Семь мармеладных поцелуев - Рацлава Зарецкая

весело. Мне нравилось тебя доставать. Скучаю по временам, когда мог это делать.

— Я очень рада, что теперь у тебя взыграла совесть, и ты стал душкой!

Телефон Саши возвестил о входящем сообщении. Проверив его, он нахмурился и вздохнул.

— Тетя спишет, что сегодня в одиннадцать утра соберет совет директоров, — с недовольством в голосе сообщил Саша.

— Есть предположения, зачем? — спросила я.

Проснувшись, я сразу же отправила Демидовой фотографии нашего поцелуя. Она прочитала, но ничего мне не ответила, зато Саше сообщила о предстоящем собрании. И как мне понимать, засчитаны фотографии или нет?

— Без понятия, — хмыкнул Саша. — Наверно, как всегда, хочет показать, кто здесь главный.

— Ты, вне всяких сомнений. Компания твоя по праву.

— Но большая часть акций сейчас у тети, — вздохнул Саша. — Никита постоянно говорит мне, что надо решить этот вопрос как можно скорее, но я пока слишком занят, чтобы думать, как вернуть себе свои акции.

— Дела в компании наладились, — сказала я. — Инвестор надежен, новая продукция скоро будет выпущена в продажу. Думаю, сейчас самое время подумать над тем, как сделать компанию полностью своей.

— О, точно! — воскликнул Саша. Его глаза загорелись, он вскочил и выбежал из спальни.

Сначала я подумала, что мои слова так на него подействовали, и он сразу же побежал разрабатывать план-капкан по возвращению своих акций, но нет. Саша вернулся ко мне почти сразу же, улыбаясь от уха до уха и держа в руках красивую розовую коробочку.

— Вот, это тебе, — гордо произнес он. — Хотел отдать еще вчера, но мы немного отвлеклись.

Приняв коробочку, я с интересом осмотрела ее, открыла и обнаружила внутри набор по уходу за кожей от «Элли» с разработанным мной дизайном.

— Ого! — вырвалось у меня. — Какая красота!

— Это первые тиражи, — пояснил Саша, глядя на набор. — Такие яркие, правда? Я бы и сам такое купил.

Я рассмеялась, достала крем и сыворотку и детально изучила упаковку, которую разработала сама. Чувства были потрясающие. Я уже и забыла, каково это — создавать что-то новое, что-то свое.

— Так что после окончания испытательного срока я переведу тебя к дизайнерам, — объявил Саша.

Новость была столь неожиданной, что я сначала похлопала глазами, обрабатывая ее, и только потом радостно завизжала.

Саша снисходительно заулыбался и произнес:

— Правда, мне будет очень грустно из-за того, что тебя не будет рядом. И бегать за мной ты уже не будешь. Видеться станем только на совещаниях. Даже для утверждения дизайна тебя не вызвать — все сейчас можно отправить по почте. Дурацкий прогресс!

— Да ладно тебе, — рассмеялась я, беря Сашу за руку. — Мы будем видеться после работы. И, зная тебя, ты найдешь причин сто, чтобы вызвать меня к себе.

Коварная ухмылка появилась на губах Ларского. Я хотела было поцеловать его, но тут уже на мой телефон пришло сообщение, и было оно от Демидовой.

«Ммм, решила повторить первый поцелуй? По мне, так ты поспешила. Было бы символично, если бы все закончилось в лифте, как и началось. Однако я принимаю фото. Осталось три».

— Знаешь, тебе действительно надо поставить на место свою тетю, — сказала я, отложив телефон в сторону.

Саша склонил голову на бок, внимательно слушая меня.

— Ты хороший руководитель. Я работаю у тебя всего ничего, но вижу, как ты отдаешь всего себя работе, как стараешься, чтобы продукция была качественной и доступной, как суров, но справедлив со всеми сотрудниками — ну, кроме меня, конечно. — Я рассмеялась, и Саша подхватил мой смех. — Уверена, родители бы гордились тобой. Тебе надо во что бы то ни стало сохранить то, что создал твой отец. У меня самой родители погибли в аварии, и я как никто другой понимаю, как важно сохранить что-то, что осталось от них.

Я притянула к себе плюшевого медвежонка и погладила его по голове. О его потере я жалела больше всего. Наверно, потому что это был единственный подарок, который родители выбирали вместе со мной.

— Можешь забрать его, — немного неверно расценил мои слова Саша.

Я помотала головой.

— Тебе он нужнее. И я рада, что он оказался у тебя. Может быть, именно он свел нас вместе.

Мы еще немного поговорили о наших жизнях, а затем начали собираться на работу. Сегодня Саша настоял, что сам поведет машину, мол, со мной ему ничего не страшно. Всю дорогу он держал меня за руку, выглядел расслабленным и уверенным, однако я все равно проверила бардачок его машины на наличие мармеладных мишек.

Приехав на работу, мы с Сашей, как ни в чем не бывало, разошлись по своим рабочим местам и принялись ждать собрание.

Ровно без пяти минут одиннадцать Саша вышел из своего кабинета и кивком головы дал мне знать, что пора идти на совещание. Я взяла нужные документы и встала. В этот же момент вышел Демидов и, окатив Сашу презрительным взглядом, зашагал к лифту.

— Между вами словно кошка пробежала, — заметила я, когда мы отошли подальше от коллег.

— Мы и до этого не ладили, — сказал Саша. — Он мне брат только на словах.

К нашему приходу в конференц-зале собрался весь состав совета директоров во главе с Галиной Юрьевной. По правую руку от нее со скучающим видом крутился в кресле Алексей Демидов.

— Ты опоздал на две минуты, — не преминула заметить Галина Юрьевна.

— Лифт долго ждал, — ответил Ларский, глядя на Демидова.

— Что ж, давайте начнем, — предложил Роман Викторович, курчавый мужичек с реденькими усиками. Он входил в совет директоров и раньше был партнером по бизнесу Николая Сергеевича Демидова. — Итак, какой вопрос вы хотели обсудить, Галина Юрьевна?

Демидова ухмыльнулась, медленно поднялась и, уперев руки в стол, громко произнесла:

— Сегодня на повестке дня у нас увольнение генерального директора компании «Элли» — Ларского Александра Сергеевича.

***

По конференц-залу пробежала волна шепотков. Я в ужасе посмотрела на Сашу: он не сводил хмурого взгляда со своей тети. Пытался разгадать ее замысел или уже знал, что так будет?

— Как это, уволить? — возмутился Аркадий Борисович Трубецкой, человек, который работал бок о бок с отцом Ларского. — По какой такой причине?

Улыбка Демидовой стала еще шире. Взяв лежащую рядом папку, она вытянула оттуда несколько листов и показала один из них собравшимся в зале.

— Что это? — спросил Роман Викторович, близоруко щурясь. — Что за фото?

— Это Александр Сергеевич? — приподняла тонко выщипанную бровь женщина за шестьдесят, которую я не запомнила.

— Да, это он, — кивнула Галина Юрьевна.

Присмотревшись к фото в руках Демидовой, я ахнула. Женщина демонстрировала всем ту самую фотографию, что я отправила ей сегодня утром. Поймав мой