Оазис (СИ) - Терехов Роман Евгеньевич

Сначала я взял бодрый разбег со скоростью три оберега в час. Благодаря двойной рамке принтер штамповал за это же время шесть стандартных заготовок. И процесс неизбежно упирался в тщательную проработку внутренних связей и наложение чар. Подросший сегодня благодаря алтарю навык позволял творить чудеса на минималках. Теперь пластинка отсекала двенадцать процентов скверны. После наложения чар на каждый «арт», я брал пять-десять минут отдыха, чтобы не истощить свой созидательный ресурс слишком быстро.

К слову, о былых проблемах с маной я забыл. Ждать восстановления или использовать запасные накопители не требовалось. Ежедневный контакт с ядром башни, недавно привитый Хранитель маны, весь накопленный прогресс в Потоках и Собирателе, естественный магический фон — теперь все факторы работали на меня с полной отдачей.

Увы, периодически отвлекали обитатели башни с одним и тем же вопросом — как получить или приобрести лампы. И не предполагал, что проблема достигает таких масштабов. А с другой стороны ничего удивительного — в укрепленном доме множество внутренних помещений без окон, где свет требуется постоянно, не только в темное время суток. Опять же, не стоит забывать, что многие попали под купол с боязнью темноты либо заработали ее во время панических атак, вызванных скверной.

Хуже всего то, что многих визитеров уже знал в лицо и по именам. Гаврилов предпочел не вмешиваться и разруливать пришлось мне. Обещал заняться выпуском ламп «сразу после оберегов», а распределять светильники будет мастер башни. Но моих обещаний хватало не всем. Настойчивость отдельных личностей заставила прикинуть пути решения с учетом принтера под руками.

К примеру, заготовки оберегов увеличили мою продуктивность раза этак в три. Для «вечных свечек» от меня потребуется только сфера с заклинанием, остальное вполне по силам нашему магическому агрегату. Следовательно, можно делать несколько штук в день без ущерба для основной темы.

Во время отдыха между оберегами адаптировал схему производства «Вечной свечи» к принтеру. Разложил изделие на две детали: подсвечник и плафон, сделал по каждому чертеж, сформировал под них матрицу. С производственной задачей для принтера пришлось повозиться. Брал куски готового описания из других задач и вдумчиво редактировал. Даже с таким примитивным изделием без Свитка бы никак не справился.

Поручил Анне изучить чертеж. Эксперимент перенесли на вечер: Гаврилов для очистки совести взялся сделать несколько десятков наконечников для стрел. Я бы на его месте печатал улучшенные обереги по две штуки зараз, но Иван сбежал в насквозь знакомую продукцию, как улитка в раковину. Принес для принтера корзину медной копанины и то хлеб. Искореженные позеленевшие детали, смятую посуду, наконечники копий, куски шлемов и украшений. Все остальное время сидел тихонечко за своим столом и не вмешивался в нашу работу. Вот же начальник на мою голову!

Глава 24

Вот не зря старательно гнал прочь мысли, что жизнь постепенно входит в нормальное русло. Обжился на новом месте, планы, понимаешь, на будущее строить начал. Сглазил. Сидел в своей комнате, при свете магической свечи, починял амулет, никого не трогал. Тут нелегкая принесла старых знакомых Вилли и Кузьму, довольных жизнью и подозрительно активных для позднего времени.

— Борис, есть дело!

Веселые визитеры источали густое амбре финиковой браги. Если самому употреблять, вроде нормально, но со стороны нюхать — химическое оружие в чистом виде.

— Это запах легких денег или проблем?

— Атаман, можно, я ему в рог закатаю? — дурашливо предложил Кузьма. Широкой души человек.

— Чтобы лучше соображал! Ха-ха! — заржал Вилли. Если бы не совместное «обнуление» Хозяина зверей, выгнал бы обоих шутников на хрен.

— На вот, глотни!

На подставленный к бутылке стакан Кузьма отреагировал словом «интелиХенция», но наполнил до краев. И понеслась душа в рай, а ноги в милицию. Соратники предупредили, что нужно помочь одному хорошему человеку с очисткой предметов, поэтому прихватил с собой весь наличный запас живой воды — во фляге и самолично зачарованной бутылке. Вынес с родной фабрики, каюсь, и не только ее. Но и улучшенный оберег под предлогом испытаний. Его двадцать процентов защиты суммировались с «Хламидой», заклинанием «Щита» и личным сопротивлением. А все, что обязательно налипнет, завтра почищу медитацией и барельефом. Поэтому насчет негативных последствий для тонкой работы с амулетами — не переживал.

Облачился в приведенную в порядок стеганку — ночи прохладные. Вооружился дубинкой и кинжалом. Просто потому, что безоружные в местном обществе не котируются никак. А мне предстояло общаться с клиентом из числа боевиков. Осушил стакан и окунулся в череду событий.

Либо финиковая бражка активировала телепортацию, либо провалы в памяти. После первого стакана мы внезапно уже спорили с охраной, требуя выпустить за ворота, невзирая на комендантский час. Через два приема браги оказались на специально отведенной для ритуалов площадке.

Позади остался Трактир, отдельно стоящий дом с крытым двориком, обнесенным каменным забором. Который довольный своим остроумием Кузьма упорно именовал «трахтиром». Заведение заливало светом округу, далеко разносился женский смех и прочий шум, сопутствующий коллективному веселью. Как мне пояснили компаньоны, кабак вынесли за переделы поселка во избежание конфликтов. В Трактире обычно праздновали свою удачу состоятельные, но временно бездомные ватажники. Компанию им составляли прелестницы на любой вкус, питала бойцов кухня средней паршивости, а слух временами услаждала живая музыка. Забавное совпадение, сегодня выступала та же рыжеволосая флейтистка, что в кафешке в день нашей драки. Захотелось горохового супца с копченой грудинкой. Чертова брага пробудила аппетит не ко времени.

По рассказам, альтернативная и лишенная удобств туса под каштанами собирала местных работяг, голодранцев и девиц с низкой социальной ответственностью и такими же требованиям к партнерам. Там сегодня тоже веселились. И только поселок засыпал после рабочего дня.

На площадке для ритуалов нас ждали. Ну, как ждали? Пользуясь временным уединением, парочка влюбленных яростно, как в последний раз, целовалась. Пятна скверны на их эфирных телах и ворох добычи у ритуальной плиты — картина ясная. Нажитый во время вылазки стресс требовал выхода, заражение скверной активировало похоть. Девица при нашем появлении засмущалась. Пьяный мужик, наоборот подбоченился, выставив напоказ фальшион на поясе из блях. Мол, смотрите, какой я мачо и победитель по жизни! Кривоногий, расхристанный и пахучий. Его даже местные мухи облетали.

Добыча этим двоим, точнее их ватажке, досталась богатая. Короткое копье с широким лезвием, грубый тесак, шлем-мисюрка с бармицей, шипастая булава аж больно смотреть, бронзовое зерцало на ремнях, набитая металлоломом сумка и два баклера. Один обычный, а второй с чарами физического щита, какой мне уже встречался. На первый взгляд, задача предстояла сложная, но глаза бояться — руки делают.

Познакомились. Марат руководил сборной приключенцев, в которую Пелагея входила арбалетчицей. Бесовский трофейный самострел и футляр с болтами служили тому подтверждением.

В счет услуги с доплатой с моей стороны попытался заполучить зачарованный кулачный щит. Но ватажник захотел взамен «Хламиду жреца». Столь обезоруживающе наглое предложение едва не отбило все желание сотрудничать с пьяным придурком. Но поручительство Вильгельма и банальная жадность удержали меня от резких движений.

Сторговались за четыре бусины с навыками и дюжину медных жетонов. Марат навязчиво демонстрировал несколько горстей добычи своего отряда. Всего пара часов моей работы и его «мусорное богатство» превратившись в жемчужины, существенно вырастет в цене, но я промолчал. Надо завершить контракт с Долиной!

Суетной Марат постоянно мешал ритуалу. Пытался командовать, лез с вопросами, потом тупо стоял над душой, воняя звериным духом и дыша перегаром, а через полчаса принялся поторапливать. Врагу не пожелаешь такого клиента.