Оазис (СИ) - Терехов Роман Евгеньевич

На валу вдруг стало тесно — к нам подошло подкрепление. Свежие силы разом сожгли застрявших между кольев и во рву недобитков. Я снес серебряной пулей полголовы особо крупному мертвецу. Еще дым не развеялся, какой-то идиот громко крикнул: «В атаку!». Воняющие брагой ватажники с криками «Ура!» лихо сиганули через плетень в кружащуюся костяную гарь и копоть.

— Стоять! Куда⁈ — запоздало крикнул им в спины. Ведь еще ничего не кончилось!

Мои четырехпалые копейщики остались на позициях. Вилли смог удержать часть подкрепления и вырвавшиеся вперед полоумные храбрецы, столкнулись с новыми силами противника. Земляне хорошо проредили упырей заклинаниями, но силы оказались неравны. Следующая волна нежити оттеснила и скинула ватажников в ров. Продолжал уничтожать ходячих всеми доступными способами: ускоренный телекинезом булыжник сломал лицо одержимому аборигену. Заклинанием сжег костяки, свалившиеся в ров буквально на плечах вернувшихся из безумной атаки людей. Но следом там оказались еще несколько упырей, сходу вцепившихся когтями в карабкающихся на вал горе-вояк. На дне полуобрушенной, заваленной костями канавы началось нелепое и смертельное барахтанье.

Ярость и злость на пьяных помощничков заставили меня опустошить резерв серией мощных заклинаний. Тотальное уничтожение живых мертвецов позволило слабоумно-отважному подкреплению убраться за вал. При помощи копий их втащили назад товарищи, сохранившие самообладание.

Вокруг меня орали раненые, припудренные вражескими останками и растерянные бойцы. И только сорколины монотонно спихивали обратно лезущих на вал тварей. Ушел за спины пары копейщиков, усваивая накопитель за накопителем. У Вилли дела шли примерно так же паршиво — мы тупо завязли в мертвечине. Но дело свое сделали — врага задержали и частично истребили. Застать врасплох поселок у этой орды не вышло. Не пора ли отходить?

У барьера происходило странное. Щит прохудился окончательно и внутрь без всяких повреждений ворвался клин из двуногих крыс, вооруженных чем попало. С дикими воплями враг помчался на нас, разворачиваясь по фронту. Впереди по-собачьи мчались более мелкие твари. Ярость и злоба этого натиска накатила волной на развороченные позиции. Вот теперь пора валить. Я слишком хорош, чтобы кормить собой крыс!

Атаман раздавал бойцам команды, напрягая свой навык Лидерства.

— Держать позиции!

С нашей стороны защелкали арбалеты, выбивая врагов. Бахнул зачарованный болт, снося здоровенную тварь с секирой. Добавил по атакующим последнюю пару флешетт и наклонился взять из корзины камень.

— Щиты! — заорал командир. Предупреждение подхватил по цепочке за секунду до града ударов. А я все равно что голый! На волне адреналина, активировал физический щит в виде узкой полоски, едва прикрывающей грудь и голову. Магическая защита тут же сработала, отклонив кривое копьецо. Спрыгнул с вала, чтобы укрыться, а на меня свалился сорколин с сулицей в груди. Что же ты, братец, не уберегся? Несколько секунд вражеские дротики и болты врезались в щиты, плетень и землю. Пришпили полу плаща к утрамбованной земле. Попасть после стометровки можно лишь случайно, а вот мне по толпе сам бог велел отработать… Подбросил горсть свинцовых пуль над головой, перехватил их телекинезом и метнул во врага с огромной скоростью.

— Жрите!

Сыпанул душевно, словно картечью из пушечки выкосил дюжину особей. Сразу перед позицией появилась куча раненых, которые больше никуда не бежали, а катались, воя от боли. Повторил залп по лезущим на Вильгельма с Кузьмой. Словно коса смерти прошлась по крысиной стае, потому как во фланг врезал, а разогнанные магией пульки легко пронизывали двоих крысобесов разом. Сам не ожидал такого эффекта.

Резко ушел под защиту вала, призвав на свою голову град дротиков и болтов. Меня прикрыли щитами сразу двое ватажников. Запомнились безумные глаза на запорошенном пеплом бородатом лице:

— Еще можешь так?

Деловито заправился накопителем.

— Одиночными.

Серебром бросаться накладно, но жизнь дороже! Рядом с нами приземлилась крыса, величиной с овчарку. Прежде, чем мы успели что-то предпринять, тварь куснула двоих, но тут же огребла град ударов фальшионами и дубинами. Ее подружка еще в прыжке насадилась на чье-то копье. Еще одну встретил «Изгнанием скверны» в полете. А сунувшегося через плетень полуголого гиганта с огромной пастью и двумя мечами сразил серебром. Выходное отверстие разворотило горбатую спину знатно! Следом по нему отработали заклинаниями — крысиный берсерк свалился в ров, заливая песок кровью и все вокруг скверной.

Отдельные мохнатые бойцы еще кидались на копья защитников, но в массе своей враг сломался. Порождения бездны не поняли, что именно их убивает и калечит. Быстро и безжалостно, игнорируя щиты и доспехи. А неизвестное пугает еще сильнее. Тем более, вот они, твои соплеменники, с перебитыми конечностями, кровящие, визжащие или вовсе молчаливые. В огромном количестве.

Перед отступающими мутантами тяжело опустился занавес, отрезая единственную возможность спастись. Парочка слишком проворных зверобесов сгорела, остальные, не больше десятка, бросились в обе стороны в напрасной попытке спастись… С соседних участков синхронно подтянулись патрули, улюлюкая и сгоняя обезумевших от страха тварей обратно.

Мы шли по усеянному телами полю, добивая раненых и размеренно прореживая дальнобойным мечущиеся у барьера остатки стаи. К нашей цепи присоединялись все новые загонщики с горящими над головой Светочами. Еще минуту назад люди прикидывали свои шансы уцелеть, а теперь мстили за свой страх. Больше никто не рвался в атаку впереди остальных. Все прекрасно понимали, врагу деваться некуда, а загнанная в угол крыса больно кусается. Поэтому работали метательным оружием и заклинаниями.

Кто-то в движении подхватил несколько вражеских дротиков, другие прихватили с собой арбалеты. Я не удержался и «выстрелил» трижды, неизменно вызывая бурю восторга у соратников. Одна тяжелая пуля пробила неказистый плетеный щит и ржавый нагрудник, выдернув за собой кровавый лоскут плоти. Вторая разнесла череп, забрызгав ближайших зверокрыс содержимым. Третья свалила сразу двух монстров. Их тут же сноровисто добили копьями. Без всякой пощады.

Последние враги, прижатые к куполу, собрались встретить нас с оружием, разевая пасти в предсмертных проклятиях. Разрозненный залп из арбалетов и дюжина брошенных сулиц, а затем слитный удар копьями из-за стены щитов покончил с вторжением.

Глава 25

«Живая» закончилась, и отпился обычной водой, с грустью осознавая, что скверны нахватал с избытком. Мой защитный комплект отработал замечательно, но на продолжительное пребывание в гуще событий рассчитан не был. Надо на досуге обновить чары на перчатках и повязке, да подумать, как усилить снаряжение. Уверен, в алтаре точно имеются полезные знания по данному вопросу. Вот повязка адепта мне сегодня немного помогла, усиливая общее сопротивление хаотическим флюидам.

По заваленному телами полю боя бродили ватажники, матеря порождений бездны за потери, за испорченный вечер, за едкую вонь обоссанной шерсти, выхлопы скверны, дрянное в массе своей оружие и снаряжение.

— Блох бы не нацеплять с этих шавок помойных! — всаживая наконечник копья в подозрительный труп, переживал бородач, что закрыл меня от обстрела щитом. Вспомнил, что видел его в патруле, который устроил себе привал под деревом. Мы тогда с Эриком вышли на дежурство, даже не будучи ополченцами. Схватка с гончими, «Красучка», сбор песка в вонючих ловчих ямах… Как давно это все было!

Прибывшие поселковые с дежурными магами занялись ранеными. Самых сложных, с укусами, уносили в лазарет. Остальным раны обрабатывали на месте и потом помогали добраться до башни. «Алтарь быстро на ноги поставит!» — услышал сквозь шумную разноголосицу. Действительно, алтарь в башне мощный, подлатает обязательно.

От дежурной группы стало известно еще о двух прорывах. Везде наши устояли, вовремя получив подкрепление. Командиры проявили чудеса координации. Маневр защитным барьером не обсуждался, а он имел место. Дежурный мастер башни позволил врагу пробить защиту и прорваться в домен, а потом захлопнул крысоловку, резко увеличив приток энергии в щит. Так мы на выгодных позициях перебили бродячую банду порождений. Которая, к бабке не ходи, за пределами купола заставила бы ватажников умыться кровью.