За гранью грань - Ольга Романовская

Легко сказать!

Прохладные руки некроманта обжигали, желтые глаза казались глазами волка в заснеженном лесу. Зато лицо Соланжа расслабилось, утратило хищное выражение. В нем проступила древняя красота, на миг показалось, передо мной один из Вседержителей. Отогнав видение, сосредоточилась на музыке. Это уже не вальс, хотя мелодия столь же плавная, тягучая и немного грустная. Опять осенняя тема. В танце было много шагов и поклонов, партнерши порхали в руках кавалеров, словно отрываемые от ветки ветром листья. Я пыталась повторить их движения и, кажется, преуспела. Хотя, надо признать, во многом благодаря Соланжу. Он чувствовал каждую ноту, предугадывал каждое мое движение. Наконец танец закончился, и некромант отпустил. Однако не ушел, так и стоял рядом. Пары пугливо обходили нас стороной, бросая на меня сочувствующие взгляды. Неужели все так серьезно?

— Сегодня, — то ли спрашивал, то ли утверждал Соланж.

— Никогда.

Развернувшись, зашагала прочь. Я обещала танец, но не жизнь.

— По-плохому больно, — предупредил некромант, ожидаемо заступив путь. – Даже сильные маги ломаются. Я палач, Дария, я знаю все виды боли.

— Нашли, чем хвастаться! – огрызнулась, внутренне сжавшись в комок.

— Я не хвастаюсь, милая, а пытаюсь достучаться до разума шестнадцатилетней девочки. Моя визитка с адресом в вашем декольте. Жду три дня. Удачного вечера, госпожа! — Соланж склонился в вежливом поклоне. – Если нужен партнер, всегда к вашим услугам. Заодно могу многое рассказать о Веосе. Вам ведь интересно? Вот и поговорили бы, пока лежите на алтаре. Любопытство – лучшее обезболивающее.

В ужасе отпрянула от некроманта. Тот лишь пожал плечами: мол, обычное дело, такие вещи без боли не делаются.

— Тут много некромантов, и для всех вы средство. Истечете кровью на алтаре, наполняя колбы ослепительным светом. Я же обещаю жизнь. Да, иную, личность изменится, но вы не станете калекой или умалишенной. И, согласитесь, безответственно повлечь смерть сотен человек. Любой, кто заберет вашу силу, воспользуется ей для одной единственной цели, только мне не нужен этот тлен. Я и так обладаю властью, Дария, и, — губы искривила жесткая ухмылка, — способен уничтожить любого.

— Тогда зачем?..

— Для коллекции. Приз достается сильнейшему. В следующий раз наденьте голубое платье: оно оттенит цвет волос и кожи.

Глава 10.

Мрачный Геральт возник рядом, как только Соланж отпустил мою руку. Он выждал, пока некромант уйдет, и предложил выйти на свежий воздух.

Краем глаза заметила Эллана у стола с напитками и вспомнила, что обещала ему танец.

— Я после объясню, он не обидится, — заверил навсей, перехватив взгляд.

Нацепив маску спокойствия, Геральт чинно повел к дверям в сад, игнорируя первые такты нового танца. Этот я знала и жалела, что не смогу блеснуть мастерством. С тем же Геральтом. Музыка бы успокоила, равно как и тепло рук навсея. Он единственный, кому я сейчас доверяла.

— О чем говорил Соланж Альдейн? – приказным тоном поинтересовался Геральт, рыская глазами по сторонам. – Угрожал?

Кивнула и поведала о трехдневном сроке.

— Обойдется! – злобно оскалился навсей. – Стоило уйти, как уже раскинул сети.

— Так вот почему я вас не видела!

Значит, он меня бросил. Бросил на растерзание диким зверям. Внутри расправила крылья обида. Я остановилась и вырвала руку.

— Дария? – Геральт удивленно поднял брови. Потом, видимо, и покачал головой. – Танцы безопасны, с тобой ничего бы не случилось. Соланж отпугнул других некромантов, пока он рядом, они близко не подойдут. И уходил я не просто так.

Навсей внезапно замолк и до боли сжал запястье. Проследив за его взглядом, увидела Соланжа, склонившегося к уху короля. Показалось, или губы Геральта шевелились? Так и есть, он шептал слова. Прислушавшись, уловила свое имя. То есть навсей читал по губам?

— Дурно! — покачал головой Геральт и сквозь зубы процедил ругательство. – Ты постаралась, теперь начнут выяснять, кто выболтал.

Сообразив, о чем он, покраснела. Дура, она и есть дура, а Геральта за такое могут казнить.

Навсей, не касаясь руками, отворил двери в сад и быстро зашагал по песчаной дорожке. Старалась не отставать, но каблуки усложняли задачу. Геральт заметил мои мучения и взял на руки. Признаться, не ожидала.

— Еще находишься. — Улыбка тронула губы, глаза же оставались холодными. – Мне нетрудно.

Навсей все дальше углублялся в сад. Я тактично старалась не слушать красноречивые звуки, доносившиеся из беседок. Потом и вовсе пришлось отворачиваться, чтобы ненароком не заглянуть в чужие альковы. Распущенность навсеев поражала. Открыто, чуть ли не на глазах у всех! Надеюсь, Геральт не задумал развлечься. Словно прочитав мои мысли, навсей заверил, он привел сюда не для любовных утех.

Наконец мы остались одни. Геральт забрался в самую дальнюю часть сада и сгрузил меня на скамью в увитой розами беседке. Сам устроился рядом, на миг сжал руку, а когда отпустил, увидела на ладони медальон из голубого стекла с изображением серебряного глаза. Практически невесомый, он слегка холодил кожу.

— Надень и никогда не снимай. Это твоя защита. — Геральт застегнул замочек на шее. – Морок сейчас наведу.

Ахнула, когда медальон пропал. Испуганно ощупала шею – нет, на месте.

— Это экранирующий медальон, — объяснил Геральт, поглаживая мои пальцы – нежно, бережно. – Он отражает любые чары, не дает подчинить волю и навести порчу. Именно за ним я ездил. Такие вещи, сама понимаешь, не продаются на каждом углу, пришлось дорого заплатить мастеру. А еще я навестил ее величество. Она желает тебя видеть.

Королева хочет меня видеть? Удивленно округлила глаза и переспросила, не ошибся ли навсей. Тот покачал головой и заверил, ее величество очень просила.

— Ты лекарь. Помнишь, рассказывал о здоровье королевы? Теперь я более чем уверен, это яд. Ты смогла вытащить меня из небытия, возможно, поможешь и королеве. Только, — Геральт понизил голос, — не говори ни с кем о чужом здоровье. Особенно о здоровье королевы Евгении. Король не желает жениться вновь, а его обяжут, если узнают, что супруга совсем плоха. Думаешь, мало магесс, которые на все пойдут, чтобы заполучить монарха?

— Но разве не король решает, на ком жениться? – Веос продолжал пугать и удивлять странностями. – И неужели здоровье королевы – тайна? По-моему, все давно знают, раз даже в тех листах…— нахмурилась, припоминая нужное слово, — газете писали.

— Тайна. Для всех у королевы простуда. Газетчики пишут то же. И да, король несвободен в выборе. Совет прикажет – сделает ради будущего. Вот поэтому, — навсей фыркнул, — я никогда не мечтал о троне. Сидеть на смотринах невест и знать, что кого-то обязательно надо взять в жены. Король не может жить без супруги, даже если у него уже есть дети.