Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - авторов Коллектив

Гессарт отвернулся и услышал хрип Му'шана, когда тот снова сел. Его уши также уловили топот тяжёлых ботинок снаружи, и мгновение спустя стражи двери разделились, чтобы пропустить Виллуша, Хейнке и трёх других Космических Десантников. Они несли тела четырёх человек в порванных шинелях с оторванными инсигниями. Повстанцы.

— Тайло! — позвал Гессарт, когда заключённых просто бросили в центре зала.

Апотекарий подошёл к пленникам и, осмотрев их, кивнул в подтверждение того, что они всё ещё живы.

— Поднимите их, — сказал Гессарт.

Виллуш прошагал через помещение к куче корзин и бочек в одном из углов, и быстро вернулся со стаканом воды. Он плеснул содержимое на лица людей, которые вернулись в сознание со стонами и кашлем. Они посмотрели на Космических Десантников, которые возвышались над ними. Их глаза наполнил ужас.

— Слушайте и не перебивайте, — бросил Гессарт. — Делайте то, что я скажу, и вам сохранят жизнь. Любое неповиновение, и вы умрёте.

Люди понимающе закивали.

— Хорошо, — сказал Гессарт, приседая перед заключёнными. Сочленения его брони заскрипели, когда он это сделал. Он повернулся к Хейнке. — Включи вокс передатчик.

Хейнке без вопросов направился к нишам в стене и быстро вернулся, неся в руке передатчик. Он поставил его возле Гессарта и опустился на одно колено.

— С кем соединять? — спросил Хейнке.

Гессарт посмотрел на заключённых со злой улыбкой.

— С врагом.

Пленники Гессарта с желанием дали командные частоты, и после нескольких посланий Космические Десантники добились связи с теми, кто возглавлял повстанцев.

— С кем я разговариваю? — спросил Гессарт. Вокс передатчик полностью скрывался в его огромном кулаке.

— Серайн Ам'хеп, Третий Апостол Пробуждения, — стальной голос протрещал в ответ.

— Третий кто? — фыркнул Леенхарт. — Невероятно!

Гессарт призвал его к тишине и нажал кнопку передачи.

— Вы уполномочены разговаривать с нами? — спросил Капитан.

— Я член Революционного Совета, — ответил Серайн Ам'хеп. — Рядом со мной находятся Четвёртый и Восьмой Апостолы, и мы говорим от имени всех членов.

Наконец-то! — Сказал Гессарт. Он начал кружить вокруг заключённых. — У меня есть желание завершить этот конфликт.

— Вы хотите обсудить сдачу? — в голосе Ам'хепа явно читался скептицизм.

— Конечно нет, — сказал Гессарт.

— У нас нет возможности взять всех вас под стражу! — отозвался Леенхарт через плечо своего командира.

Гессарт бросил хмурый взгляд и бессловесно указал на стражу у ворот. Леенхарт угрюмо кивнул и направился туда.

— Давайте говорить начистоту, — сказал Гессарт. — Я хочу гарантировать наше безопасное отбытие взамен на Имперского Командующего Му'шана.

— Что? — слабый крик Му'шана раздался в углу помещения.

Удивление читалось на лицах многих Космических Десантников. Никз просто мрачно кивнул с мрачной улыбкой.

— Вы отдадите неверного Му'шана нашему правосудию? — спросил Ам'хеп.

— Когда мы уйдём, вы сможете свободно войти в гробницу и взять её под свой контроль, — сказал Гессарт.

— Почему мы должны позволить вам свободно уйти? — сказал Ам'хеп. — У нас есть силы уничтожить гробницу в любое время.

— Ваше право расходовать жизни тысяч последователей, чтобы попытаться сделать это, — сказал Гессарт. — Я уверен, что их смерти не разочаруют остальных.

Последовала долгая пауза, когда Ам'хеп несомненно советовался со своими товарищами. Гессарт взглянул на трон, на котором восседал дрожащий Му'шан. Его полные ненависти глаза впились в капитана Космических Десантников. Гессарт проигнорировал его и отвернулся.

— Какие гарантии вы нам дадите, что не заберёте каким-нибудь способом Му'шана с собой? — спросил Ам'хеп.

— Никаких, — ответил Гессарт. — Однако если вы попытаетесь обмануть, то подумайте, что мой ударный крейсер на орбите засёк ваш сигнал, и возможно уже сейчас направляет свои пушки на ваши позиции. Если что-то случиться, когда мы покинем гробницу, он сотрёт ваш лагерь в пыль и вас вместе с ним.

— Серьёзно? — прошептал Виллуш с улыбкой. — А я и не знал, что мы можем сделать это.

— Он врёт, идиот, — ответил Никз. — Даже если бы мы сейчас находились на связи с Мстительным, то они не смогли бы отследить одиночный сигнал с орбиты. Мы бы уже предали забвению их командиров, если бы могли.

Гессарт отчаянно кивнул головой и снова нажал кнопку передатчика.

— Я жду вашего ответа в течение пяти минут, — проговорил он лидерам повстанцев. — Если я не получу вашего согласия, то я приму ваше желание продолжить войну.

Он бросил передатчик на пол и отошёл.

— Что если они откажутся? — спросил Тайло. — Они разбомбят нас в течение нескольких дней, и, разнеся гробницу на щебень, загонят нас в ловушку.

— Нет, — отозвался Му'шан. — Они революционеры. Им нужно показать своим последователям, что я действительно был свергнут. Однако смертельная ошибка доверять им. Поражение Астартес также будет для них отличным символом.

Гессарт проследовал по залу и взглянул на Имперского командующего.

— Ты пробуешь управлять мной, говоря о поражении? — на ходу говорил Гессарт. — Твои грубые манипуляции может и достаточны для дураков и подчинённых, но со мной это не пройдёт. Ты забыл, что нас учили верить в правоту нашего выбора. Мы не попадаемся на пропаганду, которую примет обычный человек. Если мы единожды принимаем решение, то нас не поколеблет пропаганда или обман.

— Ты веришь, что твои действия здесь справедливы? — прокаркал Му'шан. — ты уже принял решение и больше не прислушиваешься к голосу разума?

— Разум человека заполнен сомнениями и страхом, — сказал Гессарт, став напротив губернатора. — Их логика заражена привязанностью, состраданием и милосердием. Они верят, что жизнь должна быть справедлива и всего лишь.

— Я не понимаю, почему семантика стала частью вашего обучения, — сказал Му'шан, кивнув головой. — Она разводит высокомерие.

— Неуверенные видят самоуверенность и называют это гордостью, — сказал Гессарт. — Ты называешь это семантикой. В обучении это называется щитом справедливости и бронёй презрения. Мы также учимся словесным трюкам, чтобы могли определять ложь, представляемую нашими врагами как правда. Наши разумы противостоят сомнениям так же, как тела ранам. Твой личный интерес весьма явен, и ему так легко противостоять.

— Мой личный интерес? — горько засмеялся Му'шан. — Ты бежишь от этой битвы, чтобы спасти себя!

— Не имеет значения, какой образ действий я выбрал, — сказал Гессарт. — Называй это как хочешь. Факт состоит в том, что я так решил. И твои так называемые аргументы не являются ничем иным, как жалкими и раздражающими спорами. Если ты будешь продолжать, то мне придется заставить тебя замолчать.

Му'шан посмотрел в глаза Гессарта, но не увидел в них ничего, кроме искренней решительности. Он кивнул головой и надел капюшон, скрывая своё худое лицо.

Гессарт был на полпути к вокс передатчику, когда он начал, оживая, потрескивать.

— Мы связались с нашими товарищами Апостолами и приняли решение, — сказал Ам'хеп. — Через два часа вы соберётесь у восточных ворот и откроете их. Вам будет позволено выйти, и предоставлен беспрепятственный путь к вашему транспортному средству. Вас никто не будет задерживать. Когда вы уйдёте, мы войдём в гробницу и арестуем предателя Му'шана. Вы согласны?

Гессарт взял протянутый Виллушем передатчик и нажал кнопку передачи.

— Восточные врата через два часа, — повторил Гессарт. — Мы согласны.

Бросив переговорное устройство на пол, он повернулся к своим воинам.

— Осмотрите гробницу на предмет силовых зарядов, амуниции или других припасов, которые бы нам пригодились, — сказал Гессарт. — Надеть доспехи и быть готовыми через девяносто минут. Тайло, приготовь извлечённое генное семя к транспортировке. Братья, мы покидаем Хелмабад.

Космические Десантники Гессарта имели специфический вид, когда собрались внутри массивного бастиона восточных ворот. В своих шлемах они производили впечатление безликих ангелов смерти, но сейчас они несли отпечаток войны на Хелмабаде. Их броня имела трещины и дыры, полученные в течение долгой битвы, починенные на скорую руку на поле боя. Они несли вещмешки убитых Гвардейцев, наполненные силовыми комплектами и контейнерами с водой. Никз нёс украшенный силовой меч, снятый с тела Полковника Ахаима. Он выглядел маленьким в бронированном кулаке, но всё равно был ценной добычей.

Некоторые несли контейнеры с прометиумом, прикрепленные к поясам, и маленькие гранаты, используемые силами Имперского командующего. Леенхарт доукомплектовал свой болтер автопушкой, снятой с треноги, и которую он сейчас нёс на плечах. Патронташные ленты вились из одного из отверстий его рюрзака.