Култи (ЛП) - Запата Мариана

— Спокойно, спокойно, спокойно, — раздался голос Марка откуда-то со стороны, и я заметила его боковым зрением, прежде чем он появился. Подойдя достаточно близко, он просунул руку между нашими телами и отодвинул незнакомца.

— Чувак, мы этим не занимаемся. Особенно с ней мы такого не потерпим, так что будь осторожен, или твоя задница уберется отсюда.

Напряжение, как густой туман, повисло над полем, когда парень, наконец, сделал еще два шага назад и кивнул. Гнев гудел в моих ушах, когда я наблюдала, как он уходит.

Кто-то сильно ударил меня в живот, и мне не нужно было смотреть вниз, чтобы увидеть, что это Марк наклонился, чтобы заглянуть мне в лицо.

— Я думал, мы говорили о том, что ты не рискуешь, — прошипел он.

Я моргнула и почувствовала, как мои ноздри раздулись.

— Его друг растоптал мою ногу на прошлой неделе, и теперь эта подтирка для задницы решил, что я его развлечение в мировой борьбе. Что ты хотел, чтобы я сделала? Сидела здесь и согласилась быть его грушей для битья?

Мы оба знали, что он был одним из троицы, которая в детстве учила меня, что вполне допустимо толкать локтем в солнечное сплетение, а иногда и в почки, если это было необходимо. И только когда я стала немного старше, играя в Лиге, мой тренер наконец объяснил, что это неправильно… даже если это срабатывало.

Марк вздохнул.

— Конечно, нет, но ты же знаешь, что меньше всего я хочу, чтобы тебе было больно, потому что эти трусливые ублюдки разозлились и набросились на тебя.

— Я знаю, но то, что случилось, это никуда не годится.

Он натянуто улыбнулся.

— Да, это так, но иногда мне хочется прижать тебя к земле, Сал, а я люблю тебя. Расслабься. Мы спустим его шины через пару недель, когда он этого не ожидает.

Ух.

Я фыркнула, а потом снова фыркнула. Он был таким важным человеком в моей жизни, больше похожим на незаконнорожденного брата-засранца, чем на друга. Я поцеловала кончики пальцев и затем легонько шлепнула его по щеке.

— Я тоже тебя люблю, но не знаю, смогу ли подождать пару недель.

Закатив глаза, он выпрямился и нахмурился.

— Попытайся. Держи свой гнев в узде, мини-Халк.

Я закатила глаза в ответ на его слова, сделала еще один вдох, чтобы успокоиться и взять гнев под контроль, собрала остатки своего терпения и прижала их к сердцу. Краем глаза я заметила Култи, стоявшего у боковой линии, — одной ногой он выступил вперед, руки опущены по бокам, мускулистые предплечья согнуты. Я заметила, что даже его икры были напряжены. Он стоял, стиснув зубы, готовый неизвестно к чему. Но не двигался. Немец не сказал ни слова, а я все еще была слишком зла, чтобы понять язык его тела. Был ли это несчастный случай? Я сильно в этом сомневалась, но в прошлом мне приходилось играть с грубыми людьми, и иногда я оставляла некоторые вещи безнаказанными, возможно, удар локтем или плечом, раз это позволяло им спать лучше.

Но все равно, он был гребаным мудаком.

Потом это повторилось.

Через несколько минут, когда команды поменялись местами, я уже бежала, не на полной скорости, к третьей базе, успев украсть вторую. Как только подошла к базе, кто-то сзади меня ускорился, что было совершенно не обязательно, и толкнул меня вперед, пытаясь выбить с базы.

Я полетела, и у меня появилась важная миссия — съесть целую кучу грязи.

При обычных обстоятельствах я смогла бы остановиться и не упасть, но с дополнительным толчком это оказалось невозможным. Образ неуклюжего падения на колено или лодыжку и возможность порвать что-нибудь вспыхнул в моем мозгу. Не было никакого изящного способа остановиться, не причинив себе настоящей боли. Поэтому я полетела вперед, подняв руки и расслабив, чтобы не сломать запястья, и шлепнулась на живот. Я имею в виду, шлепнулась на живот и все еще немного скользила. Падение было тяжелым и болезненным. Это напомнило мне о том времени, когда я нырнула с платформы, будучи ребенком, и выбила из себя весь дух об воду, почти чувствуя, что сломала ребро.

Но дело в том, что я не просто упала и поскользнулась. Меня толкнули. И меня это не устраивало, особенно когда этот тупой мужчина решил встать надо мной, ста восьмидесяти семи сантиметровый придурок высшего ранга.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мой живот горел, а нижние ребра болели, когда я попыталась встать на четвереньки. Черт возьми.

Я втянула воздух и с шипением выдохнула его обратно, рукой скользнула под футболку, чтобы погладить кожу, которая, как я знала, была адски исцарапана.

Не успела я даже сесть на колени, как преступника повалили на землю. Я имею в виду, что его сильно толкнули. Это был не Марк и не Саймон. Это был Култи, стоявший ко мне спиной. Култи толкнул взрослого мужчину на землю.

Рейнер «Король» Култи сидел на корточках над гребаным хорьком, оседлав его тело.

— Ты трус, — выплюнул он.

Я буквально видела, как Немец плевался слюной, когда произносил слова на своем родном языке, которых я не понимала, но суть уловила. Они вовсе не были дружелюбны. Абсолютно нет.

— Ты жалок. — Честно говоря, я думала, что он собирается дать ему пощечину, и была лишь слегка разочарована, когда он этого не сделал. Он опускал голову все ниже и ниже.

Я была уверена, что кровь прилила ему в голову.

За этим последовал взрыв немецкого, от которого у меня волосы на затылке встали дыбом. Злобный и резкий, я понимала только несколько слов. Что-то о смерти и его инвестициях?

Что, черт возьми, это значило, я понятия не имела. Но знала, что это звучало невероятно уродливо. Это звучало так отвратительно, что я почувствовала, как по спине пробежала легкая дрожь, даже когда замерла на коленях, всего в метре от места действия.

— Это действительно он, — благоговейно прошептал Марк, напугав меня до чертиков, потому что я понятия не имела, что он так близко.

— Ш-ш-ш, — прошипела я, чтобы услышать, что еще будет сказано идиоту, лежащему на земле.

Конечно же, я не осталась в подвешенном состоянии. Култи выпрямился, пока не встал на ноги по обе стороны от тела парня.

— В следующий раз я сломаю тебе руку. — С этими словами он обернулся. Клянусь жизнью, он отвел ногу назад, словно собираясь ударить мужчину, но в последнюю минуту передумал и продолжил идти… ко мне.

Что же я сделала? Я просто осталась на месте. Я просто осталась.

Неужели он, тот человек, который даже глазом не моргнул, когда его товарищ по команде получил два сломанных позвонка после неудачного удара, защищал меня? Меня?

Эта внушительная фигура остановилась четырьмя шагами позже, опустив взгляд на руку, которую я держала под футболкой, почему, я не была уверена. Я была настолько поглощена действиями Култи, что не могла быть уверена ни в чем.

Его ноздри раздувались, и я клянусь, что вся верхняя часть его тела, казалось, расширилась, когда он потянулся вперед, его палец едва коснулся моего подбородка. Култи пробормотал что-то подозрительно похожее на «такая везучая» себе под нос. Адамово яблоко дергалось, он, казалось, боролся за еще один вдох, прежде чем взять себя в руки.

Он не обращал внимания на разинутые рты окружавших нас людей. Его взгляд был очень напряжен.

— Мы закончили. Я принесу твои ключи, — сказал он хриплым голосом и обхватил рукой мое колено.

Все, что я могла сделать, это кивнуть. Возможно, я даже забыла, как дышать от шока и волнения, когда он продолжал держать меня, помогая подняться на ноги. Мои ребра пели печальную песню, когда я со стоном поднялась. Кожа на животе болела, но мне удалось встретиться взглядом с Саймоном и Марком.

— Я в порядке, — сказала я, впервые в жизни не заботясь о том, что все эти люди, которых я плохо знала, пялились на шоу, известное как «Култи надирает задницу».

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Ты уверена? — спросил Марк, поморщившись от беспокойства. Я кивнула. — Позвони мне позже, ладно?

Я сглотнула и помахала своим давним друзьям, дыша сквозь боль, когда повернулась, чтобы уйти с поля. Култи опередил меня. Он уже наклонился и схватил мою перчатку, его собственная была засунута под мышку, одна рука была вытянута в мою сторону в жесте, который требовал, чтобы я подошла к нему.