Ацтеки. Воинственные подданные Монтесумы - Жак Сустель

И что интересно в этих небольших приукрашенных рассказах, так это не то, что они описывают или не описывают реальные факты, а то, что они показывают взгляды того времени. Вот каким следует быть хорошему монарху: он должен уметь выслушивать жалобы и возражения, быть милостивым, уметь владеть собой. Он был наивысшей точкой общества и государства и должен был воплощать в себе все те добродетели, которые, согласно воззрениям того времени, считались наиболее ценными, и предполагалось, что они будут поддерживать справедливый порядок в интересах всех.

Искусства в повседневной жизни

Искусства придавали культурной жизни в первую очередь высших слоев общества такое качество и утонченность, какие вызывают воспоминания о золотом веке тольтеков. Мексиканская культура не знала искусства ради искусства, и скульптура, живопись, ювелирное искусство, мозаика, искусство работы с перьями и искусство миниатюры – все это вместе выражало верования того времени и глубочайшие культурные тенденции, служило обозначением высоты ранга и окружало повседневную жизнь такими формами, которые всегда ценились очень высоко.

Об архитектуре уже рассказывалось в главе 1, и здесь мы не будем снова к ней возвращаться. Но огромные постройки были заполнены статуями и покрыты барельефами, огромная часть которых имела в своей основе религиозные сюжеты. Однако не было недостатка и в светской скульптуре: она существовала, и иногда можно найти смело высеченную голову человека из народа, иногда – знакомые растения и животных этой страны, иногда – облеченные в священные формы великие деяния императоров или исторические сцены, такие, как завоевания Тисока или освящение великого храма его преемником.

Императоры любили оставлять после себя свои изваяния в камне или золоте, и одна из немногих золотых фигурок, избежавших испанских плавильных тиглей, изображает Тисока. Четырнадцать скульпторов ваяли статую Монтесумы II в Чапультепеке и были награждены огромным количеством тканей, какао и продуктов питания, а также получили по два раба каждый.

Некоторые памятники были украшены фресками. В центральной части Мексики традиция фресковой живописи восходит к цивилизации Теотиуакана; особенно долго она жила в районе между Мехико и Миштекскими горами. Ацтекские стенные росписи исчезли с постройками Теночтитлана; но в местах, расположенных далеко от центра страны, таких, как Малиналько, все еще можно увидеть их следы.

Но хотя фрески, украшавшие стены храмов и дворцов, были уничтожены, когда сами стены обрушились под натиском пушек и кирок, мексиканская живопись сохранилась в форме пиктографических рукописей, и некоторые из них дошли до нас. Это искусство располагается где-то между письмом и миниатюрой, с его изящными, тщательно выписанными знаковыми символами, изображающими исторические или мифологические сцены.

Художник-писец, тлакуило или тлакуилоани, пользовался очень большим уважением независимо от того, работал ли он в храмах, судах или административном аппарате. Древние мексиканцы любили свои книги, и, когда руки фанатика Сумарраги отправили в огонь тысячи и тысячи драгоценных рукописей, пламя уничтожило огромную часть их культуры.

Именно малые искусства в наибольшей степени украшали жизнь, так как они прилагались – и весьма успешно – ко всему, начиная от самого скромного глиняного блюда и кончая ювелирными украшениями из золота. Ничто не было вульгарным, ничто не свидетельствовало о торопливой работе или голой погоне за внешним впечатлением и выгодой. Завоеватели были поражены необычными и роскошными изделиями ремесленников Теночтитлана, золотых дел мастеров, резчиков по камню и составителей мозаик из перьев.

Эти тольтека – как мы уже видели, они носили это почетное звание, показывающее, что они прямые продолжатели традиций золотого века, – умели плавить и создавать изделия из золота и серебра, резать самые твердые камни, составлять тщательно подобранные мозаики из ослепительных перьев, которые украшали щиты, знамена и плащи вождей и богов. Имеющимися в их распоряжении средствами для создания всех этих изысканных чудес были кое-какие инструменты, сделанные из камня, меди и дерева, влажный песок для обточки нефрита или хрусталя, но больше всего – безграничное терпение и удивительно безошибочный вкус.

Ювелиры использовали метод cire perdue для изготовления статуэток, изображающих индейцев других племен, животных (черепах, птиц, рыб, ракообразных, ящериц), и ожерелий, украшенных маленькими колокольчиками и металлическими цветочками: эти примеры приводили ацтекские источники. Они были знакомы со способом улучшения цвета золота при помощи раствора квасцов; а при помощи молоточков и стамески мастера делали из него пластинки и листочки.

Резчики по камню обрабатывали горный хрусталь, аметисты, нефрит, бирюзу, обсидиан, перламутр и т. д. при помощи инструментов, сделанных из тростника, а также с помощью песка и корунда. Они также складывали прекрасные мозаики из небольших камней.

Составители мозаик из перьев, амантека, либо прикрепляли свои драгоценные тропические перышки к легким тростниковым рамкам, привязывая каждое из них хлопчатобумажной ниткой, либо приклеивали их на ткань или бумагу с тем, чтобы получилась мозаика, в которой определенная игра цвета достигалась благодаря прозрачности изображения. Это было типично и исключительно мексиканское искусство, которое после завоевания сохранилось в виде небольших картинок из перьев, а затем полностью исчезло. Из этих хрупких шедевров не уцелел почти ни один.

Имперский чиновник, который вошел в контакт с испанцами после их высадки в районе города Веракрус, «достал из сундука несколько богатых золотых предметов отличной работы и велел принести десять мер белой ткани из хлопка и перьев, и на это действительно стоило посмотреть». Согласно местным источникам, Монтесума послал Кортесу следующие подарки: во-первых, наряд Кецалькоатля, в который входила маска из бирюзы, плюмаж из перьев птицы кецаль, большой нефритовый диск с золотым кругом посредине, щит, сделанный из золота и перламутра, украшенный перьями кецаля, зеркало, инкрустированное бирюзой, браслет из драгоценных камней и золотых колокольчиков, головной убор из бирюзы и сандалии с украшениями из обсидиана.

Вторым подарком было одеяние Тескатлипоки, которое, в частности, включало в себя корону из перьев, золотую нагрудную пластину и зеркало.

Затем последовало одеяние Тлалока с короной из зеленых перьев и нефритовыми серьгами, нефритовым и золотым диском, скипетром из бирюзы и золотыми браслетами на руки и лодыжки. Далее в списке значится митра из шкуры ягуара, украшенная перьями и драгоценными камнями, серьги из золота с бирюзой, нагрудная пластина из золота и нефрита, щит из золота, украшенный перьями птицы кецаль, золотая митра с перьями попугая и митра, сделанная из тонких золотых пластин.

Среди всех сокровищ, которые Кортес получил от Монтесумы II и которые отослал Карлу V в июле 1519 года, можно найти – среди всех прочих вещей – два «колеса» шириной 10 пядей (6 футов 10 дюймов): золотое колесо изображало солнце, а серебряное – луну; золотое ожерелье из 8 секций со вставленными в него 183 маленькими изумрудами и 232 гранатами, а также 27 маленькими золотыми колокольчиками, свешивающимися с него; деревянный шлем, покрытый золотом; золотой скипетр, усыпанный жемчугом; 24 щита, сделанные из золота и украшенные перьями и перламутром; 5 рыб, 2 лебедя и других птиц из литого золота; 2 большие золотые раковины и золотого крокодила с филигранными украшениями; несколько головных уборов, митр, плюмажей, опахал и мухобоек, причем все было из золота и перьев.

По мере роста империи ацтеков жизнь мексиканцев все больше наполнялась роскошью и великолепием, так как ее границы достигали тропических стран, которые поставляли перья, Миштекских гор, где в реках находили золотой песок, и тех частей побережья залива, откуда поступал самый лучший нефрит. Статуи богов одевали в плащи из перьев, а сановники, забыв об аскетизме былых времен, украшали себя яркими плюмажами, ограненными драгоценными камнями и украшениями из золота. Как мы уже видели, представители высшего общества любили учиться искусству резьбы по камню и сами делали резные украшения из нефрита и бирюзы.

Золото и серебро пользовались меньшим спросом и вызывали меньше восхищения, чем перья и драгоценные камни – слова, которые постоянно повторяются в стихотворных строках и языке ораторов. Правителей и поэтов, купцов и ремесленников – всех их приводили в восторг золотисто-зеленые перья птицы кецаль, бирюзовые сине-зеленые перья шиутототля, великолепные желтые перья попугаев, полупрозрачная зелень больших кусков нефрита, привезенных из Шикаланко, красный цвет гранатов и темный блеск обсидиана; и яркое многоцветье всех этих вещей окружало жизнь человека аурой богатства и красоты.