Кто готовил развал СССР - Александр Шевякин

Добавим, что сообщенные Б. Ивановым сведения о планируемой высадке американских войск в Пакистане были полной дезинформацией. Что вообще было характерно для всех сообщений КГБ по афганскому вопросу.

8 декабря 1979 г. Андропов доложил на Политбюро, что резидент ЦРУ в Турции пытается создать новую «Великую Османскую Империю» с включением в нее всех южных республик СССР, и что американцы собираются разместить в Афганистане ядерное оружие [14.1]. Это также была дезинформация.

Окончательное решение о вводе войск в Афганистан было принято на заседании Политбюро 12 декабря 1979 г., и на следующий день началась подготовка к вторжению.

27 декабря 1979 г. дворец Амина в Кабуле был взят штурмом подразделениями спецназа ГРУ и КГБ, сам глава Афганистана был убит, а привезенный из Москвы Б. Кармаль на следующий день объявил по радио о начале «второго этапа революции», и началось размещение советских войск по гарнизонам.

Советские войска провоевали в Афганистане до 15 февраля 1989 г. Погибли около 14 тысяч наших военнослужащих, расходы на войну составили (по данным генерал-майора А.А. Ляховского) только по линии Министерства обороны СССР — более 12 000 000 000 руб., а на иные виды помощи — более 8 000 000 000 руб., т.е. всего СССР потерял на этой войне более 20 000 000 000 руб. Афганистану помогали безвозмездно.

Главная странность Афганской войны заключается в том, что победа в ней вообще не планировалась. Как пишет генерал-полковник Б.В. Громов: «Упреки в том, что мы не сумели победить Масуда, что он оказался значительно умнее и прозорливее командования 40-й армии, на мой взгляд, беспочвенны и необоснованны. Любые проводимые нами операции, в т.ч. и против Ахмад Шаха, нужно рассматривать в контексте всего пребывания советских войск в Афганистане и тех задач, которые стояли перед Ограниченным контингентом… Определенные цели перед собой командование 40-й армии ставило и в борьбе против Масуда. Но даже в периоды жесткой конфронтации с военным лидером оппозиции, а она возникала довольно часто, мы не стремились окончательно разбить его банды, а самого Ахмад Шаха уничтожить физически. Мы планировали боевые действия т.о., чтобы нанести Ахмад Шаху лишь значительное поражение, скажем в Северном или в Центральном Панджшере, и лишить оппозицию возможности быстро восстановить свои силы. (…)

Наивно полагать, что мощнейшая 40-я армия не смогла бы окончательно ликвидировать группировку Ахмад Шаха. Советское военное командование в Афганистане имело все возможности для того, чтобы нанести ему сокрушительное военное поражение еще задолго до летней кампании 1985 г. в Панджшере и прилегающих к ущелью районах. Если бы в этом возникла необходимость, мы бы уничтожили Масуда. Лично у меня в этом никогда не возникало сомнений, нет их и теперь. Прекрасно понимал свое положение и сам Ахмад Шах, что, естественно, влияло на его политику и отношения с советскими военными: он всегда знал, что ему разрешается делать, а за что он будет жестоко наказан. (…)

Перед Ограниченным контингентом никто и никогда не ставил задачу одержать военную победу в Афганистане. Все боевые действия, которые 40-й армии приходилось вести с 1980 г. и практически до последних дней нашего пребывания в стране, носили либо упреждающий, либо ответный характер. Совместно с правительственными войсками мы проводили войсковые операции только для того, чтобы исключить нападения на наши гарнизоны, аэродромы, автомобильные колонны и коммуникации, которые использовались для перевозки грузов» [14.4].

Очевидно, что в такой стратегии виновато Министерство обороны СССР, которое с непонятными целями стремилось затянуть пребывание там наших войск без одержания окончательной победы над противником. Очень напоминает Вьетнамскую войну. (И Чечню. — А.Ш.)

Во второй половине 1970-х гг. КГБ уже вовсю готовился к «перестройке», и вполне возможно, что Афганская война должна была сыграть роль катализатора перестроечных процессов. Например, вызвать у военных недовольство властью партийной верхушки, пославшей их умирать ни за что. Очень многие военные, поддержавшие Ельцина в 1991 г., служили в Афганистане. И А. Коржаков служил в охране Б. Кармаля в 1980—82 гг.

Зачем же американцам понадобилось дарить Советскому Союзу Афганистан и Никарагуа? Посмотрим на действия американцев после этого «подарка».

После ввода советских войск Картер лицемерно притворился, что он тут не причем, и заявил, что «советское вторжение в Афганистан — это самая большая угроза миру со времен 2мв». США стали вооружать моджахедов, т.е. участников джихада. Ввод советских войск в Афганистан специально был обставлен так, чтобы это выглядело как оккупация. А учитывая, что иностранная армия принадлежала антирелигиозному государству, у афганских мусульман это восторга не вызвало. Поэтому для освобождения Афганистана от «неверных» исламскими фундаменталистами был объявлен джихад.

В рамках операции ЦРУ под кодовым названием «Циклон» США стали перечислять деньги Пакистану, а пакистанская разведка стала закупать для моджахедов оружие, обучать их методике партизанской войны. Моджахеды набирались как среди афганцев, так и в арабских странах. Среди моджахедов были иранцы и пакистанцы.

Моджахеды контролировали районы Афганистана, граничащие с Пакистаном и с Ираном (к 1986 г. — до 70% афганской территории), а также приграничную полосу на территории Пакистана и Ирана. Т.е., возникло своеобразное «государство моджахедов», разделенное на зоны влияния между полевыми командирами.

Это была территория, где не действовали никакие нормы международного права, и которую не контролировал никто, кроме вооруженных бандитов (ну или «борцов за веру», «борцов за свободу» — называйте их как хотите). Иногда эту территорию (приграничные районы Афганистана, Ирана и Пакистана) называли «Золотой полумесяц».

А что в Никарагуа? А там было то же самое.

У многих никарагуанцев власть сандинистов восторга не вызывала, и строить социализм хотелось далеко не всем. Как известно, на всякую революцию найдется контрреволюция, и недовольных сандинистской властью стали называть «contrar revolucionarios», сокращенно — «contras» (контрреволюционеры, «контрас»).

Из этих «контрас» ЦРУ стало создавать вооруженные отряды, вооружать их и обучать методике партизанской войны.

Никарагуанские «контрас» контролировали районы Никарагуа, граничащие с Гондурасом, а также приграничную полосу на территории Коста-Рики и Гондураса, и значительную часть территории Сальвадора, граничащую с Гондурасом. Т.е., возникло своеобразное «государство контрас», разделенное на зоны влияния между полевыми командирами. Это была территория, где не действовали никакие нормы международного права, и которую не контролировал никто, кроме вооруженных бандитов («борцов за свободу»).

Итак, в Афганистане и в Никарагуа была применена одна и та же схема: сначала американцы проводят спецоперацию, в результате которой страна оказывается под властью коммунистов, а затем начинают создавать и вооружать отряды «борцов за свободу» — чтобы те боролись с коммунистами. Иначе говоря — сами создаем себе трудности, а потом их героически преодолеваем. Затем вооружаемые американцами «борцы за свободу» захватывают приграничные территории (в т.ч. и соседних государств), и устанавливают там собственные порядки, когда не действуют никакие нормы международного права — т.е., фактически создаются бандитские государства, управляемые полевыми командирами.

Зачем же это было нужно? Неужели ЦРУ больше нечем было заняться?

Давайте думать. Предположим, существует международная конвенция, которая запрещает выращивать какое-нибудь растение. Кроме того, выращивание этого растения запрещено и собственными законами всех стран. Из-за того, что растение запрещено, спрос на него велик, особенно среди молодежи (запретный плод сладок!), а предложение ограничено. Следовательно, запрещенное растение или продукты его переработки стоят очень дорого, и тот, кто сможет торговать ими в больших количествах, получит очень много денег.

Выращивать такое растение на территории цивилизованного государства в промышленных масштабах невозможно — огромные плантации не скроешь, и даже если само государство этим займется, могут возникнуть различные осложнения от непонимания избирателей до международных санкций.

Следовательно, нужно создать территорию, которой управляют бандиты, и которым всякие международные законы и санкции — глубоко по барабану, потому что они и так вне закона и каждый день рискуют жизнью. Вот эти бандиты на своей бандитской территории могут делать вообще абсолютно все что угодно, и ничего им за это не будет.

Спецслужбы того государства, которое поможет бандитам захватить территорию для выращивания запрещенного растения, будут у них это растение или продукты его переработки покупать, перевозить в ту страну, в которую надо, и там перепродавать в десятки раз дороже местным покупателям-оптовикам.