Закон дитто - Анна Щучкина

– Брайси Эжен!

– Иду выполнять приказ командира, – с невинным видом проговорил я и сбежал по длинной лестнице вниз.

В конюшнях мне передали под уздцы двух прекрасных лошадей и два мешка с таффами, которые я закрепил у седла. Я развязал кожаный шнурок, которым был стянут мешок, и достал монету. Четкий профиль императора горделиво смотрел налево. С обратной стороны глядел дракон. И ведь эти монеты в ходу почти тысячу лет. Неизменность и постоянство. Таррвания застыла в них, постепенно теряя гармонию.

Я подбросил монету и поймал – глаза конюшонка сверкнули любопытным блеском.

– Лови.

Точным движением он ловко подхватил ее и радостно воскликнул:

– Спасибо, господин!

С дома Азалиэс не убудет.

– Не просто так. Отведи лошадей ближе к главному выходу и сторожи, пока мы с госпожой не подойдем. Скажи, что это приказ стража – командира Кристен, – и тогда тебя не тронут. Понял? – Мальчишка кивнул. –  Через полный оборот я заберу лошадей, шкет. Чтобы ни одного таффа не пропало, иначе пойдет другой разговор.

– Все сделаю в лучшем виде, господин!

– И это нормально в вашем доме?

– Что?

Кристен стояла у подножия лестницы, ведущей к главным дверям в замок. Высокородного засранца уже не было.

Жаль, так хотел еще немного подразнить его. Все равно он ничего не сделает отпрыску знатного дома.

– Ты не заслужила такого обращения.

– Эжен, с чего тебя вообще волнуют дела моего дома?

– Ну… Твой дом может пойти на корм драконам со своей заносчивостью и чванливостью. А вот ты… – замялся я. – Мы вроде как друзья.

Кристен нервно подергала значок дракона, приколотый чуть выше груди, и отвернулась.

– Друзья, какой вздор.

Но я заметил, как заалели кончики ее ушей.

– Перед тем как мы покинем провинцию, мне нужно…

Не дожидаясь окончания ответа, я кивнул. Тринадцать лет назад Кристен посчастливилось избежать массовой резни в Бастарии. А все потому, что она отправилась в родовой замок – похоронить Иниго.

– Можно пойти с тобой? – тихо спросил я.

Кристен задумалась, а потом кивнула.

– Семейное кладбище недалеко от замка. Управимся за четверть оборота.

Кладбище представляло собой целый склеп – небольшое здание с деревянными дверями. Над входом было витиевато выведено на таррванийском: «Семейное захоронение дома Азалиэс». Внутри оказалось безупречно чисто, ровные ряды гробов стояли вдоль стен. Кристен подошла к самому последнему.

Там не стояло цветов или подношений, просто значилось скучное:

Иниго Азалиэс

Родился на 890 году правления Астраэля Фургако

Умер на 913 году правления Астраэля Фуркаго

Кристен присела перед гробом. Я знал, что тела там нет, только урна с пеплом. Все, что осталось от Иниго.

– Эарт, что простирает крылья над подданными Таррвании, – тихо сказала Кристен церемониальную фразу. – Отведи его душу в цикл.

Я сел рядом с ней на колени.

– Пусть душа его будет в мире, – сказала Кристен, – и гармонии.

– Пусть душа его будет в мире и гармонии, – вторил я.

Мы помолчали.

– Она не жалела. Ни капли не раскаивалась в том, что сделала. – В наступившей тишине голос Кристен показался оглушительным.

Императрица допустила нас поговорить с Кирой до казни. Ее заперли в подземной тюрьме прямо под дворцом – для особо опасных преступников. Тянуло сыростью, затхлостью и сладковатым запахом гнили. Я смотрел на эти абсолютно пустые глаза и блуждающую, тревожную улыбку, пока Кристен дрожащим от злости голосом задавала вопросы.

– Зачем ты убила брата?

– Это была случайность. Он просто глупо подставился.

– Ты жалеешь об этом?

– Зачем? – спросила Кира. – Приказ-то прозвучал от старшины, не моя вина, что твой братец ринулся защищать Александра.

Не почему, а зачем. Дескать, какой смысл вообще жалеть.

– Зачем ты убила Элли?

– Она шпионила для императрицы, – без промедления ответила Кира. – Уж за это меня точно не могут судить.

Кристен тогда сказала:

– А разве не потому, что ты смогла выведать у нее формулу отмены клятвы и она стала бесполезна для тебя? Разве не из-за этого?

Кира безэмоционально произнесла:

– Ох, раскусила. Но еще она была шпионкой, одной из змеек, которые доносили императрице. Так что тут половина вины.

– А зачем… ты убила Бо? – спросил я.

Кира бросила на меня любопытный взгляд. Но в нем читалось что-то еще. Она потерла связанными руками опухшую щеку и зло сказала:

– Потому что меня бесили ее телячьи глазки, полные этого трагизма и отвратительной невинности. Ах, ах, я бедный фарффл, ах, пожалейте меня. И Александр сразу переметнулся на ее сторону, как увидел!

– Но это же инстинкты дитто, – пораженно ответил я. – Он не мог иначе, это фарффл его богодракона.

– Я знаю! – рявкнула Кира. Ее глаза лихорадочно заблестели. – Но она посмела отнять то, что принадлежало мне! И шпионила для Костераля! Ах, как она плакала, когда я ломала ей пальчики, царапалась и пыталась вырваться, пока кинжал поднимался раз за разом и…

– Хватит, – спокойно сказала Кристен. – Суньте ей обратно кляп.

Стражники загремели ключом, отпирая дверь.

Командир поджала губы и отвернулась. Я бросил последний взгляд на Киру – она не вырывалась, пока ей грубо совали кляп в рот. Один из стражников прижимал ее к стене, а другой ощупывал, мерзко хихикая.

Кажется, им дали полное право творить с ней все, что они захотят. Утром все равно Киру повесят, и никто не пожалуется императору на несправедливость обращения в тюрьме. Внутри разлился липким холодком ужас – бывший страж скинула маску, и я не узнавал ту рыжеволосую, слегка надменную девицу, бегавшую за капитаном.

Которого сама же и убила из ревности.

Мы поднимались по лестнице, как вдруг Кристен обернулась ко мне. На ее щеках блестели слезы.

– Я ведь до последнего не верила, что это она. Я скорбела по ней! Она же погибла прямо перед твоим возвращением. Погибла, героически сражаясь с некромантами. А на самом деле… Прости, Эжен. – Монологом проговорив слова, полные обиды и злости, командир прерывисто вздохнула, утерла рукавом слезы и мгновенно успокоилась.

– Понимаю, командир, – тихо ответил я.

Поступок Киры действительно шокировал. Жестокая и беспощадная, не имеющая ни капли раскаяния страж, предавшая абсолютно всех и ошивавшаяся вокруг принца. Кто знает, к чему бы привели ее интриги, если бы Эрнесто вовремя не подкинул нам подсказку. И какую цель ставила фальшивая императрица, подсылая Киру к наследнику? Этот вопрос не давал мне покоя уже несколько часов. Зачем родной матери подставлять принца? В чем причина ее ненависти?

Кристен благодарно посмотрела на меня, откашлялась и продолжила путь. А я, как обычно, прикрывал ее спину.

Мы вышли из склепа через четверть оборота. На запястье Кристен зашуршал