Третий шанс - Евгений Максимович Ажакин

что моя на ней зацикленность – одна из форм безумия, «практикуемого» Палачами, но звучит как какой-то бред. И всё же его необходимо обдумать.

– Отец, когда мы планируем отправляться?

– Где-то через две недели. Нужно сдать дела в гильдии и продать всё то, что мы не унесём с собой. Амстер, поможешь с домом?

– Конечно. Несмотря на ваши с отцом взаимоотношения, я был и остаюсь твоим братом. Так что не стоит меня обижать такими вопросами.

– Прости-прости… – Отец смущённо улыбнулся. – Просто перенервничал. Не каждый, понимаешь, день, приходится принимать такие решения.

– Если нужно, я всегда помогу. В том числе и с некоторыми щекотливыми вопросами. Гериан.

– Да?

– Пойдём. Не стоит заранее устраивать проводы. – Поравнявшись с отцом, Амстер шёпотом добавил: – Я постараюсь сделать так, чтобы отец не чинил вам препятствий.

Разговор подошёл к своему логическому завершению, и нас, лишившихся причин находиться на территории рода, выставили за ворота. Что ж, не могу сказать, что какая-то часть меня не рада такому исходу. Свобода… Относительная, конечно, но заметно большая, нежели раньше. Но подробности у отца всё равно нужно выспросить, а то я уже совсем запутался в происходящем.

– Пап, с чего вдруг ты решил переезжать в Рилан? И мама знает?

– Пока не знает, но она совсем не против переезда. Скорее даже за, ведь здесь, в окружении Иллити, она не чувствует себя комфортно. – Логично. – Ну а переезд… Помнишь тот случай, когда ты принял нашу подругу за врага? – Киваю. – Тогда-то они нам и предложили перебраться в Рилан. Последние несколько заданий у их команды вышли особенно прибыльными, так что они выкупили сразу несколько домов. В части живут сами, в парочке открыли ремесленные лавки, а ещё часть сейчас пустует: заселять абы кого они не хотят. Собственно, мы отказались от этого предложения только потому, что твой дед показал себя с неожиданной стороны, и я понадеялся на то, что он исправился. Однако…

– Оказалось, что он практически не изменился. Но, пап, что заставляет тебя думать, что спустя два года для нас там ещё есть место?

– Даже если нет, наших с твоей мамой накоплений должно хватить на дом, а там мы как-нибудь разберёмся. Золан… – Отец как-то резко остановился и, поймав мой вопрошающий взгляд, спросил: – Ты ведь не собираешься сбегать или бунтовать оттого, что твоя подруга, Залия, останется тут?

– Ну… – Я задумался над тем, как бы помягче преподнести отцу известную мне информацию.

Ведь мне удалось сегодня поговорить с Залией, и мы, несмотря на время, многое успели обсудить. Не смейтесь, но рассматривался даже побег в нескольких вариациях. Останавливало, помимо просто глупости и бессмысленности сего поступка, то, что пускаться во все тяжкие – такой себе выбор для хрупкой магессы и семилетнего вундеркинда с бедами в башке. Оба сами не знают, чего хотят и чем эти хотелки продиктованы, оба не располагают ресурсами для самостоятельной жизни и оба могут в любой момент передумать.

Я – потому, что симпатия к Залии может оказаться суть побочкой от Палача или вывертом травмированного операцией наживую разума, а она – просто в силу возраста и возрастных изменений. Тем не менее в качестве «места встречи» на случай «особых обстоятельств» был выбран Рилан. Совпадение – хоть Всевышнему иди молись, честное слово.

А теперь, пожалуй, объясню, почему именно Рилан.

Во-первых, там есть академия магии, в которую Залия, по настоятельному совету родителей, должна была отправиться поступать уже в этом году. Во-вторых, там всегда был, есть и будет спрос на магов самых разных специальностей, что могло обеспечить кое-какой доход что Залии, что мне. И в-третьих, Рилан – не то место, куда Иллити могут так просто прийти и силой попытаться вернуть меня обратно. Так как рассматривался и такой, жёсткий вариант, Рилан в этом плане нас вполне устраивал.

И всё-таки, что говорить? Правду и ничего кроме правды?

– Рилан рассматривался нами как место, куда можно сбежать в случае чего. – Я сложил руки на груди. – Но теперь это неактуально.

Волан вопрошающе вскинул бровь, а я поспешил пояснить:

– Залия в этом году поступает в академию Рилана.

– О как. – Удивление ясно проступило на его лице. Даже слишком ясно, я бы сказал. – А если бы это было не так? Ты бы от нас сбежал?

– Ну… возможно?

Всё-таки моё единственное желание – прожить жизнь так, как я сам этого хочу, а вечное сидение дома, бесконечные тренировки, ношение маски ребёнка и нахождение под колпаком гиперопеки с этим сочетаются слабо. И раз уж судьба подкинула мне умную и искреннюю девушку, к которой я испытываю настоящую симпатию, то почему бы и нет?

Так или иначе, но больше нет смысла размышлять над тем, что было бы, если. Как не стоит сейчас и смотреть на всё с рациональной точки зрения, которая на меня посматривает как коммунист на врага народа. Нефиг! Я – маленький, мне можно!

Да и всё уже сложилось вполне неплохо. Уладить кое-какие мелочи – и можно продолжать спокойно жить, не терзаясь муками совести.

– М-да. Я предполагал, что дети быстро растут, но в твоём случае это как-то слишком быстро, не находишь?

– Ничего не могу с собой поделать.

Пожимаю плечами, одновременно вспоминая про подарок дяди. Ткань, защищающая книгу, была зачарована, но её оказалось не так много, и я быстро от неё избавился.

Серая кожаная обложка, оттиск печати какого-то Иллити, метка, сообщающая о том, что эта книга всего лишь искусная копия, и отсутствие названия – вот, что мне удалось рассмотреть, создав над левым плечом маленький светящийся шар. Всё-таки в свои права вот-вот должна была вступить ночь, и рассмотреть хоть что-то без света было решительно невозможно.

«Решившись – не сожалей, а сожалея – не решайся».

Первая же строка заставила меня нахмуриться. Во-первых, язык, на котором писал автор, явно был не общим, а демоническим. Я на нём тоже читал, но официально приобрёл этот навык где-то с годик тому назад, в рамках приобщения к культуре демонов. С ходу не вникнув в текст, я осознанно переключился на другой язык и принялся перечитывать ровные строки, с каждой секундой всё чётче осознавая, из-под чьей руки когда-то вышла эта книга. Ведь его печать я видел на стене памяти среди самых первых…

Соу Марек, Четвёртый Иллити – и первый Палач.

Глава 10. Они все такие разные!

Глассовер… умер.

Словно гром в ясный день, эта новость пришла к нам в полдень, в момент, когда мы с родителями продолжали обсуждение деталей грядущего