Клеймо Дьявола - Ольга Михайлова

Полнолуние влило в неё черную мощь. Приготовления заняли считанные минуты. Оставив погрузившегося в глубокий сон Бенедикта в его спальне, она пробралась по коридору в гостиную Лили, Эстель и Симоны. Её разочарованию не было предела — жертвы там не было. Дверь в спальню Лили была заперта. Впрочем, унывала Хелла недолго. Вспомнив рассказ Бенедикта, она прошмыгнула через коридорный пролёт и ряд рекреаций и оказалась у апартаментов Нергала. Прислушалась. Из-за двери доносился богатырский храп. Нет. Она подобралась к двери Мормо и снова прислушалась. Тишина. Она надавила на дверь. Заперто на засов. Заглянув через замочную скважину внутрь, она увидела раскинутое на кресле пальто Лили и её берет со страусовым пером. Чёрт возьми!

Воскресный день наступал медленно и лениво. Часы Меровинга пробили девять. Спрятавшись за зелеными кустами самшита, Хелла проводила глазами Эстель и Симону, которые в сопровождении Риммона вышли из замка. В течение следующего часа глаза её были прикованы к двери, ведущей в апартаменты Мормо. Она лихорадочно размышляла. Чей облик не испугает Лили? Мормо и Нергала она подпустит ближе всего, но оба слишком заметны. Братца подставлять глупо. Он ещё пригодится. Виллигут? Нелепо. Хелла давно разобралась в склонностях Генриха и презирала его.

Впрочем, о чём тут думать — Мисси, служанка Лили! Кто замечает вечно снующих то там, то тут слуг?

Прекрасная идея.

Между тем дверь спальни Мормо отворилась и на пороге появилась Лили. Мисси сделала книксен и поспешила помочь госпоже. Лили ещё не пришла в себя. Пошатываясь, она оперлась на её руку и пошла по коридору. Хелла постаралась повести её кружным путем и, заведя под ветви вязов около статуи Помоны, усадила на скамью. Вынув из чехольчика для зубочистки приготовленную иглу с ядом, хладнокровно вонзила её в голову мерзкой потаскухи. Наслаждение, испытанное при этом, намного превзошло все её прошлые жизненные ощущения. Лили была уже мертва, когда Хелла, вынув из кармана нож, с удвоенной злобой и ликующей радостью воткнула его в сердце рыжей твари.

Это было блаженство.

Но его пароксизм не заставил её забыть о главном. Обыскав карманы покойной, Хелла извлекла из одного из них ключи от спальни. Руками, нервно дрожащими от чувства, близкого к сладострастию, она осторожно стянула с пальцев Лили перстни, вытащила из её ушей серьги и бережно расстегнула бриллиантовое колье.

Тенью промелькнув мимо кустов к корпусу, она взлетела на третий этаж в женский портал, опасаясь только одной случайной встречи — с самой Мисси. Но удача была на её стороне… Ей встретилась лишь Эрна Патолс, не обратившая на служанку никакого внимания. Отперев двери гостиной, а затем и спальни Лили, Хелла быстро обыскала её. Чёрный ларец с драгоценностями она нашла в шкафу, в потайном его отделении, к которому подошёл один из ключей. Сложив в него свою добычу, Хелла опустила ларец в корзину для белья, стоявшую у двери, прикрыв его взятой в шкафу наволочкой. Затем тщательно заперла и опустевший сейф, и двери спальни и гостиной.

Оказавшись у себя в комнате, она спрятала ларец и ключи Лили в тайник. Затем, избавившись и от облика Мисси, и от корзины и наволочки, швырнув их в пылающий камин, — отправилась будить Бенедикта. Проснувшийся около полудня Митгарт был рад откликнуться на предложение сестры немного пройтись, — ему и впрямь был необходим свежий воздух…

Да. Всё прошло тогда как нельзя лучше. Да и сегодня тоже. Если так пойдёт — уже к весне они смогут располагать неплохим капитальцем. А там… если древний бабкин яд так верно служит ей, то чем хуже бабкино приворотное зелье? Только один глоток… и красавец Морис де Невер…

Ещё несколько минут Хелла сидела на постели и наконец, погасив свечу, легла. Через четверть часа её дыхание стало мерным и тихим. Мормо бесшумно слетел вниз. Через мгновение он уже стоял, возвышаясь над спящей в полный рост.

Его миндалевидные глаза тускло светились во тьме, словно светляки над болотом.

Глава 27. Ужин эпохи Регентства

"Представьте, будто вы заснули,

И перед вами сны мелькнули".

Нергал метался по подушке в тяжёлой мутной полудреме. Вначале какой-то туман стелился над болотом, потом рыжая лярва, поразительно похожая на покойницу Лили, пыталась приманить огромного нетопыря и, воткнув между ягодиц хвост огромного зеркального карпа, изображала русалку. Неожиданно в его сон вторглись два размалеванных педераста, певучими голосами осведомившись у него: "Как дела, милый?", но, увидев нетопыря, испуганно удрали. Потом появившаяся Эрна швырнула ему в физиономию колье и со словами "я и так тебя люблю!", набросилась на него. Огромный нож с чёрной рукояткой, торчавший из её спины насквозь, то и дело протыкал ему грудь, а огромный нетопырь, зависая над кровельными стропилами, норовил встрять между ними и слизнуть сочившуюся из порезов кровь. Проснулся Нергал оттого, что кто-то достаточно грубо тряс его за плечо. Он потянулся, зевнул и наконец разлепил веки.

Около постели, почти утонув в кресле, сидел Август Мормо.

События минувшей ночи вспомнились Фенрицу во всех пакостных деталях. Он резко поднялся и уставился на приятеля. В углах губ Мормо запеклась кровь, он округлился и порозовел, но глаза его ввалились и тускло блестели. Каковы бы ни были чувства Нергала, он понял — сейчас неподходящее время выяснять отношения. К тому же, кроме ночного сообщения Мормо, что кто-то пробрался в Зал Тайн, что оказалось поросячьим трюком, лживым фантомом и наглым враньём, упрекнуть дружка было не в чем, если, конечно, не он проткнул ножом Эрну. Но, помилуйте, зачем? Ведь нынешним же вечером он бы честно с ним поделился! Не в первый раз, чай, они делили подружек. Нергал, излагая декану детали ночного происшествия был скромен и лаконичен, как семинарист, и, конечно же, и не подумал упомянуть о ночном рандеву с Эрной и встрече в коридоре с Мормо — это, по его мнению, можно было выяснить с дружком и после…

Хотя в их тандеме Нергал вроде как верховодил, Фенриц старался никогда не обострять отношений с Мормо, шестым чувством понимая опасность прямой стычки. С Мормо иногда шутки были плохи. Но неужели это все-таки он ухлопал Эрну?…Но нет, это не Мормо, пронеслось в голове Нергала, он ведь видел, что горло и вены у убитой были нетронутыми. Нергал выжидательно уставился на приятеля. Но Август молчал.

— Ты, я вижу, основательно подкрепился? — с улыбкой осведомился Фенриц, стремясь вызвать Мормо на разговор.

Мормо высокомерно улыбнулся. Тусклые глаза Августа полыхнули пламенем.