За пеленой дождя - Анна Карлссон

Сама же и ответила, избавив меня от необходимости что-то придумывать. Говоря откровенно, с фантазией у меня всегда было не очень. Я глянула на моего сопровождающего. Он выглядел довольным. Судя по всему, ему вовсе не претила идея немного повеселиться. Несмотря на его правильные мысли, по своей природе он быль большой озорник и выдумщик. Ирка моего приятеля не видела, и это упрощало дело. Пара чародеев — очень подозрительно. Даже попахивает мошенничеством. А одна красивая женщина вызывает доверие. Тем более если она умеет читать мысли.

Оглянувшись по сторонам и убедившись, что никто не проявляет интереса, она придвинулась ко мне поближе.

Люди никогда не перестанут удивлять. Такое впечатление, что они мало отличаются от своих древних предков, которые падали на колени, припечатывая лбом землю, пугаясь бушующих стихий. Все малопонятное и необъяснимое пугало, вызывая священный трепет. В наши дни все то же самое. Чьи-то способности, мало-мальски отличающиеся от собственных, вызывают подобные чувства. Даже если не предоставлено никаких доказательств. Я-то считала Ирку хитрой и расчетливой. А вот, пожалуйста, так просто попалась на удочку волшебства. Однако в моем нынешнем положении кой-какие способности действительно имелись. К так называемому волшебству я имела непосредственное отношение.

Я предпочитала оставаться от нее на расстоянии, чтобы не возникло желания до меня дотронуться. Весь потенциал моих возможностей был пока неизвестен. Вдруг от прикосновения лопну, как мыльный пузырь. Оказаться при этом на Иркином месте не хотелось бы.

По глазам подруги было понятно, что ей не терпелось пообщаться со мной, несмотря на все еще существующее недоверие.

— Может, вы имя мое сможете назвать.

Его я знала и без волшебства. Она вскрикнула так громко, что привлекла внимание отдыхающих на соседних скамейках.

— А как зовут мужа, вы тоже знаете?

— Евгений, — без особых затруднений ответила я и на этот вопрос.

На этот раз она успела закрыть рот ладонью, чтобы не привлекать внимания вновь.

— Кто вы такая? — последние сомнения в моем магическом даре исчезли.

— Просто человек, — ничего более интересного я придумать не сумела.

— Нет, не просто, — она уставилась на меня во все глаза. — И не просто так вы подошли ко мне. Да?

В голосе ее было столько надежды, что мне захотелось ее оправдать. Я посмотрела на моего спутника. Он только пожал плечами, позволив самой принимать решение.

Не дождавшись ответа, она заговорила быстро, сбиваясь и перескакивая с одной мысли на другую. Словно боялась, что я уйду, оставив без ответа на важные вопросы. Мне стало жаль ее. Видела, что неразрешенные вопросы не дают спокойно жить. Но что я могу сделать и как утешить?

— Я знала, чувствовала, что со мной должно произойти что-то подобное. Просила, чтобы произошло. Скажите, вы медиум?

На помощь пришел мой новый приятель.

— Это тот, кто умеет говорить с душами ушедших, — пояснил Он.

В моем положении это было весьма подходящей деятельностью. Не знаю, получится ли общаться с другими, но собственная душа была в моем распоряжении. Я кивнула.

— Может, зайдете ко мне? Это недалеко. Умоляю вас, не отказывайте! Моя жизнь рушится, и без вашей помощи не обойтись.

Не слишком понимая, чем могу помочь, я все же согласилась. Мы шли знакомой дорогой в еще недавний мой дом. Мне всегда нравилось ходить этой улицей. Она была малолюдной, больше похожей на сквер. По обе ее стороны росли высокие деревья, защищая от жгучего солнца летом и даря ощущение сказки зимой. Теперь я вернулась на нее в другом качестве, брела, получая невероятное удовольствие. Еще я заметила, что стояло лето, тогда как ушла я глубокой осенью. Куда исчезли зима с весной? Нужно будет об этом спросить. Оглянувшись, увидела, что спутник мой исчез, предоставив мне возможность погрузиться в приятные воспоминания. Может быть, больше такой возможности у меня не будет. Однако от этого не было больно. Разбираясь со своими эмоциями, я совершенно забыла про Ирку, которая еле поспевала за мной. Лицо ее было бледным, в глазах читался страх. Ей было непонятно, как незнакомая женщина, не зная адреса, безошибочно идет к дому.

Открывая знакомую дверь собственными ключами, Ирка рассказывала о каких-то семейных проблемах и недопонимании с супругом. Жаловалась, что он изменился после свадьбы и почти перестал ее замечать. Мне же было любопытно, как бы я смогла отреагировать на подобные откровения, будь немного живее. Сейчас она вызывала лишь сочувствие. От предложенного чая я отказалась. С тех пор как себя помню в новой жизни, во рту не было ни крошки. Лучше бы так было в той, прежней, когда есть и худеть хотелось одновременно. Внезапно я поняла, что свое новое состояние воспринимала как жизнь. Это была уже немного другая жизнь. Я все так же чувствовала, видела и могла существовать среди людей и отдельно от них. Смерть — это одна из сторон жизни. Снова почувствовала горячую волну внутри себя. Она возникала всегда, когда ответ был правильным.

* * *

Ирка усадила меня в кресло, расположившись на диване напротив. Разговор снова перешел в русло семейных проблем. Я же чувствовала, что ее тревожит другое. Торопить не хотелось. Надеялась, что сама заговорит о том, что волнует на самом деле.

Разговор действительно постепенно перешел к волнующей теме.

— Вы понимаете, он постоянно говорит о ней. Даже меня сравнивает. А какое между нами может быть сравнение! Нет, ничего плохого я сказать о ней не могу. Средненькая, скучненькая. Таких миллионы. Вы понимаете, он ей не пара. Мы сразу, как только друг друга увидели, влюбились, как в первый раз. Но я сопротивлялась своим чувствам. Знаете, воспитана хорошо, да и правило «не брать чужого» неплохо усвоила. Только разве любви можно долго сопротивляться? К тому же он так умеет ухаживать, — она закатила глаза к потолку, давая понять, что испытывает блаженство от одних только воспоминаний. — Но у меня была совесть не на месте, так я переживала за подругу. У меня таких, как он, могло быть сколько угодно. Для нее же — единственная надежда. Но после долгой осады мои бастионы пали. Любовь безумная, не передать словами. Только он вечно на часы смотрел. Думаете, это приятно, когда твой мужчина смотрит на часы, а потом бежит домой к этой. Я как представляла, что он каждое утро сидит с ней рядом, ест, чай с ней пьет, так аж дыхание перехватывало. Такая во мне обида разгоралась, что я сама чуть в ней не сгорела. Разве же это справедливо, чтобы он жил с этой серостью, тогда как моя