Адептус Астартес: Омнибус. Том II (ЛП) - авторов Коллектив

— Капитан? — сказал Виллуш из дверного проёма. Он снял свой рюкзак, шлем и наплечники. Сделав это, Виллуш был странно худым и слабым. Гессарт знал, что-то не так. — Могу я поговорить с тобой?

Гессарт посмотрел на Космического Десантника, положив свой шторм болтер в сторону. Виллуш не сел.

— Я обеспокоен, капитан, — сказал Виллуш.

— Наш Брат-Капеллан всегда готов выслушать, — сказал Гессарт.

— Именно с Хердайном связана моя проблема, — сказал Виллуш, сжав свою талию руками.

— Как так? — спросил Гессарт.

— Я знаю, что ты запретил нам говорить об Архимедоне, но я должен, — сказал Виллуш.

— Говори, что должен, брат, — вздохнув, сказал Гессарт.

— Спасибо, капитан, — сказал Виллуш. Разговаривая, он был абсолютно спокоен. Его изъеденное шрамами лицо выражало абсолютную искренность. — Мы имели право на то, что мы сделали на Архимедоне. Примарх не учил нас выбрасывать свои жизни в бесполезной жертве. Мы больше не смогли бы защищать от врага космический порт. Его необходимо было уничтожить.

— Я не нуждаюсь в оправдании своих действий, — сердито сказал Гессарт. — Как я тебе раньше и говорил — могут погибнуть тысячи, но не впустую. Если бы отступники захватили порт, у них бы была возможность нести ужас и разрушение во многих направлениях.

— Всё же повелители Ордена посчитали, что ты ошибся, — сказал Виллуш. — Они наказали нас за принятое решение. Это привело нас сюда.

— Возможно это судьба, — сказал Гессарт, покачав головой. — Нет никакого божественного правосудия, приведшего нас сюда, только случайные совпадения и ошибки астротелепатии.

— Я согласен, капитан, — сказал Виллуш. — Всё же Хердайн читает нам лекции, когда вас нет. Он говорит нам, чтобы мы собирались положить наши жизни на алтарь битвы, во славу Ордена.

— И, возможно, мы это сделаем, — сказал Гессарт. — Я не вижу выхода из нашего положения. Враг исчисляется миллиардами. Миллиарды, Виллуш! Вероятнее всего Хердайн поведёт нас к нашей судьбе.

— Он не только ожидает, он жаждет этого, — сказал Виллуш, становясь более оживлённым. — Он хочет, чтобы мы отдали свои жизни, в качестве епитимьи за Архимедон. Его там не было, но всё же признал нас сильно опозоренными осуждением Ордена… Он не ищет победы, а только хочет освободить нас, при помощи смерти.

Гессарт услышал вопль, эхом разносившийся по лабиринту — крик Захериса. Капитан вскочил на ноги и выбежал на коридор. Виллуш наступал ему на пятки. Парой они быстро направились по коридорам, по направлению к источнику не прекращающихся криков. Прибыв в палату Захериса, Гессарт увидел многих своих воинов, которые уже были здесь.

Помещение было тёмным, освещённое единственным фонарём на потолке. В центре круга Космических десантников стоял Никз на одном колене. Голова Библиария покоилась на его бронированной ноге. Пятна энергии плясали вокруг губ псайкера, когда он бессловесно кричал, но Библиарий был полностью неподвижен. Гессарт заметил густую кровь, сочившуюся изо рта Захериса, когда он вопил.

— Что случилось? — требующее спросил Хердайн, войдя в другую дверь.

— Я только что его обнаружил, — начал Никз.

Глаза Захериса открылись на мгновение, и из них вырвался заряд энергии, отбросив Космических Десантников на землю. Никза швырнуло в стену, и он ошеломлённый шлёпнулся на пол. Остальные поднимались на ноги, когда встал Библиарий. У него были глаза багряного цвета и зубы, запятнанные кровью.

— Завеса крови распалась, — прошептал Захерис. — Внешняя реальность прорвалась через неё. За ней ждёт легион. Трубы Хаоса громко взывают.

— Что ты видишь? — потребовал Гессарт, пересекая маленькую комнату. Он хотел коснуться Библиария, но отдёрнул свою руку в последний момент.

— Смерть идёт! — прошипел Захерис. Он направил свой неестественный взгляд на Гессарта. — Но тебе не предначертано умереть здесь.

Вздрогнув от удушья, псайкер упал на колени и наклонился вперёд. Когда он снова поднял голову, его глаза стали бледно голубыми, как всегда. Гессарт присел возле своего друга, успокаивающе положив руку на его левый наплечник.

— Что ты видел? — спросил он снова. Сейчас его голос был мягким, еле слышимым.

— Варп открылся, — сказал Захерис.

На мгновение недовольное бормотание донеслось от других Космических Десантников, и Гессарт бросил на них жестокий взгляд, заставив их замолчать.

— Предатели? — спросил Хердайн.

— Хуже, — сказал Захерис, поднимаясь на ноги при помощи Гессарта. — Воплощение Хаоса. Зло, получившее жизнь. Кошмарное Воинство.

— Демоны, — пробормотал Рикел.

— Повстанцы, — продолжил Библиарий. — Они не знали, что делают, но их ужас и ненависть послужили причиной появления демонов. Они бездумно шептали имена древних сил, потерянных тысячелетия назад, и притянули их взгляд к этому миру.

— Сколько времени у нас осталось до того, как начнётся этот праздник? — спросил Леенхарт.

— Меньше дня, — ответил Библиарий. — Вероятнее всего часы. Я чувствую, как открывается трещина в небе над городом. Сначала они придут сюда. Все умрут.

— Не мы, — сказал Хердайн. — Мы будем великолепно сражаться. Скажите себе, что мы здесь не умрём.

— Он сказал, что я здесь не умру, — ответил Гессарт. — Я не слышал, чтобы он упоминал твоё имя.

— Всё же, как ты сможешь выжить, если мы погибнем? — сказал Никз, который встал на ноги, используя стену для равновесия.

— Никому не нужно здесь умирать, — ответил Гессарт. Он направил взгляд на своих Космических Десантников. — Этот мир потерян. Неважно как, тьма сожрёт Хелмабад. Главное выжить, чтобы предупредить остальных о его падении.

— Так что, мы снова отступим и сбежим? — Сказал Никз.

— Не я это сказал, — парировал Гессарт.

— Нет чести в пустом жертвоприношении, — сказал Виллуш, становясь рядом с капитаном.

— Жертва — это честь, — бросил Хердайн. — Астартес были созданы, чтобы погибать в битвах. Такая трусость недопустима.

— Это не трусость — это выживание, — сказал Леенхарт. — Наши трупы не смогут охранять человечество.

— Я не позволю вам повторить грехи Архимедона, — сказал Хердайн, повернувшись к Гессарту. — Ты провалил командование тогда, и сейчас ты делаешь то же самое. Ты больше не можешь возглавлять эту роту.

— Роту? — засмеялся Никз. — её здесь больше нет. Нет Ордена. Мы всё что осталось. Я не хочу умирать здесь, принося бесполезную жертву.

— Ересь! — проревел Хердайн, вытаскивая из кобуры свой плазменный пистолет и наведя на Никза. — Не слушайте слова предательства, братья.

Рикел поднял свои руки и выступил вперёд.

— Я дал клятву Ордену, — сказал он. — Я Астартес, один из Мстящих Сынов. Я утратил свою жизнь, когда я принёс присягу, как сделали все мы. У нас нет права выбирать свою судьбу, но только сражаться до тех пор, пока мы это можем.

Послышался хор одобрения от нескольких Космических Десантников, большинство из которых были новичками, заменившими потери Архимедона. Гессарт оглядел собравшихся, и увидел смесь надежды и сомнений в их глазах. Виллуш ему кивнул в знак согласия.

— Мы не должны разделяться, — сказал Гессарт. — Я ваш капитан, ваш командир. Я один возглавляю эту роту, или то, что от неё осталось.

— Я последую за тобой, — проговорил Виллуш.

— И я, — сказал Захерис. — Мы не сможем нанести поражение этим противникам.

— Я был создан сражаться, а не кончать жизнь самоубийством, — отозвался Леенхарт, — а остаться здесь, по-моему, равносильно суициду.

Лицо Хердайна превратилось в маску ненависти, когда он смотрел на Гессарта и тех, кто его поддерживал. Его взгляд упал на Хейнке.

— Что ты скажешь, брат? — потребовал Капеллан.

На мгновение Хейнке замер, его глаза метались между Гессартом и Хердайном, перед тем, как осмотреть помещение и взглянуть на боевых братьев. Он открыл рот, чтобы сказать, но не проронил ни слова.

— И это храбрость Мстящих Сынов? — прокричал Хердайн, хватая оправу нагрудника, защищающую горло Хейнке, и подтянув к себе. — Докажите свою лояльность! Покажите свою чистоту!

— Я буду драться! — объявил Руфен, подняв свой болтер к плечу, и устремился к группе, собиравшейся вокруг Гессарта.

— Это безумие, — пробормотал Тайло, Апотекарий роты. Его белая броня выделялась среди тёмно синих доспехов боевых братьев, когда он пробирался вперёд. — Мы не должны пасть здесь и позволить нашему генному семени попасть в лапы предателей. Мы должны смотреть в будущее.

— Какое будущее может быть без чести? — сказал Хердайн, опуская пистолет с мольбой в глазах.

Треск болтерного выстрела прогремел в комнате, и голова Капеллана взорвалась брызгами крови и кусочков костей. Гессарт стоял с дымящимся пистолетом Захериса — капитан не брал с собой своё оружие.