Правила эксплуатации, или Как не выйти замуж - Марина Орлова

а затем опустил руки по швам, стоило лишь туго забитой телеге показаться на глаза. — Опаздываешь. Я сказал, чтобы с самого раннего утра прибыл, — раздраженно «поздоровался» Володька с моим другом детства и шире раскрыл ворота, чтобы пропустить повозку во двор.

Василий не ответил, но по заходившим желвакам на щеках было понятно, что тому виной лишь его природная сдержанность.

— Я чего-то не знаю? Зачем смертный здесь? — недоумевал Ждан. Я разделяла его недоумение, но показывать свое полное неведение не хотелось. Потому предпочла сделать вид, что не расслышала вопроса.

— Пояснишь? — подошла я к демону, который деловито раскрывал тюки и корзины, набитые… продуктами, тканями, зерном и прочими припасами. — Ты чернокнижника решил до смерти закормить?

— Это твои припасы до весны, — просто ответил демон, мельком взглянув на мое удивленное лицо. — Я решил, что с моей стороны было бы просто непозволительным упущением — не разорить деревенских в пользу клиентки, — понизил он голос с усмешкой на губах. — Я лишил тебя припасов, я — их восполнил. Сейчас, потому что не уверен, что возможность еще представится. Решил подстраховаться.

— У меня нет таких денег, чтобы оплатить все это, — затравленно посмотрела я на то, что мне бы хватило с лихвой на несколько сезонов.

— Оплата не требуется. Я просто напомнил некоторым деревенским о том вкладе, который ты вносишь в их выживаемость. Они прониклись, — слишком уж равнодушно пожал демон плечами, что заставило меня переживать. — Все равно в тех краях был, вот и попросил… посодействовать.

— «Попросил»? — переспросила я, здорово сомневаясь, что мы оба понимаем значение этого слова одинаково.

— Все живы, если ты об этом. Может парочка придет к тебе за средством от икоты, так что ты не откажи. Но в остальном здоровы, — безразлично отмахнулся Володька, стягивая тяжелые корзины с повозки и ставя их на траву.

— Володя, — начала я предостерегающе, но вмешался Василий:

— Он прав, Дарина. Мы обязаны тебе, и это, — кинул он взгляд на припасы. — То немногое, чем мы можем тебе отплатить за доброту и терпение.

— Особенно теперь, когда охотник официально подтвердил, что Дарина — не зло воплоти, хоть и ведьма, — раздраженно отметил Володька.

— И это тоже, — нехотя, но признал Василий, а после нерешительно посмотрел на меня. — Дарина, прости меня за все: за то, что был плохим другом и товарищем. Мы были несправедливы к тебе, и я хочу все исправить.

— Каким образом? — забеспокоилась я, краем глаза заметив, как Ждан безмятежно хрустит яблоком, который достал из обоза.

— Я знаю, что ты в опасности… — начал Василий, а я протестующее закачала головой.

— Нет! Нет, тебе тут не место, — вспоминая личико Настены и бывшей подруги, которая вот-вот должна разродиться, запаниковала я. — Это твоя идея была? — взбеленилась я, нападая на демона.

— Он предложил помощь, я просто не отказался. Сейчас любая подмога кстати, хоть я и не верю, что от него будет большой толк, — безразлично прокомментировал Володя, а после рявкнул в сторону охотника: — Не нажрался еще? Чего встал? Помогать будешь или как?

— Нельзя вмешивать в это деревенских? Люди не должны пострадать! — схватилась я за голову.

— Если тебя не станет — они все равно пострадают без твоей помощи. Других ведуний в округе нет. Так что пусть охраняют «достопримечательность», — резко и коротко отозвался демон, словно отрезал, а после с очередным недовольством добавил: — Однако, я ожидал, что помощь прибудет более… весомая. Хотя бы в количестве.

— Я умею драться, — насупился Василий.

— Это тебе, дружище, вряд ли поможет, — праздно сообщил Ждан, с легкостью выгружая сразу несколько тяжелых на вид тюков. — С чернокнижником умения в деревенской драке бесполезны. Все равно, что новорожденным котенком в волка бросаться. Задержит врага лишь на ту секунду, чтобы этого котенка проглотить.

После данного заявления я пристально посмотрела на демона, который просто из упрямства не желал признавать свою ошибку.

— Даже эта секунда нам может быть полезной, — с видом полной невозмутимости цинично подметил Володька.

— Я тебя сейчас прибью! — рявкнула я.

— Дарина! — привлек внимание Василий. — Я взрослый и отдаю полный отчет о своих действиях. Я не могу бросить тебя в беде снова, — посмотрел бывший друг мне в глаза, но я не согласилась.

— Ты не видишь дальше своего носа, — прошипела я. — Ты можешь позволить себе благородство и отвагу, когда отвечаешь только за себя, но это не так. У тебя есть семья и люди в деревне, за которых ты вскоре будешь отвечать. Ты — будущий староста. Кто заменит Тихона, если тебя не станет? Кто заменит Дарье мужа, а твоим детям — отца? Об этом ты подумал, балда?

— Подумал, — твердо кивнул он. — Для них, в том числе, я и решился на это. Мы с твоим помощником встретились в храме. Я, как и он, искал информацию и летописи. И, следуя истории, чернокнижник может не остановиться на одной ведьме, если получит недостаточно энергии. Деревенские в такой же опасности. Я уже молчу о том, что, если изничтожить мага, то все, кто захворал, вернуться к жизни.

— Видишь, Дарина? — послышался холодный голос демона. — Твой «друг» все просчитал. Помощь подруге лишь сопутствует. Ни благородства, ни преданности тебе. Отличный староста получится. Если выживет, — бросил Володька немного брезгливо, что удивило. Еще совсем недавно мне казалось, что демон Волозар только поддержал бы циничный и холодный расчет в людях. Однако, Василий ему упорно не нравился, чего тот даже скрывать не собирался.

— «Польщен» такой оценкой, — не уступая тому в неприязни, сыронизировал Василий. — Тебе просили передать, — порылся бывший друг в своей сумке, а после едва не швырнул в демона увесистым предметом, в котором я разглядела старую книгу с пожелтевшими и разбухшими от времени листами.

Я боялась, что демон вспылит, но он будто и забыл вовсе про всех вокруг, тут же принявшись листать переданный ему томик летописей, с какими-то зарисовками.

— Отец Кирилл просил передать это хамоватому невеже, что отирается у ведьмы. Я сразу понял, что посылка ему, — проворчал Василий, сложив руки на груди и исподлобья наблюдая за Володькой, который разложил книгу на козлах.

— Понятнее не