Женщина и любовь в Библии - Андреа Милано

в соответствии с которым у мужчин голова должна быть непокрытой, а женщины должны носить покрывало, было всего лишь обычаем, заимствованным у синагогальных собраний. Павел чувствовал пастырскую ответственность и старался не допустить, чтобы христианские собрания, и так уже чересчур неспокойные, переворачивались вверх дном из-за бурных столкновений и неудержимых восторгов. Он стремился обеспечить им мир и спокойствие.

Сегодня можно испытывать горечь из-за навязанных женщинам требований молчать и носить покрывало. Не только потому, что эти требования стали одним из приемов унижения женщин, но еще и потому, что они повредили достоинству Павла в глазах женщин.

Однако навсегда останется правдой, что, с точки зрения Павла, женщины, как и мужчины, в новом тесном союзе с Богом, воплотившимся в личности и трудах Христа, и особенно благодаря его страданиям, смерти и воскресению облечены отныне немыслимым прежде достоинством. Кто подобно Павлу мог провозгласить «обновленную жизнь» (Рим 6:4), открывшуюся теперь для всех в Иисусе Христе? «Итак, кто во Христе, тот новая тварь (καινή κτίσις); древнее прошло, теперь всё новое. Всё же от Бога» (2 Кор 5:17–18).

Если в этой перспективе снисходительное отношение Павла к обычаям и установлениям рассматривать, руководствуясь желанием это отношение понять, то несмотря ни на что оно окажется лишенным абсолютизации, не говоря уже о фанатизме. Явно контрастируя с образцами, предлагаемыми господствующей культурой, стремящейся всё обратить на пользу мужчин, «Павел подчеркивает абсолютно взаимный характер прав и обязанностей как мужчин, так и женщин»[244].

Павел соглашается с господствующим принципом подчиненного положения женщин, но не сохраняет его в прежнем виде: он пытается лишить его содержания изнутри, перетолковывая с точки зрения «новой твари», начало которой положил Господь Иисус, вынуждающий перестроить все виды отношений между людьми и затем воплотить в жизнь в обновленном виде.

И если в этой перспективе Павел по-прежнему требует подчинения женщины мужчине, в действительности он с той же энергией и настойчивостью требует того же от мужчины по отношению к женщине и поэтому призывает к взаимному обмену, поддержке, созиданию.

9.6. У каждого свой дар. Павел и казуистика брака и девственности

Павел (или, по мнению некоторых ученых, один из его учеников) требует в Еф 5:22–23, чтобы жены повиновались своим мужьям, но именно «как Господу, как Церковь повинуется Христу». В то же время и мужья должны любить своих жен, «как и Христос возлюбил Церковь и предал Себя за нее».

Этой формуле предшествует общий призыв, придающий значение и ценность аргументации Павла на тему поведения жены по отношению к мужу и мужа по отношению к жене. Оно предполагает полную взаимность: супруги должны вести себя, «повинуясь друг другу в страхе (ἐν φόβω) Божием» (Еф 5:21).

В Послании галатам Павел выразил то же требование другими словами: «Любовью (διὰ τῆς ἀγάπης) служите друг другу, ибо весь закон в одном слове заключается: “люби ближнего твоего, как самого себя”» (5:13–14).

Служение друг другу есть не что иное, как взаимное подчинение мужчины и женщины, и все, чего требует новая любовь, установленная Христом, – это агапа, расположение и милосердие (см. раздел 11.5). Павел повторяет в Гал 5:14 слова из Ветхого Завета (Лев 19:18) просто потому, что Иисус уже осуществил свое «люби ближнего твоего, как самого себя», тесно связав эту заповедь с другими словами из Писания Израиля, из shemá: «Люби Господа, Бога твоего, всем сердцем твоим, и всею душою твоею, и всеми силами твоими» (Втор 6:5; 12:29–30; Мф 22:37–40; Лк 10:27).

Так Иисус установил «абсолютный принцип» нового закона, объявленного Им самим.

Христианская норма взаимного служения и взаимного подчинения в отношениях между мужчиной и женщиной осознается, принимается и исполняется в свете этого высшего принципа агапы. «Так, как и», настойчиво утверждаемое в стихах Еф 5:22–23, имеет не только сравнительное, но и причинное значение: если женщина призвана повиноваться мужу, то «как» означает «подобно», но также и «потому что», т. е. «по причине» того, что Церковь повинуется Христу. Другими словами, универсальный принцип, которым должны вдохновляться христиане, установлен не человеческим поведением или человеческими нормами, а введен новым порядком искупления, порядком агапы. Вот почему и муж должен любить жену, почитать ее, питать и оберегать «подобно» Христу и в тоже время – потому, что Иисус так поступает с Церковью. В самом деле, Христос соединился с Церковью, а она сложилась в силу Его слова, Его действия и прежде всего в силу Его безусловного и полного самопожертвования на кресте в столь тесных и нерушимых узах, что Он сам смог назвать Себя не больше не меньше как «супругом» Церкви.

В этой связи уместно вспомнить, что в противоположность пророческим текстам Ветхого Завета, на которые мы ссылались выше (раздел 4.2), в Новом Завете Бог никогда не выступает как супруг. Если в литературе тоже нет текстов, где символика супруга прилагалась бы к Мессии, то в Новом Завете она прилагается к Иисусу Христу и только к Нему: «мужской архетип супруга теперь переместился на личность Христа»[245].

Несомненно, на основе логий, т. е. речей Иисуса, которые запомнили и передали их авторы, причем, вероятно, в простой иносказательной форме, Евангелия дают свое толкование, где слово «бракосочетание» (γάμος) и символ «жених» (νυμφίος) являются указанием на Иисуса Христа. У синоптиков мы встречаем: притчу о женихе, в присутствии которого нельзя поститься, но, когда его не будет рядом, можно поститься (Мк 2:19–20); притчу о брачном пире в редакции Матфея (22:1-10); притчу о десяти девах, ожидающих жениха у Матфея (25:1-13). В четвертом Евангелии приводятся слова Иоанна Крестителя, объявляющего, что Христос – не он: «но я послан пред Ним». О себе он говорит, что он, «друг жениха, стоящий и внимающий ему, радостью радуется, слыша голос жениха» (Ин 3:28–29).

Также в четвертом Евангелии согласно рассказу о браке в Кане, имеющему большой символический смысл, вместо жениха, не позаботившегося о вине, Иисус чудесным образом подает гостям вино Нового Завета, заменяя им воду законнических омовений (Ин 2:3-11). Если теперь мы обратимся к текстам Павла, то обнаружим, что в них воспроизводится тематика Ветхого Завета, но она понимается и актуализируется по-новому, «в» Иисусе.

В перспективе Евангелия, в порядке благодати, установленной христологическим событием, связь мужа с женой символизирует прежде всего связь Христа с Церковью (2 Кор 11:2). Но из этого следует и новая общинная связь мужа с женой в человеческой супружеской чете, сущей и живущей «во Христе», и иллюстрирует «великую тайну» (τὸ μυστήριον τοῦτο μέγα) отношений Христа с Церковью (Еф 5:32). Как связь Христа с Церковью, так и супружеские узы мужчины с женщиной отныне вечны и должны осуществляться по образу этого высшего примера со всеми присущими ей признаками физической и