Черными нитями (СИ) - Николаева Лина

— Какую роль, Рейн? — настойчиво спросила Эль.

— Возможно, я стану королём Кирии.

Воцарилась тишина. Рейн увереннее продолжил:

— Да, Инквизиция выдвинет меня на голосование в Совете. Если все примут моё имя, Народное собрание не будет препятствовать. Я стану королём.

Эль снова упрямо вздёрнула подбородок и решительно ответила:

— Я не останусь в стороне.

Они с Адайн переглянулись с одинаковой улыбкой.

Аст покачал головой.

— Нет уж, мы возьмём всё на себя. Они не должны рисковать.

Рейн улыбнулся демону и согласно кивнул. Всё на себя.

Король Кирии, ха! Но если уж бороться за безумцев, то творя безумства.

Глава 21. Второй советник

В-Бреймон повёл рукой, и Рейн опустился в кресло напротив, неуютно поёрзал. Он впервые оказался с главой Инквизиции один на один. Ригард отбросил все свои маски и сделался холодным и строгим. Он сидел за столом, крепко сцепив руки, и буравил Рейна взглядом.

— Чем я могу служить вам, кир В-Бреймон? — Рейн пытался говорить с почтением.

— Сейчас в Кирии неспокойно, — Ригард посмотрел на потёртую коричневую карту на стене кабинета. — Заключённые подняли бунт на рудниках Рьёрда. Ирийцы опять начали борьбу за отделение от Кирии. Рабочие и крестьяне Лица выступают против Совета и знати. Даже Дети Аша не остаются в стороне, — Ригард досадливо поморщился.

Рейн вспомнил разговор В-Бреймона и Э-Стерма в доме главы Церкви и повторил слова одного из них:

— В Кирии всегда неспокойно, — он переглянулся с Астом и с осторожностью добавил: — Слова короля Риса настроили горожан против Совета. Извините, кир, если я не прав, но я думаю, во главе Кирии должен стоять другой король.

В-Бреймон откинулся на спинку чёрного кожаного кресла, скрестил руки и спросил с интересом:

— И какой же, Рейн? Каким должен быть король Кирии?

Инквизитор снова почувствовал себя псом, напавшим на след. Правильный ответ поможет понять, чего хочет В-Бреймон.

— Он должен быть на одной стороне с Советом. Ну или с одним из тех, кто в него входит, — Рейн многозначительно ухмыльнулся. — И в то же время король должен быть близок к людям. Глядя на него, они должны верить, что он — один из них. Наверное, главное, что им нужно — понимание, что король тоже порой слушает своих демонов, как и все, но старается быть сильнее их. Народу надо дать пример и уверенность, чтобы никакое нечаянное слово не могло стать для них поводом.

В-Бреймон прищурился и хитро улыбнулся.

— Я согласен с тобой, Рейн. У нас есть причины полагать, что король Рис продался Детям Аша. Вместе они хотят захватить власть в городе. Нашим агентам известны имена нескольких Детей Аша. Мы следим за ними и видели, что они наняли отряд арлийских наёмников. Если мы не предотвратим это, начнётся война.

Рейн вздрогнул. Вот какую ложь придумал Совет: король — предатель, он заключил сделку с чужеземцами и вот-вот отдаст лицийцев, точно овец на убой. Хорошо придумано. Больше, чем Совет, жители Кирии не любили только чужаков — всех, у кого не было демона.

Ну и что дальше? Приведут этих Детей Аша в Чёрный дом, заставят подписать признание? Обвинят Риса в предательстве и казнят? Какую ещё «правду» скормят людям?

Аст выпрямился и процедил сквозь зубы:

— Больше мы не будем верить в эти сказки.

Демон издал тяжёлый вздох.

Рейн подался вперёд и с готовностью откликнулся:

— Кир В-Бреймон, я могу что-то сделать? — он с улыбкой добавил: — Каждое сложное время — это шанс. Я хочу использовать свой.

Ригард рассмеялся.

— Я был таким же. Отца и мать убили, я остался один, совсем без денег. Нужно было прокладывать себе дорогу, жертвуя всем: временем, совестью, другими людьми. Инквизиции нужны такие люди — те, которые знают, к чему они идут и чётко видят дорогу к этому. А если не видят, то могут построить её сами, кирпичик за кирпичиком.

Аст снова вздохнул. Вот и вся разница. Ригард из кирпичиков выкладывал себе дорогу наверх. Рейн из них пытался построить дом, в котором будет спокойно.

— Такие люди, как ты или я. Рейн, я долго думал, какое место тебе предложить. Ты способен на большее, чем то, что делают старшие или главные инквизиторы. Сначала я думал сделать тебя своим личным практиком, но я вижу, что Лидар отлично справляется с инструментами, а тебе больше подходят не подвалы Чёрного дома, а кабинеты или залы.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Рейн подался ещё ближе к Ригарду и практически навис над его столом. Ну вот же, сейчас. Ещё один шаг к возвращению всего.

— Рейн, я хочу, чтобы ты стал вторым советником. Сейчас от тебя требуется сопровождать меня, в частности на собраниях Совета.

Рейн встал, положил руку на плечо и поклонился.

— Спасибо, кир В-Бреймон. Я постараюсь не подвести вас.

Ригард махнул рукой с усмешкой.

— Мало одного старания. Можно не сделать и сказать: «Ну я же старался». Надо взять и просто сделать, понятно?

Рейн посмотрел в тёмные глаза Ригарда. Казалось, что всё это уже происходило: другой инквизитор также выделил и дал шанс. Только тогда его быстро отняли, а сейчас этот шанс и вовсе оказался лживым. «Я сделаю», — Рейн хотел хитро рассмеяться, но вместо этого ответил:

— Да, кир В-Бреймон. Я не подведу вас.

— Хорошо, Рейн. Мы обсудим твою работу позднее, а пока иди.

Он снова поклонился и вышел.

Воздух на улице был тяжёлым и липким, как перед грозой. Стемнело, зажглись первые фонари. Рейну показалось, что на него кто-то смотрит. Он огляделся и, постоянно оборачиваясь, пошёл по улицам.

Вдалеке Рейн приметил уже знакомого старика рядом с тележкой с капустой. Тот посмотрел на него и, то ли узнав, то ли отчаявшись что-то продать, крикнул издалека:

— Эй, мальчик, купишь капусту?

Рейн подошёл поближе.

— Спасибо, не сегодня. Может быть, вам помочь добраться до рынка? Там больше людей.

Старик хитро улыбнулся.

— Те, кому мы нужны, найдут нас сами, — он ласково погладил кочан капусты, точно любимую вещь. — А совет послушаешь? — спросил старик. Рейн охотно откликнулся:

— Послушаю.

— Когда мне было пятьдесят, я усвоил пятую истину: хватит менять жизнь на гроши, я не становлюсь моложе и сильнее, пора делать.

Рейн склонил голову перед стариком. Да, хватит.

— Спасибо.

Он пошёл дальше по улице, и, казалось, на него снова уставились глаза следящего. Рейн петлял по улицам, то замедляя, то ускоряя шаг, и это ощущение шло за ним по пятам.

Рейн свернул в переулок и прижался к стене. Прошла минута или две, как показались две тени: крепкие высокие фигуры в чёрной одежде и полумасках. Глаза выдали Ирта и Ансома.

— Рад видеть старых друзей? — спросил Ирт и хрустнул пальцами рук.

— Конечно. Давно не виделись, — откликнулся Рейн.

— И как тебе там, наверху?

— Наверху? Это старших инквизиторов вы теперь называете «верх»?

Рейн оторвался от стены и встал напротив Ирта и Ансома. Он был уверен, что на поясе они прятали ножи и револьверы, хоть плащи и скрывали оружие. «Что же», — Рейн усмехнулся и положил руку на пояс. Он тоже не с голыми руками. Чего бы они не хотели, даже вдвоём у них столько же шансов, сколько у него одного.

— Не прикидывайся, Рейн. Мы знаем, что В-Бреймон забрал тебя у Д-Арвиля. Зачем?

— Это он вас послал вынюхивать? Ну и кто стал личным практиком вместо меня? Что, Анрейк не справляется с такой «благородной» работой?

— Помолчи лучше! — резко оборвал его Ансом. — Рейн, тебе лучше отказаться от предложений В-Бреймона.

— Энтон, — выдохнул Аст и встал рядом, крепко сжимая кулаки. — Это всё он.

— А то что? — Рейн усмехнулся, начал скрещивать руки и тут же опустил их — опасный жест. — Это Д-Арвиль послал вас попугать меня? Так не тех выбрал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Мы не пугаем, а дружески советуем, — ответил Ирт и снова хрустнул пальцами. — В-Бреймон не протянет долго на своём посту. Хочешь подохнуть вместе с ним?

Рейн расхохотался.

— Вот это совет! Д-Арвиль уже прогнал меня, так пусть довольствуется другими псами.