав что-то съедобное. Разбираться в том, что это, не было ни сил, ни желания.

– И что, ты доверила мне свой секрет или сохранила его при себе, решив защитить своего отца ото всех врагов? – спокойно спрашивает папа.

– О таком за завтраком не рассказывают, – отвечаю ровно.

– Хочешь подождать обеда? – уточняет папа, вынуждая меня поднять на него взгляд, – вот, и я подумал, что лучше поговорить сейчас.

– Давно ты знаешь о том, что король ищет способ жить вечно? – задаю вопрос, пододвигая к себе чашку чая.

– Я догадался об этом пару лет назад, когда сложил вместе все факты, – звучит ответ, – а как ты это поняла?

– Когда сложила все факты, – бесстрастно повторяю его ответ, не углубляясь в пояснения.

Я лишь вчера догадалась, что это именно король пытается создавать химер. И почти перед самой смертью осознала, что химеры – не предел мечтаний человека, не имевшего наследников и желавшего жить и править как можно дольше… Пара его шестёрок, выполнявших черную работу, помогла мне увидеть всю картину целиком.

Одного я понять не смогла – на чьей стороне Кристиан? И знает ли он о планах Алера?

– А Тайная Канцелярия… – предлагаю отцу ответить.

– Делится на несколько отделов. И господин Дэльрей служит в том, который гоняется за собственным хвостом.

– За сектой «Безграничная Сила», которая располагается в соседнем отделе… – киваю, объединив в голове всю информацию, – или в противоположном крыле подземного дворца.

Выходит, Кристиан не злодей. Он действительно выполняет свою работу.

И в какой-то мере его даже жаль…

Правда, в данный момент я не способна оценить величину своего сочувствия, потому что не чувствую ничего.

– И какими были твои действия?.. Когда ты догадался о планах нашего прекрасного короля? – спрашиваю у отца, возвращаясь к насущной теме.

– Я подготовил для нас несколько вариантов, среди которых есть дома в Великой Пустоши и даже особняк в центре Галаарда.

– Ты хотел сбежать отсюда, – киваю.

– Я никогда не видел своей жизни вне Сумрачного Королевства. Но, выбирая между жизнью где-то там и смертью – или заключением здесь… я выбираю жизнь.

– Зачем ты согласился на мою помолвку с Рафаэлем?

– За тем, что это давало нам время на подготовку. Безопасный период, пока Алер думает, что мы точно никуда не денемся, потому что ждём свадьбы с его родственником.

– А ты продуманный. И хитрый.

– Думаю, ты об этом уже знала. Впрочем, я улучшил свои навыки после того, как понял, к чему всё идёт…

– Ему нужны были деньги на эксперименты, верно? Для этого он опустошал наши карманы? – вновь опускаю взгляд в тарелку.

– Не только наши. Он обирал всю знать Сумрачного Королевства под разными предлогами. И делает это до сих пор.

– Потому что хочет жить вечно, – протягиваю без интонаций.

– Потому что хочет оставить своё имя в истории. Полагаю, в его мечтах он воюет с Великой Пустошью при помощи отряда химер и самой укомплектованной на материке армии, затем побеждает и захватывает все артефакты, привезённые из Галаарда бежавшими алхимиками, после чего идёт на сам Галаард. Алера всегда глубоко задевала мысль, что только в Сумрачном Королевстве нет проблем с какой-нибудь загадочной мистической силой. Мы были просто королевством людей, которое живёт себе спокойно и справляется с вызовами времени, – не более… Тайны древнего Галаарда с их истребленными нимфами, Всеблагим и бессмертными монахинями, секреты Великой Пустоши с их артефактами и запретами на опыты с людьми – всё это волновало Алера едва не с детства. Твой дед понимал опасность подобной одержимости, потому принимал активное участие в создании подземного дворца: он хотел иметь на руках карту тех мест, где король хранил всё самое ценное и где творил всё самое запрещенное… Отец оставил мне все козыри, чтобы я мог выторговать и свою, и твою жизнь в случае необходимости.

– Почему ты был уверен в том, что нашей жизни начнут угрожать? Почему вы оба с дедом были в этом уверены? – задаю свой главный вопрос.

– Потому что люди, владеющие информацией, становятся первой мишенью.

– Дед осознавал это, ты осознавал это… и всё равно вы делали то, что делали, – протягиваю, качая головой.

– Разница есть. Отец хотел воспользоваться своей возможностью влиять на ситуацию – и остановить Алера при необходимости, я же… я понял, что слишком дорожу твоей жизнью, чтобы рисковать, играя в оппозиционера.

– Папа… а ты знаешь, что у меня за способность? – спрашиваю бесцветным голосом после небольшой паузы.

– Нет. Твоя мама не особо распространялась на эту тему, упомянув лишь, что ты будешь особенным ребёнком. Что в какой-то момент начнёшь меняться на глазах и получишь больше жизненного опыта, чем твои сверстницы… я не стал вдаваться в подробности, но, когда увидел тебя, лежащую на земле и не ощущающую никакой боли, то решил, что ты получила неуязвимость или что-то вроде того.

– Умирая, я возвращаюсь в момент своей предыдущей смерти.

– …

Поднимаю взгляд на отца, рот которого то открывался для оценки услышанного, то снова закрывался.

– И сколько раз ты уже умирала? – с каким-то потерянным выражением на лице спрашивает папа.

– Достаточно для того, чтобы сделать выбор, – отвечаю, глядя ему в глаза.

– Какой выбор?

– Жить.

Некоторое время папа смотрит на меня в ответ, затем опускает голову:

– Вайолет, мы можем покинуть эту страну хоть сегодня же вечером. Я уже отправил орла к твоей матери,