Эротические рассказы Рунета - Том 1 - Автор неизвестен Эротика и секс

— Иди ко мне милый!

Вроде бы обычная фраза, но мне показалось что она сказала её искренне. Я взял её ножки в руки, и раздвинул их слегка приподняв её попку. Мой член уперся в её яички пытаясь найти заветную дырочку. Алена сама направила его куда нужно и я вновь ощутил весь уют её попки. Теперь меня уже было не остановить. Я трахал её как последнюю шлюху, грубо, резко, вводя член до самого конца и вынимая почти полностью. Иногда он выскакивал из попки и я видел как красива её дырочка во время секса. Алена же одной рукой гладила свою грудь, а второй ласкала свой членик. И вот тут со мной случился переломный момент. Мне вдруг захотелось самому поласкать его. Я отстранил её руку и взял его сам. Первый раз в жизни я держал в руке чужой член. Но у меня не было ощущения что это член в его основном понимании, скорее для меня его был клитор просто необычный. И вот я трахаю её, а рукой тереблю её писичку как вдруг она начинает кусать губы, еще тяжелее дышать, а на загорелый животик начинает брызгать сперма. Её яички приподнялись членик напрягся, так что мне пришлось снизить темп. Рукой я продолжал гладить его, пока последние капли не оказались на животе. О да это было очень красиво! Настоящий оргазм твоей партнерши, без имитаций и прочих бабских хитростей, все видно! Еще минуту я стоял без движения и просто любовался на Алену. Она лежала закрыв глазки, её ножки обмякли в моих руках, тело расслабленно раскинулось на кровати, а попка непроизвольно сжимала мой член, который по прежнему был в ней. Вдруг она прошептала:

— Милый ты просто супер! Хочешь кончить мне в ротик?

Она еще спрашивает, мечтаю! Я лег на неё всем телом. Она обвила меня ножками, и мы продолжили. Вновь набрав темп, я почувствовал приближение оргазма и быстро сняв презерватив поднес член к её лицу. Алена взяла его ручкой, положила головку себе на язычок и стала быстро дрочить мне. Я закрыл глаза и кончал! Только чувствовал, что она ловит сперму ртом и её язык на своей головке. Оргазм был очень обильным, такого у меня давно не было! И уже полностью кончив я все еще чувствовал нежные прикосновения её губ. Наконец открыв глаза я увидел Аленино личико. На румяных щечках, на Розовых губках, везде была моя сперма. Но еще больше спермы было в ротике. Я чувствовал это когда она погружала туда мою головку. Она как будто думала глотать или нет. И я понимал это, если она проглотит, значит я для неё больше чем просто клиент. И тут она сделала большой глоток и открыв ротик показала мне, что он пуст. То есть она показала мне, что я значу для неё, теперь была моя очередь. Я склонился над ней и поцеловал её в губы. Она как будто этого и ждала. Обвила мою шею руками и нежно прижалась ко мне.

— Ты ведь не уйдешь, — прошептал я ей на ушко, и боясь услышать нет добавил. — Я заплачу за всю ночь!

И она осталась на ночь. У нас было еще несколько прекрасных часов проведенных в экстазе. В перерывах между сексом мы лежали и просто обнимаясь болтали обо всем. Мне было так легко с ней общаться. Утром я просил её телефон, не хотел отпускать, но она ушла. Оставшиеся дни я пытался разыскать Алену, но безуспешно. И вот последний день, я выхожу к такси, чтобы ехать в аэропорт и вижу её. Она в белом летнем сарафане, такая красивая стоит возле такси и улыбается.

— Вот решила тебя в аэропорт проводить, — прошептала она мне когда я со всей силы сжимал её в объятьях. Все время до посадки в самолет я просил её телефон. Говорил что обязательно позвоню, а там чем черт не шутит может и заберу её к себе, но она говорила что это пройдет. Перед посадкой мы целовались так долго что я чуть не опоздал.

И вот прилетев домой, я не могу выкинуть её из головы. А ту как назло решил разобрать чемодан и нашел в его кармашке листок где был номер телефона и имя «Алена»! Теперь мучаюсь уже который день, позвонить ей или нет…

Наш брак заключен на небесах

Жено-мужчины

— Я тебя очень люблю, Оля, — шептал Максим мне на ухо, крепко обнимая. Он лежал на мне, мои ноги были у него на плечах, он сильно вводил в меня свой член, я не могла удержаться от стона. Он целовал меня в губы, его руки блуждали по моему телу. Я обнимала его шею, целовала его, и была очень счастлива, что он меня называет Олей, как девочку, а не Олегом.

Мы росли с Максом друг рядом с другом. Мы ровесники, ходили в один и тот же класс, квартиры на одной площадке. Даже семьи у нас были одинаковыми, не полными. Его мама давно погибла в аварии, отец бросил нас с мамой, когда я был еще ребенком. Воспитывались мы немного по-разному. Папа Максима водил его на рыбалку и охоту, с самого детства он ходил на карате, Макс мускулист, он помогает своему папе делать ремонт в квартире. А я, под маминым крылом, научился готовить, шить, ходил на уроки музыки. Мама когда-то хотела дочку, поэтому вечерами вдруг просила меня надеть девичью одежду, повязать бантики, она сама покупала эти красивые вещи, и в таком наряде я с ней танцевал, было очень весело и забавно. Так мы с мамой развлекались даже тогда, когда я уже заканчивал школу. Эти танцы в девичьей одежде перевернули мою жизнь.

У нас с Максом это началось необычно. Нам было уже по 16, учились в последнем классе. Макс был у меня дома, мы сидели на диване в моей комнате и рассматривали большой цветной буклет про космос. Тишина. И вдруг в прихожей раздается какой-то грохот. Я поднимаюсь, чтобы посмотреть, что там случилось, но меня останавливает голос, который оттуда слышен — это дядя Слава, папа Максима. Он говорит: я не могу ждать, давай прямо здесь. Ему что-то тихо отвечает женский голос, это моя мама. Я возвращаюсь на диван, мы с Максом замираем. А там слышен шелест одежды, а потом раздается ритмичный стук и стон мамы. Любопытство берет верх, и я на цыпочках крадусь к двери, она чуть приоткрыта, и все видно.

И что я вижу? Мама полулежит на маленькой софе, которая у нас там стоит, ее красивые ноги полусогнуты и подняты вверх, юбка скомкана на животе, на полу валяются ее сиреневые трусики, а дядя Слава, наклонившись над ней, держит ее за талию и сильно ее… любит. Я вижу, как огромный член входит в мою маму, яйца бьются об ее ляжки. У мамы на лице страдание. Мне становится ее жалко, но я понимаю, что такова участь женщины — терпеть мужскую грубость. Максим тоже подходит к двери, притискивается ко мне и смотрит в щелку выше моей головы. Макс шепчет: ничего себе, мой папа трахает твою маму. А я ему: конечно, ему хорошо, а она, бедненькая, терпит, смотри, как твой ее мнет. Ты что, — говорит Макс, — она же добровольно, смотри, какой у нее на лице кайф, я где-то читал, что у женщин больше удовольствия, чем у мужчин.

Мы с Максом жадно смотрим на происходящее в прихожей, он плотно прижимается ко мне сзади, и тут я чувствую, что член Максима стоит, он через треники упирается в мою попу. Я притворяюсь, что этого не замечаю, а Макс все сильнее давит на меня. Если бы не наши треники и трусы, то он, наверное, вонзил бы свой член прямо мне в попу. От этой мысли у меня внутри все как будто переворачивается, я оттопыриваю попку, прижимаюсь к Максу, а он… он неожиданно целует меня в шею.

Год назад, во время очередного маминого приступа увидеть меня девочкой, в танце, я у нее спрашиваю, откуда у нее такое странное желание. На глазах у нее выступают слезы. Она рассказывает, что когда папа нас бросил, она была беременна, врачи сказали, что будет девочка, но папа ушел, и она со зла сделала аборт, а теперь жалеет. Мама целует меня в щечку, мне ее жалко. Я говорю: знаешь, я читал, что гормоны могут сделать из мальчика девочку. Мама отстраняется от меня и говорит: и не думай об этом, это вредно. А в глазах задумчивость.

Короче говоря, я стал принимать эти цветные таблетки. Они на меня подействовали быстро, через несколько месяцев у меня уже были небольшие грудки, попка начала округляться, тело постепенно становилось гладким, а волос на ногах и груди у меня и так не было. Мама заметила эти перемены, она вздыхала, но мне показалось, что довольна с тем, что со мной происходит.

Мама стала делать мне сюрпризы. То положит в мой шкаф новенькие женские трусики, то халатики и маечки, а однажды я увидел там пару ажурных бюстиков. Это были такие красивые предметы, что я с удовольствием их надевал. Сначала только когда был один. А потом и при маме. Через какое-то время я уже ходил дома только в женском, и мама стала обращаться ко мне, как к девочке. Но в школе я был обычным мальчиком, ну разве что женственным, на это никто не обращал внимания, все были заняты собой, даже Макс, с которым мы были целыми днями вместе.

Сценка в прихожей заканчивалась, дядя Слава и моя мама громко застонали и кончили. Мы с Максом видим, как его папа вынимает свой член из моей мамы, они целуются, мама быстро встает, одергивает юбку и подбирает свои трусики с пола, они что-то говорят друг другу и смеются.

Мы быстро садимся на диван. Макс шепчет мне на ухо: по-моему, у них будет ребенок, у них не было презерватива. Я резко поворачиваю голову в его сторону, наши губы нечаянно соприкасаются, меня будто бьет током. Макс пытается меня обнять, но я сопротивляюсь, хотя и хочется.