Пермский Губернский 2. Корпорат (СИ) - Евгений Бергер

Ибо один — свисток, что любит драматизировать. А вторую я увидел тогда впервые.

— Они такая милая парочка! Правда? — с очарованием произнесла эльфийка: — Но, я недоговорила по поводу прошлого. Да, мне стыдно, что я не сидела рядом с вами, когда вы в этом нуждались сильнее всего! Но в то время родители контролировали каждый мой шаг. Они имели возможность ограничивать мои передвижения! И мне правда очень стыдно за это… Я чувствую себя виноватой.

— Не стоит. — сухо ответил я: — Для меня по-прежнему странно и удивительно, что вы приходили в больницу. И, вообще… Давайте, ближе к сути. Зачем вы приехали?

— Как я уже сказала… — Ксения наклонилась ко мне: — Новость о том, что вы всё забыли — меня раздосадовала. Но это не значит, что контракт будет аннулирован. Я всё прекрасно понимаю! Кома — вещь страшная. Но я тут подумала… Вы так рьяно выступаете за свой завод. Хотите поднять его с колен, после долгого застоя. И это — похвально! Вы небезразличный гражданин Перми. Но учитывая ваше нынешнее экономическое состояние… восстановления займёт огромное количество времени. А это — лишения, нервы, потраченная молодость! Поэтому… я решила сделать вам предложение. Корпорация «МегаАрт» уже давненько следит за «Искрой». Это перспективное предприятие, из которого можно сделать настоящего автомобильного гиганта! Инвестиции превратят эту дыру в стоящее предприятие, которое будет приносить вам миллиарды рублей в год.

— Поглощение? — усмехнулся я: — Да, звучит очень привлекательно. Но проблема в том, что как только «МегаАрт» поглотит «Искру» — я останусь не у дел. Вы же превратите моё предприятие в акционерное общество. Сделаете меня генеральным. А затем посадите сюда свой совет акционеров. А мне, что? Ничего. Они могут начать процедуру увольнения в первые полгода, а затем вышвырнуть меня на мороз. Хочу ли я терять то, что моя семья строила почти восемьдесят лет? Думаю, ответ очевиден.

— О, нет-нет! Вы меня неправильно поняли. — улыбнулась Ксения: — Наш контракт — это доказательство экономической безопасности для Осокиных и Артовых. И для того, чтобы вы не переживали… мы — поженимся. Да! — глаза Артовой вспыхнули, словно две сверхновые: — Поженимся прямо сейчас!

В меня полетела целая буря самых разных эмоций. Тут была алчность. Жажда подавить меня, как мужчину. Жажда завладеть всем моим. Но… среди типичной жадности и неукротимых амбиций я ощущал… похоть?

Нет, это явно были не милые чувства подростковой влюблённости, как у Галчонка. От тех веяло солнцем и ромашковыми полями в лучах июльского заката. А тут… Передо мной, как будто, стоял сам Люцифер, мечтающий завладеть мной во всех смыслах этого слова.

А эта улыбка… Нет, это точно, что-то нездоровое. Ксения больше напоминала хищника. Но не страстную пантеру, как это было с Викторией. А настоящего льва-доминатора, который пришёл на охоту, и с пустыми клыками уходить точно не собирался.

— Простите, но вы слишком торопите события. — ответил я: — Вынужден вам отказать. По крайней мере — сейчас.

Очередной взрыв эмоций… Меня едва не снесло ураганом страсти и вожделения. Да, что с этой Артовой не так⁈

— Отказываете мне? — тяжко вздохнув, произнесла она, после чего дотронулась до моего лица кончиками пальцев: — Если вы думаете, что я не умею ждать… Вы плохо меня знаете.

Она не умеет ждать. Определённо.

— В этом и проблема. Я совсем вас не знаю! Поэтому, вынужден воспользоваться временем, которое указано в контракте, чтобы всё было честно.

Третий взрыв эмоций. Ксения странно улыбнулась, а затем придвинулась ещё ближе. Настолько, что я ощущал её горячее дыхание у себя на щеках.

— Вы такой негодяй… — хитро улыбнувшись, прошептала Артова, а затем резко сдёрнула с меня шарфик: — Он всё никак не давал мне покоя. Ещё и пахнет… женскими духами. Я подумала, что вы от меня, что-то прячете.

Повернувшись к зеркалу, я с облегчением заметил, что исцеляющий фактор полностью стёр синяк. Повезло.

— Я? Прячу? Не смешите. Что мне от вас прятать?

— Вы просто дразните меня! Впрочем, как и в прошлый раз. Но учтите, Господин Осокин… Рано или поздно — мне надоест играть по вашим правилам. — ответила Ксюша и вновь погладила меня по щеке, от чего юное тело тут же покрылось мурашками: — Мне никто и никогда не отказывал. И вы не станете исключением! Можете бегать, сколько угодно — вам это не поможет. Вы всё равно будете моим. И если я узнаю, что вы смотрите на других… Кхм… Хотя я уверена, что вы не настолько глуп. — Артова спрыгнула со стола: — Уходим! Я получила, что хотела. А вам, Господин Осокин, хороших выходных. И удачи в продвижении ваших… самокатов.

— И вам не хворать. — ответил я и помахал рукой на прощание.

— Ещё увидимся. — Белла положила затисканного кота на диван, и кивком попрощавшись со мной, вышла вслед за госпожой.

Дождавшись, пока свора личных охранников Артовой покинет мой кабинет, я с облегчением выдохнул:

— Знаешь, раньше я думал, что понимаю людей. Но Ксения… Это — нечто.

— Оно и понятно. Ведь Белла её воспитывала. — подрагивая лапками, ответил зажмяканный мохнатый комок: — А она… Она просто отморозок.

— Ой, да брось ты! Сейчас вы нормально общались. Мне, почему-то кажется, что она до сих пор тебя любит.

— В этом и проблема. — кот тут же перевернулся и принял позу «буханочки»: — Тебе пока сложно понять, Фёдор. Но есть люди, чья любовь принимает… самые жуткие и извращённые формы. И нет, речь тут идёт не о доминировании или БДСМ. Просто человек по-другому не умеет. Он будет ломать тебя. Подстраивать под себя. Мучать… И ты будешь страдать пока не поймёшь, что не готов вынести все последствия этой жуткой любви. И Белла… Она, как раз — такая! Повёрнутая. До безобразия ревнивая собственница, которая не позволяет тебе дышать без её ведома. Про всё остальное я, вообще молчу. Потому-то я и не общаюсь с ней. Она может привязаться, и я снова окажусь в западне! А избавиться от Беллы — очень сложно. Она будет тебя преследовать. Возвращать назад и прицеплять на цепь к батарее. Для неё не существует слова «нет». Если она любит, то искренне верит, что это взаимно! Потому что, в её системе координат просто не может быть иначе. Я пытался донести до неё… Пытался договориться! Но был молод. Не понимал, к чему приводят серьёзные чувства. И… как бы это жутко не звучало, но именно я сделал из неё монстра. Я разбил ей сердце, и