Власть книжного червя. Том 4 - Kazuki Miya

дворяне из малых герцогств знают, что профессор Соланж не может быть с ними слишком резкой, не смотря на все их поступки, — объяснила я. — В результате их поведение бывает крайне неадекватным.

— С этим нужно что-то делать, — заявил Хильдебранд, излучая мужественную ауру поборника справедливости. — Они не уважают королевскую семью.

Я хлопнула в ладоши, когда мне в голову пришла замечательная идея.

— А что если принц Хильдебранд пришлет в этом году напоминание с помощью ордоннанца? Студенты наверняка будут из кожи вон лезть, чтобы вернуть свои книги, если напоминание придет лично от члена королевской семьи.

— А?

Пока все в изумлении смотрели на меня, один только Хильдебранд зааплодировал в ответ.

— Потрясающая идея! — его фиолетовые глаза сверкали от восторга. — Таким образом я смогу проявить себя как настоящий член королевской семьи, даже если не буду надолго оставаться в библиотеке.

— Принц Хильдебранд ясно выразил свою поддержку. А что вы об этом думаете, профессор Соланж? — взволнованно спросила я, думая, что такой подход сработает даже лучше, чем помощь от Фердинанда.

Соланж приложила руку к щеке и обеспокоенно улыбнулась.

— Я полагаю, что это действительно будет очень эффективно, но…

— Действительно ли приемлемо для принца Хильдебранда предпринимать такие публичные действия?

Ах да… Я столько раз видела его в библиотеке, что забыла, что он должен избегать чужого внимания.

— Я спрошу отца, можно ли считать подобную помощь выполнением королевского долга, — сказал Хильдебранд. Казалось, что он хотел проявить себя как член королевской семьи, но я сомневалась, что напоминание студентам о возврате книг будет иметь большое значение. Тем не менее он был так взволнован тем, что нашел для себя занятие, что я решила промолчать.

Если принц отправит эти сообщения, это будет иметь большой успех, и я не могу заставить себя уничтожить его надежды. Так что да…

— Леди Розмайн, вы хотите еще чаю? — спросила Брунгильда. Она изящно налила мне еще одну чашку и подложила в мою тарелку несколько печений… Одно из которых она перевернула плоской стороной вверх.

Она говорит мне “Немедленно смените тему”. Понимаю. Кажется я действительно не должна была поднимать эту тему.

Хотя я не совсем понимала в чем дело, я решила подвести обсуждение этого вопроса к его логическому завершению.

— Я доверяю эту идею вам, если у вас получится получить разрешение, принц Хильдебранд. Однако ничего страшного если не получиться, мы можем просто повторить то, что делали в прошлом году.

Теперь мне нужно было придумать другую тему, которая будет уместна на моем чаепитии. Я хотела поговорить о чем-то, что могло быть интересно и Хильдебранду, хотя это было не так просто, как хотелось бы. Официально он еще не посещал Королевскую Академию, поэтому разговоры о занятиях или людях, с которыми были знакомы Ханнелора и я, скорее всего заставят его чувствовать себя лишним. Сколько бы я ни ломала голову, я не могла придумать подходящий вариант.

О чем принцу было бы интересно поговорить…?

Иметь дело с Анастасием было легко, потому что с ним было очень легко найти тему для разговора. Достаточно было говорить о Эглантине. Однако почти никто не знал, что интересовало Хильдебранда. Он только что крестился и обычно проводил время, прячась в своей комнате, так что я никак не могла найти общие точки.

Хорошо. Что-то, о чем всем здесь было бы интересно поговорить… Единственная связь между нами — это королевская академия. Хм… О!

— Я хотела спросить вас, профессор Соланж, не знаете ли вы о двадцати тайнах Королевской академии?

— Я знаю много странных сказок, возникших в Королевской Академии, — ответила Соланж, хватаясь за эту новую тему. — Однако я не думала, что их двадцать.

— Я тоже с ними знакома, — добавила Ханнелора, также желая продолжить говорить об этом. — Тем не менее, я тоже не думала, что их двадцать.

Казалось нам удалось успешно привлечь внимание принца. Он наклонился ближе, а его ярко-фиолетовые глаза блеснули.

— Двадцать тайн Королевской академии? Что это?

— Небылицы, сочиненные скучающими студентами для собственного развлечения, — объяснила я. — Со временем они трансформируются и сливаются с другими похожими историями, так что сложно определить их происхождение, да и правдивость тоже. Чиновник, которого я знаю, рассказал мне о тех, которые он узнал в то время, когда здесь учились наши отцы и матери.

— Розмайн, расскажите мне о некоторых из них.

С выбором темы я явно угадала. Все с любопытством ждали, пока я снова начну говорить. Но увы, я могла рассказать не так уж и много. Я планировала позволить Соланж и Ханнелоре перехватить управление беседой, чтобы по ошибке не сказать что-нибудь не то… Хотя была пара историй, которые я могла бы рассказать.

— Ну я знаю о статуе Богов, которая танцует в ночь выпускной церемонии, — сказала я. — Еще я слышала о беседке, где Богиня времени любит пошутить и о наборе для гевиннена, который играет в диттер. Еще есть запрещенный архив. Но я не знаю подробностей ни по одной из этих историй, но возможно профессор Соланж и леди Ханнелора знают больше? Мне тоже было бы интересно послушать.

Хильдебранд обернулся и посмотрел на своего вассала.

— А ты что нибудь знаешь об этом, Артур?

Артур, которому на вид было лет двадцать, нервно улыбнулся и положил руку на плечо принца.

— Думаю мы должны позволить профессору Соланж взять слово, — сопровождающие не должны принимать участие в беседе господ, они должны оставаться на заднем плане, не вмешиваясь в разговор. Хильдебранд смутился, когда понял свою ошибку, он обратился к своему слуге просто по привычке.

Соланж с теплотой наблюдала за детской неопытностью принца.

— Ну, с чего бы мне начать?… — сказала она. — Хм… Возможно святилище двух Верховных Богов. В королевской академии есть святилище богов, но когда-то был озорной студент, который проказничал именно в этом святилище. Он получил только предупреждение за