Сирийский марафон. В тени летучей мыши - Григорий Григорьевич Федорец

К ночи напророчит?

Станет улыбаться

Или не захочет?.. —

лилось из динамиков.

Они стояли на верхней палубе корвета «Бойкий». Песня закончилась.

Александр коротко вздохнул:

– А без нас, ребята, драка не начнется… В точку. Будто про нас.

На корме, притянутый тросами к взлетно-посадочной площадке, покачивал лопастями винта противолодочный Ка–27.

– Майского жука перед взлетом напоминает, – кивнул на вертолет подполковник.

– А что? Похож, – хохотнул морпех. Он вообще, как узнал об операции на море, явно находился в приподнятом настроении. – У нашего жука в операции роль особая.

– А я, по сухопутной лапотности, полагал, что поиск подводной лодки – чистая рутина. – Александр, развлекаясь, подзадоривал моряка. – Типа летим себе по небушку, внизу море волнуется раз. Бац – на мониторе yellow submarine. Свистать всех наверх!

– Ага. Сверху на капроновом тросике блесну в волну плюх. Лови момент и подсекай, – заржал Смоляк. – А там за жабры и о палубу хлобысь.

Матрос появился что чертик из коробочки. Не было – и вот он. Одно слово, возник.

– Товарищи офицеры! Командир просит на мостик, – четко козырнул флотский, встав по стойке смирно.

– Раз первый после Бога приглашает, то мы мигом, – хитровато прищурился подполковник. – Веди короткой дорогой.

– Да мы и сами с усами, – ухмыльнулся Смоляк. – Тропка известная, не заплутаем.

Едва они попали на мостик, Кайду удивило обилие мониторов, экранов и пультов. Будто не боевой корабль, а диспетчерская электросетей. На худой случай – атомной станции. Бывать доводилось. Четверо офицеров бдели на своих постах.

Мысленно хмыкнул: «Никакого романтизму…» И подполковник прошел в дальний сектор. Там широкоплечий кап-три, поглаживая рукой подбородок, прижимал к уху черную трубку внутренней связи.

Заметив офицеров, он прикрыл ладонью микрофон:

– Момент.

Александр понимающе кивнул и повернулся к стоящему рядом морпеху:

– У тебя все готово?

– Так точно, товарищ подполковник. На борту штурмовая группа. Четыре комплекта подводного снаряжения. Два парных подводных носителя мокрого типа, – уверенно доложил Смоляк. – Хотел спросить… Недавно в кадры вызывали. Про жизненные планы пытали. Не с вашей подачи?

– Служба у них такая, – дернул плечами Кайда. – Раз такая тема… В контору к нам пошел бы?

– А флот?

– Флот? Так под нами и флотские. Куда ж без них.

– Пошел бы, – загорелся Смоляк. – А можно?

– Можно Маньку под… – укоризненно покрутил головой подполковник. – Поживем – увидим.

Командир корвета, вернув трубку на место, поднялся с кресла.

– Товарищ подполковник, только что патрульным самолетом обнаружены две цели. Классифицированы как подводные лодки типа «Гюр». Идут в подводном положении. Взяты на сопровождение.

– Где засекли? Покажи на карте. – Кайда покрутил головой в поисках таковой.

– Зачем на карте? Выведу на монитор, – едва улыбнулся кап-три. – Пойдемте.

Вернувшись на свое место, он в две руки нащелкал на клавиатуре команду, и на экране появилась морская карта с отметкой нахождения судна.

– Так, вот смотрите. В этом квадрате заметили ДЭПЛ. Идут параллельным курсом в пяти милях от территориальных вод Сирии. – Офицер джойстиком перевел крестовую отметку в нужный квадрат. – Расстояние между ними три кабельтовых.

– Так. Две штуки, значит. Одна на подстраховке? – Александр смешно подвигал носом. – Вторая в деле. Верно?

Командир «Бойкого», размышляя, поцокал языком.

– Полагаю, не совсем. Первая начнет активно маневрировать, отвлекая внимание.

– На кой? – Кайда поднял глаза на моряка. – Я бы наоборот все делал. Тихой сапой.

– Первая будет выманивать нас из этого района, а вторая… Видите, темно-синяя полоса идет?

– По форме напоминает русло реки. Изогнуто что турецкая сабля.

– Во-во. Хвостом заходит в территориальные, а заканчивается в полумиле от нашего ПМТО. Вокруг глубины сорок-пятьдесят метров, в «сабле» – до ста двенадцати.

– Хочешь сказать… – Подполковник прервал себя на полуслове.

– Да. Вторая лодка нырнет в «русло» и поползет тихохонько к берегу. – Кап-три вел отметку по электронной карте. – Подвсплывет метров до тридцати и выпустит боевых пловцов. Потом – на грунт, ждать. Сколько, полагаете, их будет?

– Думаю, голов десять, не более.

– Логично. Три тройки. Как раз на каждый причал. Двое тянут «дуру», третий страхует. Туда-обратно плюс установка заряда. Минут тридцать – тридцать пять на круг.

– Подводным буксировщиком пошустрее будет?

– Нет. В таком деле скрытность важнее скорости, – уверенно сказал Смоляк. – Любой носитель сонаром засекается. А три – тем более. Пойдут на ластах.

– Ну что ж, нечто подобное мы и ожидали, – подытожил подполковник. – Начинаем, помолясь. Давай отмашку, командир. Поехали.

Глава 10

Работа по предназначению

Тартус. Сирия. Пункт материально-технического обеспечения ВМФ России. Июнь 2016-го

Носорог, прищурившись, оглядел полупустой причал.

– Курорт, блин. Вот бы зависнуть здесь на недельку.

– Ха, на недельку! – Морозов присел на облезлый кнехт. – И пару дней урвать – сущая нуга.

Индикатор рации в нагрудном кармане разгрузки заполошно замигал.

– Ихтиандр на связи! – Капитан, склонив голову к аппарату, придавил кнопку приема-передачи.

Динамик в ответ хрюкнул.

– Говорите! Я слушаю. Ну! – Еремеев сымитировал манеру Саахова из «Кавказской пленницы».

– Раз Ихтиандр, тогда да! – голосом Ляха откликнулась рация. – Карета прибыла в полном составе. Встречайте.

– Вот и ладушки. Бегу каравай греть и солонку мыть. Роджер. – Носорог вернул передатчик в режим приема.

Заметив веселых чертиков в глазах Морозова, пояснил:

– Скучно. Опять же, для конспирации. Пущай за придурков держат.

– Пущай, нам не жалко, – делано вздохнул старший лейтенант. – Лишь бы не заиграться.

– С нашим-то командиром? – ухмыльнулся капитан. – Не прокатит.

В дверном проеме камазовского кунга, стоящего метрах в тридцати, возникла голова Шопена:

– Начальник! Командир на связи. Шевели батонами, будь ласков!

– Во! – Еремеев перевесил автомат за спину. – Хорошего человека и вспомнить нельзя. Ты бы с чюгуняки-то встал. Схватишь простудифилис или отдавишь что важное.

– А может, я спецом? Закосить хочу? – проворчал Морозов, провожая взглядом спешащего капитана. Но с кнехта поднялся.

Носорог, взбежав по откидной лестнице, оказался в кунге.

– Наше вам…

Компанию Шопену, что с беззаботным видом покручивался на вертящемся кресле, составлял прапорщик. Он приветственно помахал рукой. Еремеев, плюхнувшись в свободное кресло, вопросительно посмотрел на Шестакова. Тот протянул проводную гарнитуру.

– Берег готов. – Кайда, вернув трубку дуплексной связи вахтенному, повернулся к командиру «Бойкого». – Как у нас? По плану?

– Входим в квадрат. Цели начали разделяться. – Капитан третьего ранга кивнул на монитор. – Гляньте, одна уходит мористее и набирает скорость, а вот вторая замедляет ход и жмется к госгранице.

– Вертушку не пора поднимать? – Александр потер подбородок, размышляя о своем.

– Рано. Вспугнем еще. Ка–27 в пятиминутной готовности. – Кап-три потянулся к трубке внутренней связи. – А вот гидроакустическую антенну «Минотавра» опускать в самый раз. Картинку выдаст в радиусе восемнадцати километров как минимум.

– Пора значит пора. Дела флотские для сухопутчиков – тайна за семью печатями. Одних