Болтливые куклы - Елена Кочешкова

И он развернул сверток.

— Хекки!

Смеяться я уж точно не стала, скорее у меня просто дыхание перехватило от изумления.

Он был другой… Неуловимо, но совершенно очевидно другой. Тело, суставы, лицо — все сделано в той же технике, которой овладел и Стефан. А настроение — иное. Не было в этой маленькой изящной кукле ни тени скорби и страдания. Одетый в огненно-красный наряд из летучей полупрозрачной ткани, Хекки улыбался.

Улыбался так искренне, радостно и легко, что казалось, сейчас в комнате зазвучит его звонкий смех.

— Стефан… А как это?.. — я перевела взгляд на художника, ища в его лице объяснение происходящему.

— А вот так. Зоенька вылепила его с пару месяцев назад. Честно призналась, что вдохновилась моими двумя работами — я показывал фотки… И Шена, и Зара. Так вот ей — ты только вдумайся! — привиделось, что у них должен быть третий дружочек! И она его сделала! Представляешь?

— С ума сойти… — я протянула руки к кукле. — Можно?

— Конечно, — Стефан посадил Хекки мне в ладонь. — На самом деле… Я думаю, он твой. Зоя наотрез отказалась мне его продавать, когда я рассказал всю твою историю. Сказала, пусть будет со своими друзьями… Не разлучать же их, в самом деле.

Я кивнула, удивляясь таким чудесам. Но думала в тот миг совсем о другом.

О том, какой Хекки невозможно славный. Если Шен вызывал сострадание и теплоту в сердце, а Зар — глубокое уважение, то этого мальчика просто хотелось затискать. Такой он был ладный и улыбчивый. Ну просто как котенок!

Я покосилась на Шамана, который, разобравшись с консервами, по-хозяйски улегся на подоконник и оттуда взирал на нас большими желтыми глазами.

Нет, не такой котенок… Обычный. Маленький.

Я провела пальцем по коротким темным волосам Хекки. На первый взгляд они казались черными, как у Шена, но на самом деле имели каштановый отлив. Этакий намек на его лисячью суть… В отличие от своих друзей, Хекки носил обычную для их мира мальчишескую прическу — ровно остриженные пряди были лишь самую малость длинней подбородка.

— Все трое, значит, в сборе… — тихо сказала я, и Стефан кивнул.

— Заберешь сегодня? — спросил он.

Я задумалась.

— Нет. Не буду. Мне кажется… им обязательно нужно побыть всем вместе.

Стефан улыбнулся.

— Кажется, ты не расслышала. Я ведь сказал, ты можешь забрать из ВСЕХ к себе. Пока я ехал, много думал про всю эту историю. Решил, что Зар тоже должен быть у тебя.

— Вот как… — я растерянно посмотрела на стол, где все так же стояли две другие куклы.

Увидев мое колебание, Стефан ухитрился понять его самым правильным обазом.

— Ты можешь вернуться сюда в любое время, Яся, — он внимательно посмотрел мне в глаза. — Я всегда буду рад тебя видеть.

Я отрешенно кивнула.

Слишком много всего за раз. Голова кругом.

— Стефан… — хотелось сказать что-то умное, емкое, чтобы сразу объяснить свои чувства. Но слова, как обычно, застряли где-то в горле рыбьей костью.

Он осторожно забрал у меня из рук маленького Хекки, отнес к остальным и поставил рядом с друзьями. А потом вернулся и взял мои ладони в свои.

— Эй, посмотри на меня, — заглянул в глаза, будто в самую душу. В этот миг Стефан совсем не казался мне похожим на того хмурого человек, которого я в первый раз увидела на пороге этой коммуналки. В его зрачках поблескивали живые искры, делая его похожим на Питера Пэна. — Яся… Какая же ты хрупкая. Сама — словно из фарфора… — он улыбался так тепло, что хотелось смотреть на эту улыбку бесконечно. — Знаешь, ты права. Пусть они остаются здесь. А ты будешь приходить ко мне каждый день. Пока не поймешь, что хочешь остаться.

Я замерла. Никак не могла поверить в то, что услышала. Так не бывает. Не на третий день знакомства. Вернее — третью встречу…

— Стефан, я пойду пожалуй, ладно? Мне уже пора… — и высвободила руки.

— Ну вот, — вздохнул он огорченно. — Все таки ранил тебя. Прости. Конечно, уже поздно. Давай, я провожу тебя до метро.

Я быстро замотала головой.

— Нет! Не надо… Ты еще не ужинал, наверное. А мне… надо побыть одной, — поймала его встревоженный взгляд. — Ну, правда, все в порядке. Просто… — я набрала воздуха и словно шагнула с обрыва: — Просто я боюсь в тебя поверить. Наверное, на самом деле у тебя жена и дети, а тут ты прячешься от них и заводишь романы с глупыми дурочками вроде меня!..

Сказала и аж заледенела вся.

Кто не обидится на такие слова?..

А Стефан взял и рассмеялся.

— Да, жена есть, тут ты угадала. Катерина. Жуткая мегера и зануда. Мы уже два года как вместе не живем, а до ЗАГСа дойти все никак не соберемся, чтобы развод оформить. Вот такие оба занятые… — он помолчал, посмотрел на Шамана, который успел задремать на подоконнике. — Не надо меня бояться. Я не люблю лгать… И если что-то говорю, то это обычно даже слишком правда.

Я смотрела в пол. Возила носком ноги по узору на линолеуме. Совершенно не знала, что сказать.

И уйти глупо, и остаться странно.

А с другой стороны… Мы оба достаточно взрослые люди, чтобы не городить между собой иллюзий.

— Стефан… — я подняла глаза на него. Вздохнула… — Скажи, я тебе правда нравлюсь?

Раньше ни за что не решилась бы на такой прямой вопрос, но после сегодняшнего дня поняла, что не хочу никаких глупых надежд и двусмысленных ожиданий. Хватит, небось не студентка-первокурсница.

Стефан смотрел на меня пронзительно. Его темные глаза казались мне двумя провалами в бесконечность.

— Очень, — сказал он негромко и снова протянул ко мне свои ладони. Так тянут их к зашуганной уличной кошке, желая показать добрые намерения. И я не стала отталкивать эти руки, позволила Стефану обнять себя за плечи. Он держал меня невесомо, боясь спугнуть… — Ты мне очень нравишься. Яся… С первой минуты. Никогда не думал, что со мной так будет, но вот, видишь… случилось, — мягкая улыбка тронула его губы. — И конечно, больше всего я хочу, чтобы ты осталась. Мне кажется… нам может быть хорошо вместе.

Сердце у меня билось так сильно, что я слышала его в ушах.

Если бояться и уходить — то сейчас.

Если оставаться — то доверять. Сейчас и всегда.

Я набрала в легкие побольше воздуха, закрыла глаза и осторожно прикоснулась ладонью к его груди.

Стефан вздрогнул и крепко прижал меня к себе.

— Как же я рад, что ты здесь… — сказал он. — Яся, ты даже не представляешь!.. Как я рад, что мне привиделись эти странные куклы и что я слепил их. И встретил тебя… Мне всегда казалось, самое главное в моей жизни — это живопись, именно она всегда формировала мою судьбу. И тут вдруг эти танцоры… Случайность. Но если бы не они — я бы никогда тебя не встретил.