Темноты - Эрик де Би

— Шейд[49], — произнёс один из стражников. — Вы видели её глаза? Леди Айлира шейд!

— Верховные боги, — согласился другой. — Другого объяснения и быть не может — стоять!

Когда Кален сделал шаг вперёд, стражники угрожающе нацелили на него мечи.

Кален широко развёл руки в мирном жесте. Он кинул взгляд на Целлику с Файне, так и лежавшую возле стены, но пришедшую в себя. Уродливый синяк расползался по лицу полуэльфийке там, куда её ударил Рас.

Кален понял, что Файне не отводит взгляда от того места, где исчезла Айлира. Во тьме глаза полуэльфийки слегка светились.

Вы и остальные тысячи мужчин…

Кален вздрогнул. Если он не выведет как можно скорее Файне отсюда…

Стражники не опускали мечей.

У Дрена не оставалось выбора.

Руками он коснулся края шлема.

Глава 24

На лестнице снаружи послышались шаги, и Кален вышел из ступора. Целлика услышала крики и шум, но её взгляд был прикован к Дрену.

 — Стоять! — сказал стражник, но Кален снял с себя шлем. Файне резко вдохнула.

— Вигилант Дрен! — приветствовали они его.

— Позаботьтесь о произошедшем здесь, — сказал Кален. — Я уверен, что Айлира не вернётся, но, в противном случае, не дайте ей к себе прикоснуться — малейшее прикосновение оставит сильный ожог, — Кален стал надевать шлем, но остановился. — И поцелуев тоже берегитесь, — добавил он.

— Сэр! — воскликнул стражник. — Что здесь было? Кто убил…

Кален покачал головой, и Файне поняла, что он не знал. Когда он прибыл сюда, Лориэн уже умирала, а Айлира была к ней ближе всех.

Сердце Файне вздрогнуло. Что же он думает о произошедшем?

Кален указал на Файне и Целлику:

— Эти двое со мной.

Один стражник, напрягшись, кивнул.

— Сэр, — сказал он. Другой склонился над телом жрицы и всхлипнул. — Мы останемся здесь на страже, как Вы и распорядились.

Кален отсалютовал в ответ, затем протиснулся мимо и вышел на балкон. Шлем так и остался в руках. Файне открыла рот, собираясь что-то сказать, но холодный взгляд Калена заставил её молчать. Она схватила одежду, лежавшую рядом с ванной — та была мокрой из-за всей суматохи.

Целлика последовала за Каленом на балкон, и Файне крепче сжала её руку. Другой рукой полуэльфийка обернулась полотенцем, изображая некоторую долю скромности.

— Ты показал им своё лицо! — прошипела полурослица.

— У меня не было выбора, — ответил Кален. — Нам нужно было убраться оттуда до прихода Рэйз, — он многозначительно посмотрел на Файне.

 Файне вытаращила глаза. Открывать лицо было глупо, разве что Кален сделал это для неё? С чего бы ему поступать подобным образом? Неужели мир сошёл с ума, или это происходит только с ней?

Ты теряешь рассудок, подметил внутренний голос. Опять.

Во дворе храма Красоты царил хаос. Бандиты появились буквально из воздуха и начали драку, которая превратила бал в бойню. Было видно, как благородные дамы кричали и бегали от опрометчивых дуэлянтов. Половину комнаты окутывал туман, сбивавший с толку сражавшихся — те путались и рубили направо и налево.

— Мирин, — одновременно выдохнули Кален с Целликой.

Одно лишь упоминание этого имени было для Файне ударом ножа в сердце. Какое им было дело до этой ланеглазой малявки? Разве Кален только что не скомпрометировал себя, чтобы спасти Файне? Разве она ему не нравится?

О боги, неужелинравится? Файне не была уверена, рада она этому или напугана.

Голова полуэльфийки раскалывалась и ей становилось страшно. Так всегда происходило с ней в затруднительных ситуациях. Кален действовал согласно инстинктам и эмоциям, а не холодному расчёту, поэтому он был непредсказуем.

— Где она? — спросила Целлика.

Кален мотнул головой и поморщился — чёлка попала ему в глаза.

— Подожди… — начала Файне. — Подожди немного — скажи мне…

Но Кален подхватил её, голую, на руки и толкнул к стенке, прижавшись к ней вплотную. Девушка кашляла и бормотала что-то, но затем он поцеловал её и Файне прекратила сопротивляться. Она определённо сошла с ума.

Наконец, он разорвал поцелуй, отодвинувшись на ширину пальца.

— Я тоже рада встрече, — выдохнула полуэльфийка.

— Я сделал это, чтобы заткнуть тебя, — глаза Калена оставались холодными. — Что ты там делала?

— Я… — сказала она. — Ты не понимаешь…

Кален бросил на неё сердитый взгляд.

— Неважно, — сказал он. — Ты всё равно соврёшь. Просто… Просто заткнись.

«Ты можешь поцеловать меня ещё раз», — хотела сказать она, но её остановила дрожь. Лицо Калена выглядело суровым, и его глаза были глазами воина. Глазами убийцы.

Не было смысла пытаться соблазнить его или показаться заманчивой. Она решила просто помолчать некоторое время.

Мимо пробежала женщина в доспехах, и, услышав приглушённые голоса в комнате Лориэн, они узнали голос Арэйзры Хондил.   

— О боги, — сказала валабрар. — Что случилось?

— Убийство…благие боги!.. — раздался голос гвардейца. — Леди Наталан… О боги, её ближайшая подруга!

— Ты видел? Ты видел убийцу?

— Нет, но… Вигилант Дрен. Он был здесь, вы можете…

— Дрен? — удивлённо переспросила валабрар. — Кален Дрен, мой помощник?

— Пора идти, — прошептала Целлика. Она пропихнулась между бортиком и бедром Калена и выскочила наружу.

Кален, грубо толкнув Файне вперёд, последовал за ней вокруг балкона, чтобы взглянуть вниз, на царивший во дворе хаос. Полуэльфийка поняла, что Целлика искала Мирин. Кален был просто зол.

— А это твои? — требовательно спросил Кален, указав на нападавших.

Файне могла лишь в растерянности покачать головой. Кто бы ни послал этих людей в храм, это была не она.

Неподалёку от входа Кален увидел группу гвардейцев и стражников, собравшихся вокруг Борса Джерти. Коммандер, который на самом деле был не так пьян, как хотел казаться, треснул одного из мужчин своей трубкой с флягой и вынул на удивление длинный клинок из-под развевающейся рубашки. Клиандур был неподалёку — коммандер отправлял людей перекрыть входы-выходы, чтобы изолировать царящий в помещении хаос.

— Я не вижу её! — крикнула Целлика.

Чем больше стражников прибывало на место, тем меньше оставалось бандитов. Но знать начала драться друг с другом, что усугубило неразбериху. Леди Дикое Пламя, окружённая дюжиной дворян, сражающихся за право защищать её, устав от суматохи, ударила одного из них своей сумочкой с драгоценными камнями и принялась убегать. Талантресс Роринхорн здесь вообще не было, а в зале слышны были дюжины криков — аристократы пытались найти друг друга.