Некро Файлы - Джордж Мартин

душ. Она почувствовала, как воздух вокруг нее становится тяжелым от влажности.

Мурлыкая себе под нос, он помог ей слепо перешагнуть через край фарфоровой ванны под струящийся душ. Когда вода коснулась ее тела, она вздрогнула, прежде чем поняла, насколько это приятно, что это не обжигающие капли перечного соуса, которым он часто ее обливал. Он бережно удалил ворсинки изоляции из ее глаз. Как же добр иногда он был, вот как сейчас, омывая ее успокаивающей водой. Он так ее любил.

Она открыла глаза и увидела себя его глазами.

Ну а Мэй, будучи за стеной, не видела ничего вообще.

Перевод: Роман Коточигов

Моника Дж. О'Рурк опубликовала более семидесяти пяти коротких рассказов в таких журналах, как "Postscripts", "Nasty Piece of Work", "Fangoria", "Flesh & Blood", "Nemonymous" и "Brutarian", а также в таких антологиях, как "Гигантская книга Kамасутры" ("The Mammoth Book of the Kama Sutra"), "Лучшее из Хоррорфайнда" ("The Best of Horrorfind"), "Истории из Странного леса" ("Strangewood Tales") и "Поднимающаяся тьма" ("Darkness Rising"). Она является автором книг "Отравленный Эрос I и II" ("Poisoning Eros I & II"), написанных совместно с Рэтом Джеймсом Уайтом, "Мученица" ("Suffer the Flesh") и сборника "Эксперименты над людьми" ("Experiments in Human Nature"). Она живет в северной части штата Нью-Йорк. Навестить ее в www.facebook.com/MonicaJORourke.

† † †

История "Эксперименты над людьми" впервые появилaсь в редкой антологии под редакцией Брайана Найта, 2001, Disc-Us Books.

Эта история была вдохновлена "Ужасом" ("Dread") Клайва Баркера, хотя вам было бы трудно найти какое-либо сходство. Это также положило начало моему набегу на написание хардкорной (или сплаттерпанковской) фантастики и привело к моему сотрудничеству с Рэтом Джеймсом Уайтом, к написанию части I и II "Отравленного Эроса".

Моника Дж. О'Рурк

"Эксперименты над людьми"

Откинув кончиками пальцев волосы со лба, Эрнест прислонился к стене, неуклюже поставив свой стакан на каминную полку.

Молодые люди, одетые в дизайнерские подделки, папашины подражатели, наслаждающиеся хорошей едой родителей Эрнеста, хорошими сигарами, хорошим виски, болтающиеся в тюдоровском доме, несколько неуклюжем даже среди xэмптонской элиты. Звериные головы, глядящие со стен своими мертвыми глазами. Бильярдный стол в углу, давно неиспользованный.

- Ну что ж, - сказал Эрнест. - Я обещал вам кое-что интересное. Правда? Теперь поглядим, есть ли у вас порох в пороховницах, чтобы пройти через это.

Калеб выпрямил свои паукообразные ноги и наклонился вперед. Он положил сигару на огромных размеров пепельницу (дым мешал ему) и поднялся во весь рост. Протянул руки над головой, пальцы его не доходили какие-то несколько дюймов до потолка высотой 8 футов.

- Это было бы хорошо, - сказал он, кривясь в улыбке.

Эрнест ухмыльнулся.

- Это не было легко, но думаю, оно того стоит. Или, в конце концов, будет так. Это великолепно.

Йен, почти невидимый в углу комнаты, спросил:

- Что ты сделал?

Его голубые глаза сияли, когда он покосился на двух других парней. С волнистыми каштановыми волосами и детским лицом, девятнадцатилетний, он был младшим из этого трио, но только на два года.

Эрнест закрыл двойные двери.

- Потише. Кто-нибудь из персонала может все еще бродить здесь. Нас могут услышать.

- Так что там за большая тайна? - спросил Калеб.

Эрнест прочистил горло и сузил глаза.

- Мы поклялись, что бы ни случилось, мы будем держаться вместе, так? - oн барабанил пальцами по краю стола.

- Да, так. Что ты там чудишь? - cказал Калеб, кивая. - Да, мы согласны, выкладывай, что там у тебя.

Эрнест мигнул, его длинные ресницы почти доставали до его высоких скул.

- Исследования в человеческой природе, - сказал он. - Эксперимент выносливости. Вы, ребята, как думаете, у вас кишка не тонка для такого эксперимента? Того самого, отвратительного. Гарантирую, он закончится... плохо.

Калеб ответил:

- Отвратительного? Что это значит?

- Это...

- И закончится плохо? Что, чёрт возьми, это значит?

- Успокойся, Калеб, - резко ответил Эрнест. - Я пытаюсь вам объяснить, блядь, так что заткнитесь и слушайте, - через секунду он продолжил. - Мы проведем кое-какие эксперименты, о'кей? Просто тесты. Я достал нам подопытного кролика.

- Что за эксперименты? - спросил Йен.

Калеб поднял голову.

- Что за подопытный кролик? Почему-то у меня такое чувство, что он не теплый и пушистый.

Эрнест ухмыльнулся.

- О, как раз и теплый, и пушистый, всё верно... - oн присел на подлокотник дивана. - Помните, чему нас учили в классе профессора Кляйна пару месяцев назад? О силе человеческого разума, способности тела сохраняться, выживать любой ценой? Больше всего мне запомнились слайды про выживших в концлагерях во время Холокоста и про японских военнопленных. Помните всё это?

Он помолчал какое-то время, но в действительности он и не ждал от них ответа.

- Я думал обо всем этом. Долго думал. И мне интересно... интересно, что можно сделать если...

Атмосфера в комнате был тяжела для Йена, как будто в воздухе было полно ваты. Он поджал губы, щеки его стали цветом, как и его волосы.

- Если что? - пробормотал он.

Эрнест проигнорировал его.

- Дело в том, что теперь пути назад нет.

Калеб вздохнул и произнес:

- Ну, давай уже ближе к делу. Чем ты там занимаешься?

Эрнест пристально смотрел на Калеба, будто решая, посвящать ли его в тайну.

- Начало уже положено. Мне нужно знать, чего ожидать от вас, ребята. Ведь, знаете ли, если я проиграю, то проиграем мы все. Один за всех, ну и вся эта мушкетёрская фигня, лады?

Он опустился на стул и провел ладонью поверх своего рта.

- Вот в чем дело. Я нашел ээээ... тестовый объект. Хотелось бы увидеть, сколько времени это займет... сломать его.

- Сломать? - спросил Калеб. - Ты шутишь, да?

- О, Боже, - сказал Йен через растопыренные пальцы, прикрывавшие рот. Он наклонился вперед, и его лицо прояснилось, когда он, в конце концов, осознал, о чем говорил Эрнест. - Ты говоришь о пытках. Сломать волю какого-то парня. Да? Я прав? Блин, Эрнест! Кого ты выбрал?

- Нолана Пирсона.

- Кого? - спросил Калеб, но Йен знал этого