Прекрасный мерзавец - Саманта Аллен

наша с Бредли любовница. Одна на двоих. Поверь, тебе лучше не смотреть новостные каналы. Эти реки дерьма становятся полноводнее с каждым часом!

Но я всё равно включаю телевизор и останавливаюсь на местном канале.

— А теперь мы дадим слово семье Эбигейл Вуд! — возбуждённо говорит репортёр.

Камера плавно наезжает на мою маму и сестру.

— Я отказываюсь комментировать это! — выпаливает бледная мама и уходит. Остаётся только Сара. Она мнёт пальцами подол платья, но потом поднимает глаза и смотрит прямиком в камеру.

— Что вы можете сказать о своей сестре. Сара?

— Я… не знаю, — тихо говорит сестра. — Эбби всегда была такой… такой набожной. Однажды я спросила её, почему она молится так часто. Эбби ответила, что все мы грешны, и у неё есть свои секреты… — Сара всхлипывает. — Но я понятия не имела, какие!

— Сучка! Не было такого разговора! Она нагло врёт! — возмущаюсь я.

— О, эта дрянь ловит свой миг славы! — яростно восклицает Том, пытаясь отобрать у меня пульт. Но в борьбе за него я перещёлкиваю на другой канал, по которому показывают потрясённого Стенли, медленно бредущего по дорожке к машине. В руках он держит ту самую коробочку с кольцом. Мой жених выглядит потрясённым и опустошённым.

— Довольно! — резко заявляет Том и выключает телевизор.

— Мэт не виноват.

— Но записи были только у него, да? — спрашивает Том.

— Возможно, с ним что-то случилось? — парирую я.

— Не хочу тебя расстраивать, малышка. Но мои коллеги шепнули, что через час после того, как всё началось, эвакуатор пригнал к особняку Мэтью Боуманна Bugatti la Voiture Noire! — Бредли качает головой. — Ручная сборка. Единственный экземпляр. Ушёл с молотка в Женеве в прошлом году за 16,5 миллионов евро, включая налоги. Отправился к неизвестному заказчику, однако теперь этот единственный в своём роде гиперкар красуется у парадного входа в особняк Мэтью Боуманна.

— Какой ещё особняк? — уточняю я. — Мэтью живёт в старом доме. Он двухэтажный, но навряд ли его можно назвать роскошным!

— Возможно, у Мэтью двойная жизнь. Такая же двойная, как его фамилия, — разводит руками Бредли. — И рядом с Bugatti появился ещё один монстр. Только на этот раз речь идёт о коллекционном байке. Честно говоря, если про Bugatti я ещё могу отозваться восхищённо, то коллекционный байк от Neiman Marcus, вызывает недоумение. Его корпус полностью выполнен из стали… Он ушёл с аукциона за 11 миллионов… Покупателем был некто Ченс Кроули. Но сейчас байк стоит у дома Боуманна.

— Бредли помешан на аукционах, — с извиняющейся улыбкой объясняет Том.

— Ченс — это приятель Мэта. Очень близкий друг… — говорю я.

— Дорогие игрушки у мистера Боуманна появились сразу после того, как тебя ославили по всем новостным источникам, Эбби! Это смахивает на спор друзей, только с очень высокими ставками.

— Нет! — я вскакиваю и даже топаю ногой. — Нет. Нет. Нет. И ещё раз нет! Эти видео и фото у Мэтью были на руках всё время. Если бы он действительно поспорил, то мог бы предъявить фото друзьям уже очень давно. Но не сейчас.

— Да, мог бы! — возражает Том. — Только шумихи бы не было. Но с таким скандалом — это стопроцентная победа. Разгром…

— Я не желаю слышать ни единого слова! Я дождусь Мэта. Я не верю, что он мог сотворить такое…

Падаю без сил на диван, подтягивая колени к груди.

— Отдохни, — Том накрывает меня тонким пледом. — Нам всем нужно понять, что делать дальше. — Вопрос времени, как скоро репортёры нагрянут сюда.

— Не так быстро, дружок, — улыбается Бредли. — Я же не стал привозить вас в свою квартиру. Мы в нашем тайном гнёздышке. А о нём мало кому известно…

— Но всё-таки известно! — возражает Том. — Эбби нужно защитить.

— Спасибо, Том… Спасибо тебе за всё! — шепчу я, закрывая глаза.

Я не верю, что Мэт мог сотворить такое. Не верю, что он захотел разрушить меня после того, как сам собрал по кирпичику и вдохнул силы жить дальше. Просто не верю…

Глава 42. Эбигейл

— Я хочу поговорить с ними.

Том и Бредли поднимают на меня изумлённые взгляды.

— С друзьями Мэта, — уточняю я. — Бредли, ты назвал Ченса. У меня нет его контактов. Знаю только о клубе, где они любят собираться. Но может быть, ты сможешь устроить мне встречу?

— Малыш, ты уверена, что тебе это нужно? — тревожится Том. — Давай не будем кипятиться?

— И что ты предлагаешь? Сидеть в норе, вечно прятаться и бояться косых взглядов? Мне нечего стыдиться!

— Сейчас всюду обсуждают эти кхм… видео и фото… — осторожно говорит Том. — Я знаю, что ты уже поборола чувства внутри себя. Но давление общества — это нечто совершенно иное!

— Я не преступница. Я ни в чём не виновата! — ощетиниваюсь я. — Я не поверю, что Мэт сотворил для меня этот кромешный ад, пока не поговорю с ним. С глазу на глаз!

— Но он сделал это с тобой в прошлом!

— Да. И он же вылечил меня от страха. Мы оба заблуждались и находились в плену лживых мнений!

— Том, дружок, прекрати! — Бредли кладёт широкие ладони на плечи приятелю и гладит их. — Эта девочка выглядит очень хрупкой, но она боец. И я тоже считаю, что не стоит прятаться. Прожить всю жизнь в тени? Это не наш вариант. Мы должны бороться за право быть собой.

— Нечестно. Вас двое, а я — один! — поднимает руки Том в знак смирения. — Сдаюсь… Бредли, ты сможешь достать номер телефона?

— Я сделаю всё, что смогу! — обещает Бредли.

Потом мы заказываем одежду для меня. Ведь приятель забрал меня из дома в сорочке и халате. Том чудом успел схватить мою сумочку с телефоном. Это всё, что у меня есть.

— Ты звонила кому-нибудь из родных? — уточняет Том.

— Только маме. Она плачет и переживает за то, что теперь Стенли Купер не берёт меня в жёны. Мама переживает, как отнесётся к этому отец и дрожит от страха.

— Разговаривала с