Молчание матерей - Кармен Мола

слово. Теперь ему было неприятно даже находиться с Сантосом в одной комнате.

По дороге к такси Сарате думал, что они с Виолетой, в сущности, похожи. Их обоих использовали, обманули, и теперь у них есть право отомстить. От этой мысли ему впервые за долгое время стало легко и спокойно. Да, он убил тех, кто убил Ческу, и, если бы понадобилось, сделал бы это снова. Они получили по заслугам. То же самое он сделает с тем, кто виновен в смерти его отца.

Шагая от бульвара Генерала Мартинеса Кампоса, где его высадил таксист, к улице Микеланджело, где располагался офис Рентеро, Анхель вспоминал детство. Однажды – ему тогда было лет шесть – в обед отец повел его в бар в Вальекасе. В тот день Эухенио был в хорошем настроении; возможно, как понимал Анхель теперь, отец немного выпил. В баре, где сидели другие полицейские, отец заказал ему какао. Анхель оробел и съежился за столиком, а взрослые трепали его по щекам, ерошили ему волосы, шутили и расхваливали его отца. «Лучший полицейский в своем выпуске», – говорили они. Сарате не помнил их лиц, но там наверняка был Сальвадор Сантос, а может, и Рентеро. Маленький Анхель испытывал восторг: отец успел заслужить доверие и даже восхищение коллег, а ведь его перевели в Мадрид всего несколько месяцев назад. Теперь Сарате знал: все эти друзья-льстецы предали его отца, покрыв завесой молчания обстоятельства его смерти.

Рентеро пригласил его в кабинет:

– Полиция не раскрывает подробностей операций под прикрытием, поэтому тебе ничего и не рассказали.

– Но, Рентеро, прошло столько лет. И речь ведь о моем отце.

Сарате скрыл ярость под маской интереса к судьбе родного человека и говорил спокойно, почти кротко. Он с легкостью попросил прощения за то, что вспылил в квартире Элены; извинения его звучали искренне, по крайней мере, ему так казалось.

– Не ищи подвоха там, где его нет. Твой отец был прекрасным полицейским и погиб при исполнении. Это все, что тебе нужно знать.

– Что за работа под прикрытием? Скажи мне хотя бы это.

Рентеро погладил подбородок и вытянул шею, как будто пытался освободиться от галстука.

– Ты ведь не успокоишься, пока не узнаешь, так?

Сарате расслабился: теперь он точно добьется своего. Показное спокойствие оказалось эффективнее ссор.

– В ходе расследования он вышел на участок в Вальекасе. Местную бригаду подозревали в коррупции. В восьмидесятые в полиции была своя мафия.

– Мой отец погиб в девяносто первом, мне было семь. Неужели к тому времени с полицейской мафией еще не покончили?

– Мафия – как раковая опухоль, с ней так просто не покончишь. Нам до сих пор не удалось окончательно от нее избавиться. Помнишь случай в Мериде пару лет назад? Весь отдел по борьбе с наркотиками сел. Или вот сейчас в Вильяверде.

– Что произошло на участке, где работал мой отец?

– Ничего там не произошло. Твой отец погиб в перестрелке.

– Вот и Рейес недавно попала в перестрелку, – саркастически заметил Сарате.

– Если твоему отцу и удалось что-то выяснить, он унес это с собой в могилу. Дело закрыто.

Рентеро выпрямился в кресле, давая понять, что встреча окончена. Сарате побоялся настаивать: это значило рисковать своим местом в ОКА. Когда он вышел на улицу, позвонила Элена. Ригоберто нашли в бизнес-терминале аэропорта. Он пытался улететь из страны.

– Понял, увидимся там. Да, выезжаю прямо сейчас.

Глава 47

Бизнес-терминал располагается в южной части мадридского аэропорта, в здании так называемого Государственного павильона: раньше здесь встречали высокопоставленных гостей, прибывающих в Испанию с официальным визитом. Сейчас отсюда вылетают частные самолеты и корпоративные рейсы крупных компаний с известными спортсменами, деятелями искусства и бизнесменами на борту. Четыре зала ожидания заметно превосходят роскошью и комфортом залы других терминалов, хотя тут пассажирам и не приходится долго ждать посадки на рейс.

Появление группы вооруженных полицейских явно произвело впечатление. На лицах людей, привыкших владеть собой, мелькнуло беспокойство.

– Ты здесь уже бывала? – спросил Сарате.

– Да, я летала на частных самолетах, – ответила Элена, не вдаваясь в подробности.

Ригоберто Веласкеса задержала и отвела в отдельный зал гражданская гвардия; его сняли с рейса SJ30, отправлявшегося в Акапулько. Самолет был не самым шикарным: SyberJet на семь посадочных мест. Чтобы преодолеть чуть больше четырех с половиной тысяч километров, отделявших Мадрид от места назначения, ему понадобилось бы не меньше двух посадок для дозаправки. Ригоберто – высокий смуглый мужчина в безупречно сидящем и явно очень дорогом сером костюме – негодовал и требовал объяснений.

– Я не понимаю, почему меня задержали. Я подам на вас жалобу!

– Мы не возражаем. После того как вы ответите на наши вопросы, даже поможем вам ее составить, – невозмутимо отозвалась Элена. Угрозы на нее давно не действовали.

– На взлетной полосе меня ждет самолет. За каждую минуту простоя я плачу больше, чем вы получаете за месяц.

– Если вы будете сотрудничать, мы вас надолго не задержим.

Составленный при помощи Дориты фоторобот Ригоберто был довольно точным, но все же выйти на след преступника не удалось бы без помощи Марьяхо. В полицейских архивах не было фотографий Ригоберто, и хакерша нашла его по двум штрафам за нарушение ПДД.

– Помните, Дорита говорила, что Ригоберто приезжал на ферму на черном «порше»? Так вот, я нашла два свежих штрафа, оформленных на черный «порше». Один на шоссе, ведущем в Усеро, другой – недалеко от отеля «Торребуэна».

Глядя на фото автомобиля, совершившего разворот в неположенном месте, Элена не скрывала скепсиса.

– Ты уверена, что это он?

– Черный «порше», в отличие от дома и фермы, зарегистрирован на человека по имени Ригоберто Веласкес.

Как только они оформили постановление о розыске и задержании, поступил сигнал: Ригоберто зарегистрировался единственным пассажиром на частный самолет, который вылетал из бизнес-терминала Барахаса.

– Извините, что вынуждаем вас отложить путешествие. Вам придется пройти с нами.

Элена распорядилась, чтобы на Ригоберто надели наручники; пусть сразу поймет, что ситуация серьезная. В таком виде ему пришлось пройти через весь терминал. Ни Элена, ни Сарате не проронили ни слова, пока не добрались до допросной в офисе на Баркильо. Там Элена сразу заявила:

– У нас есть два свидетеля, которые могут опознать вас как хозяина фермы в Сории. Акушерка, работавшая с беременными, которых вы удерживали на ферме против их воли, и один из ваших клиентов.

– Эти люди ошибаются. Я мексиканский предприниматель и, учитывая обстоятельства, больше я в эту страну инвестировать не планирую.

– Передать не могу, как мы об этом сожалеем.

Затем Элена подробно описала, что они