Том 3. Книга 2. Драматические произведения - Марина Цветаева

(К Федре.)

Та же… ты ж,Вся не стоящая перстаИпполитова!

Кормилица

Царь, чиста!Бык и сук,Труп и труп —Дело рук,Дело губСих. — Сие.Сей. Сия —Всей семьеЯма — я.«Строен, рдян,Стан, сутул…»Мой заман!Мой посул!Мой прицел!«Сы-но-вья?Прав, кто смел!»Я, всё я.«Молод: мед!Молод: мех».Старче, вотФедрин грех.Федрин блуд.Федра? Зря!Федра — жгут:Руки — я.На уш-коРе-мес-сло.Федра — что?Сводня — всё!Люб? За хвостСоловья?Федра — воск.Руки — я.Ничего, кроме мужа старого,Красота не желала, не чаяла.Ничего про сторонку левуюПростота не гадала, не ведала:То ли слева стучит, то справа ли?..Ложа стылого, мужа старого,Вдовчьих навыков, отчих обыков,И былу бы так, и сгнилу бы так…Никогда на гвоздичку рдянуюКрасота и глазком не глянула б,Ничего, кроме миски глиняной…Так и минуло б, так и сгинуло б…Каб не нуды мои, не зуды мои,Не подспуды мои, не гуды мои.Куды с лысостью? куды с ветошью?Косы вылезли, спросу нетути.Шелудивец — и тот не требует!Зубы выпали, блюды пребыли:Губы-губы-уста, сласть любая!Зубы выпали — слюнки убыли?Неизбывная память, пустая пасть!Хоть чужими зубами кусок угрызть!Неизбывная память, пустая пасть!Хоть чужими грудями к грудям припасть!«Мой век — весь!Всласть хоть ты!»Тяжче — несть.Старче, мсти!Мой век — весь!Но, бия,Знай, что здесьБоги — я.

Тезей

Безумная, стой!

Кормилица

Ни пню, ни шмелю…Своей чернотойТебя обелю.Спи, милая. Вей,Мирт! Басней моейЯ — сажи черней.Ты — славы белейОсталися.Бей,Царь! — Нежуся!

Тезей

Ведьма, не за что! Сводня, не за что!Ты — над хрипами? Ты — над трупами?Образумься, старуха глупая!В мире горы есть и долины есть,В мире хоры есть и низины есть,В мире моры есть и лавины есть,В мире боги есть и богини есть.Ипполитовы кони и Федрин сук —Не старухины козни, а старый стукРока. Горы сдвигать — людям ли?Те орудуют. Ты? Орудие.Ипполитова пена и Федрин пот —Не старухины шашни, а старый счет,Пря заведомая, старинная.Нет виновного. Все невинные.И очес не жги, и волос не рви, —Ибо Федриной роковой любви— Бедной женщины к бедну дитятку —Имя — ненависть АфродитинаКо мне, за Наксоса разоренный сад.В новом образе и на новый лад —Но все та же вина покарана.Молнья новая, туча старая.Там, где мирт шумит, ее стоном полн,Возведите им двуединый холм.Пусть хоть там обовьет — мир бедным им! —Ипполитову кость — кость Федрина.

1927

Приложение

Пьеса о Мэри

(наброски)

Остов пьесы

Придворный и комедиант. Женщина ищет в комедианте то, что есть в придворном. Комедиант — тщеславное, самовлюбленное, бессердечное существо, любящее только зеркало.

Карт<ина> I. Мэри. Вечер. Безделье. Дикая музыка. Посылает маленького слугу узнать — что это? Цыгане. Цыганка. Гаданье.

— Светлый, к<отор>ый был черным и черный, к<отор>ый будет светлым. Будь умна, бери то, что не полиняет. Белое не вылиняет в черное, черное вылиняет в белое. — Чернота? Белизна? Ведь это ты, мой маленький Джим? Неужели же я родилась на свет для такого чудовища?

. . . . . . . . . . . . . . .

Мэри

Джим! Твоя госпожа скучает.

Джим

Госпожа! Скучает твой Джим.

Мэри

Скука меня равняетС черным слугой моим.Пуля всадника догоняет,Скука мчит по следам моим.Даже радуга в небесах — линяет!Понял?

Джим

Не понял Джим.

Мэри

Не понимают слуги — господ!

Джим

Не понимают слуг — господа!Белые — черных.

Мэри

Черные — белых.. . . . . . . . . . . . . . .

Мэри

Джим, сегодня приедет папа!

Джим

Папы нету. Джим сирота.

Мэри

Глупость иль чернотаОтличительней для арапа?Папа. — Твой господин. — Сам ЛордДельвиль. — Радуйся, раз я рада!

Джим

Джиму отца не надо.Джиму давайте — торт.

Мэри

Папа — такой прекрасный!Слава и честь Двора!— Радуйся, бант мой красный!— Музыка, Джим! Ура!Веди сюда. — Торт целый хочешь?Лети! — Весь Джиму будет? — Весь!Скажи, коль…… будут здесь,Я отпишу им этот коттэдж.Единым росчерком пера, —Все: мельницу, амбар и ферму.— Играют королевски-скверно.Да здравствует Король! Ура!— Король! Я тебя не видала,Я знаю лишь . . . . . .Да глупого негра Джима,Да пастора в черной рясе,Да черный….. псалтырь.. . . . . . . . . . . . . . .

Карт<ина> I

Вечерняя молитва

Мэри

Упокой, Господи, душуМоего дорогого папы,Погибшего смертью храбрыхЗа юного короля.Упокой, Господи, душуМоей белокурой мамы,ПрожившейЛишь двадцать коротких лет.И прадедов моих строгихИ нежных моих прабабокПод этим же … сводомВот так же слагавших рукиТри века тому назад.Пошли, Господи, здоровья,Королю и королеве,Старой няне, негру Джиму,Повару и господинуПастору, а также, Боже,Не забудь послать здоровьяДжо — лесничему, а такжеВсем несчастным браконьерам,И моей лошадке Бельгри,И слепому органисту,И танцмейстеру, которыйПомер… — Вот и домолилась…Дай, Господи, чтоб мне скелетНе снился…— А завтра мне шестнадцать лет!Да здравствует Король! — Ура! —

. . . . . . . . . . . . . . .

Король! — Я его не видала,А узнаю его из тыщи.Отчего это ветер свищет?Хорошо бы родиться нищей!Короли всегда белокуры,С грациозной, гордой осанкой…Я хотела бы быть служанкойПри дворе Короля Артура.Об этом, конечно, все девочки грезят…Ой! Что это? Кто это? Что это лезет?Ой, Бог ты мой, ведьма!— Тссс…, крошка, потише!— Я здешняя леди!— Я здешняя нищая.— Но кто Вас впустил сюда? — Тем <ная> ночь,Да добрая кружка имбир<ного> пива,К которой Ваш сторож, как <к девке красивой>В <ненастную> пору пригубить не прочь.— Мне очень прискорбно,Но я Вам не рада.— А ты мне — что золото —С первого взгляду.— Зачем Вы явились?— Сказать тебе правду.— Какую? — Такую: слепую, простую,Цыганскую — нищенскую — воровскую…Ой, внучка, — тоскуешь!— Совсем не тоскую.— Дай руку! Ох, внучка!Две встречных дороги!Две встречных каретыДва сердца, два ветра…Чуть взглянет — обманет,Чуть тронет — уронит.— А я Вас сейчас прогоню! — Не прогонишь.Золотом было, — станет золой…Дальше не видно. — Дай золотой!— Откуда? — Возьми и достань из кармашка!

. . . . . . . . . . . . . . .

Возьмите себе из кармашка… — Бумажка —Платочек — горошина — снова бумажка…Где ж деньги? — Я ради погоды весеннейИм всё раздала, — до последнего пенни.Берите кольцо, продолжайте… — Так так…Двое спешат… Восход и Закат…Коршун и лебедь — горлинку делят.Коршун у сердца… Лебедь в раю…Дашь мне цепочку, дочка, свою?Скоро к воротам: два короля:У молодого мед на языке,А у другого — смертный пот на виске…на холму…— Горе — ох, гореДому сему!Няня! На помощь! Огня!Вспомнишь меня!

. . . . . . . . . . . . . . .