Голубая ива - Дебора Смит

Те переглянулись.

— Да, — ответил один. — Но для этого не было разумных оснований.

Кровь прилила к вискам Лили. Закружилась голова. Фрэнк хозяйничал за спиной Ричарда?!

— Мы никогда не сможем точно узнать, что случилось, — напомнил Маркус. — Значит, мы никогда не сможем гарантировать фирме освобождения.

Лили сдержала стон отчаяния. Это конец.

Инспектор, миссис Лейси, сняв очки, закрыла папку. Лили недолюбливала эту женщину, хотя она была превосходным специалистом. Правда, весьма самоуверенным. Фрэнк с Ричардом наняли ее с момента основания фирмы, и при первой же встрече миссис Лейси заявила Лили, что на то была воля Божья.

— Предвидя вероятный скандал, надо по возможности смело все отрицать. Я всегда говорила Фрэнку с Ричардом, что гордость до добра не доведет, а они были греховно гордые люди.

Лили медленно подошла к столу, где сидела миссис Лейси, и села напротив, наклонившись так, чтобы впериться в нее взглядом:

— Вон из моего дома, и чтобы больше я тебя здесь не видела!

Миссис Лейси раскрыла рот.

— Миссис Портер, это неразумно.

Лили швырнула за порог ее сумку.

— Успокойтесь. — Маркус тотчас подскочил к Лили, положил на плечо руку.

Лили почти касалась лица миссис Лейси В глазах инспекторши застыл страх.

— Ричард был добр к тебе. Добр ко всем, и самое малое, что ты можешь сделать, это поверить в его невиновность… и в невиновность Фрэнка. — Голос Лили сильно дрожал. Она подняла голову и посмотрела на Маркуса: — И ты также. — Потом, повернувшись к архитекторам, добавила: — Вы все.

Одолев горе, Лили действовала с фанатичной решительностью, хватаясь за любую работу, но любая провокация новой волны агонии вызывала в ней безжалостный протест.

— Уходи от греха подальше. — Лили еле сдерживала тайное желание схватить ее за волосы. — Ты просто боишься, что тебя в чем-нибудь обвинят.

— Лили, успокойся! — воскликнул Маркус. — Никто из нас и не думал обвинять Ричарда. Мы пытались только сопоставить факты.

Миссис Лейси презрительно фыркнула:

— Но я не стану скрывать подозрений.

Лили ударила кулаком по столу. Миссис Лейси, чуть выждав, взяла свое пальто и подняла сумку с пола. Ее бледное лицо было перекошено от страха и презрения.

— У меня имеется свое мнение на этот счет!

Лили угрожающе двинулась к инспекторше. Маркус перехватил ее.

— Уйдите, — приказал он миссис Лейси.

Она повернулась на каблуках и поспешно вышла. Лили все еще пыталась вырваться.

— Лили, она меньше всего виновата в наших несчастьях, — успокаивал адвокат.

Наконец она затихла и прислушалась. Хлопнула входная дверь. Неловкая тишина заполнила комнату.

Вдруг сзади что-то с шумом упало, затем раздался треск. Один из архитекторов поднял с пола перевернутый автоответчик.

— Лили, простите, — пробормотал он. — Я хотел выключить, случайно соскользнул палец.

— Что случилось? — Маленькая Сис тотчас просунула голову в дверь.

— Чак всего лишь уронил автоответчик. — Лили откинулась на спинку стула и закрыла глаза.

Архитектор поставил автоответчик ближе к телефону на столе Ричарда.

— Не волнуйся. Он был сломан.

Маленькая Сис фыркнула:

— Ничего подобного.

Она проверила соединения и нажала на клавишу. Аппарат ровно заурчал.

— Здесь просто нет кассеты, и он был выключен. Я уже давно заметила. Поставь-ка новую кассету, и он чудесно заработает.

Лили быстро выпрямилась и открыла глаза. Во рту все пересохло.

«Ричард говорил, что он сломан. Когда? Как давно?»

Мысли путались в голове. Пытаясь вспомнить, она чуть ли не впилась ногтями в голову.

«Примерно за неделю до смерти».

Почему он солгал? Или просто ошибся? Или были записи разговоров, которые ей не следовало слышать?

— Лили? — обеспокоился Маркус. Он чуть ли не тряс ее за плечи.

— Ей нужно немного отдохнуть, — безапелляционно заявила Маленькая Сис. — Она спит всего часа два в день с тех самых пор, как приезжал Артемас Коулбрук, то есть уже с неделю.

Лили с трудом поднялась со стула, посмотрела на присутствующих. Надо взять себя в руки.

— Идите домой. Спасибо вам за то, что пришли. — Она повернулась к Маркусу, пожала ему руку. — Простите, может, я действительно не могу воспринимать это объективно. Я упакую все эти бумаги и пришлю вам. Конечно, вам они необходимы в первую очередь.

— Да, — согласился он. — Не передавайте ничего Коулбруку. Он не имеет права просить вас о помощи.

— Он имеет право, но я не позволю ему чернить имя Ричарда.

Маленькая Сис проводила посетителей. Лили закрыла дверь кабинета и тотчас подскочила к автоответчику. Теперь ей вспомнились мельчайшие подробности, которые ускользали от нее прежде.

Каким странным и нервозным он был во время церемонии открытия! В таком же состоянии он пребывал всю последнюю неделю. Она закрыла глаза и вспомнила, что однажды утром нашла его здесь: закрыв дверь, он говорил по телефону, но как только она заглянула, муж тотчас закончил разговор, явно огорчившись. Он отшутился, что звонил Фрэнку, требуя еще раз пересмотреть какие-то детали, поскольку Джулия Коулбрук, как обычно, приставала к ним по пустякам.

На следующий день он почему-то накричал на Стивена, когда тот не убрал игрушки в кабинете. Прежде Ричард никогда не повышал голоса на сына. Стивен, испугавшись, разрыдался, и тут Ричард обнял его с таким выражением отчаяния на лице, будто вот-вот заплачет сам.

Она вспомнила, что когда прильнула к Ричарду в постели, стараясь развеять его ужасное настроение, он отстранился, потом извинился и спустился в кабинет. Она последовала за ним и обнаружила его сидящим за компьютером над чертежами Коулбрука.

Все это, конечно, можно было бы списать на обычную нервозность, связанную с работой над проектом, но такое поведение совсем не свойственно человеку, которого она знала с колледжа.

Лили прошлась по кабинету, ноги были словно ватные. Книжный шкаф рядом с ее столом ломился от книг по садово-парковой архитектуре, там же стояли фотографии Стивена и Ричарда. Ухватившись за край полки, она мельком увидела какое-то сине-белое пятно за фолиантами.

Отодвинув книги в сторону, Лили двумя руками обхватила чайник Коулбрука. Он простоял здесь много лет. Ричард предполагал, что этот подарок семья Маккензи приняла задолго до ее рождения. Лили не собиралась разубеждать его, потому что никогда и никому не говорила про Артемаса, не говорила даже Ричарду.

Затрепетав, Лили отдернула руки. Зря она позволила Артемасу вернуть чайник. Дотрагиваясь до него, она чувствовала себя виноватой перед Ричардом. Она вышла замуж, выбрав лучшего для себя мужчину, мужчину, который не соизмерял свою любовь к ней со своими амбициями и верностью своей семье. Мужчину, который не имел от нее никаких секретов. Неужели она ошиблась? Нет. Ее жизнь сложилась правильно. Закрыв глаза, она погрузилась в воспоминания.