Королева сердец зомби - Джена Шоуолтер

твой энтузиазм, — сказал он, — но ты не знаешь откуда начинать поиски.

— Знаю. Мы выяснили, что Джастина вывезли с того склада. Через дорогу от него есть жилой дом. Может быть, кто-то видел что-то из окна. Если понадобится, я буду ходить от двери к двери. Я также позвоню Итану. Он раньше работал на «Аниму» и знает, как они действуют.

— Он может все еще на них работать.

— Есть только один способ выяснить.

Тишина. Вздох.

— Хорошо, — сказал Коул. — Я помогу.

Эти слова вернули меня к началу нашего разговора… к самой сути моих страхов.

— Если я поговорю с Хелен, узнаю то, что она знает, ты будешь думать, что я работаю с «Анимой»?

Посмотрев на меня, он произнес серьезным тоном:

— Ладно, вот и все. Время порки настало. — он сел рядом со мной и притянул меня к себе на колени.

Я вскрикнула, когда Коул приложил свою большую руку к моей попе, но вместо того, чтобы шлепнуть, он погладил.

— Я привлек твое вниманием? — спросил он. — Отлично. Я хочу, чтобы ты выслушала меня, и сделала это очень внимательно. Обманывала ли меня «Анима» раньше? Да. Но я учился на своих ошибках, чтобы не повторять их дважды. Отдай мне должное. И себе тоже. Ты заботишься о своих друзьях. Ты добрая, честная и настолько близкая к идеалу, насколько это вообще возможно. Ты ненавидишь «Аниму» так же, как и мы. Ты никогда не встанешь на их сторону, даже ради нее. — он выплюнул последнее слово. — Когда шок от ее связи с тобой пройдет, ты поймешь, что она монстр с лицом ангела. Вот и все.

Это то, чего он хотел. Может быть, то, что ему было нужно.

Но я не была уверена, что это произойдет, и это меня пугало.

Дурацкий страх!

Он помог мне выпрямиться.

— Ты все время обещаешь меня отшлепать, но не делаешь этого — сказала я.

— В этом виноваты твои глаза. Они могут отговорить меня от чего угодно.

— Что именно они говорят?

— Обычно «ты такой замечательный, Коул». И «я хочу быть твоей рабыней, Коул».

Ха!

— Так что насчет свидания? — спросил он.

— С удовольствием.

Мы ели. Разговаривали, смеялись и даже смотрели кино. Мы потерялись в нашем собственном маленьком мире. Но это время, проведенное вместе, вызвало у меня… зуд. Я хотела большего.

Хотела его. Полностью.

Видимо, мои глаза должны были заставить его раздеться.

Я оседлала его колени, обхватив руками его шею, а ногами — талию.

— Я так привыкла видеть тебя без рубашки. Если тебе неудобно в ней, просто сними. Я имею в виду, что думаю только о тебе.

Фыркнув, он встал, я обхватила его, как удав, и прошел в ванную. Посадив меня на мраморную столешницу, он снял рубашку… аплодисменты… и взял мочалку. Включив кран, он намочил ее и осторожно вытер мое лицо.

О, черт!

— Наверное, я выгляжу отвратительно, — пробормотала я. Неудивительно, что он остановил меня еще до того, как я начала. — Моя предыдущая истерика испортила наше свидание.

— Эй. Твои рыдания были изюминкой нашего свидания.

У меня вырвался смешок.

— Кто-нибудь когда-нибудь называл тебя милым? Нет? Хорошо.

— Ты говорила мне, что я сладкий на вкус. — он бросил мочалку на пол. — Ты готова ко второй фазе вечера?

— Зависит от того, что именно представляет собой вторая фаза.

— Поцелуй у двери. Или, в нашем случае, у двери душевой. — его тяжелый взгляд скользнул по мне. — Я не собирался заходить так далеко, не сегодня, но ты грязная. Очень, очень, очень грязная. Я должен выполнить свой джентльменский долг и привести тебя в порядок

Мое сердце учащенно забилось.

— Нижнее белье оставлять или снять?

— Выбор за дамой.

Жаль его, потому что мой ответ ему не понравится. Вернее, он понравится ему слишком сильно.

— Значит снять.

Он застонал, возясь с ручками в душе.

— Ты хочешь убить меня, не так ли?

— Убить твое сопротивление, да. Потом еще поблагодаришь меня.

— Не сомневаюсь.

Вода полилась сильнее, и пар начал наполнять воздух. Он снял свои ботинки, джинсы и оружие. Много-много оружия. Кинжалы. Метательные звезды. Еще кинжалы. Пистолет. Еще один пистолет. Патроны. Знаменитый арбалет. Еще кинжалы. Металл звенел о металл, каждое его движение завораживало меня.

— Твоя очередь, — сказал он, и в его голосе слышались нужда и приказ.

Я накрутила на палец кончики своих волос.

— Могу я сначала задать тебе вопрос?

— Ты уже это сделала. Раздевайся.

А он смешной. Я поднялась на ноги.

— Ты бы подождал один год и три месяца ради других своих девушек?

Он скрестил руки на груди.

— Как бы я ни ответил на этот вопрос, я буду звучать как придурок.

Видите? Это слово будет преследовать меня вечно.

— Не нужно говорить, что ты бы «впал в кому», просто скажи мне правду.

— Ладно. Нет. Нет, я бы не стал. Я бы зашел дальше. И прежде чем ты начнешь быстро задавать вопросы, нет, я не устану ждать тебя, и нет, я не уйду от тебя.

Причина номер семнадцать вот-вот должна была вступить в игру.

— Зачем ждать? — мой взгляд скользнул по нему, и мои щеки покраснели. — Ясно, что ты бы предпочел этого не делать.

— Потому что ты моя. Не только сейчас, но и всегда. Я хочу поступать правильно по отношению к тебе. Я буду делать то, что правильно.

— Остальные тоже были твоими, — сказала я. Пар продолжал сгущаться в воздухе, создавая сказочную дымку. — Когда-то.

— Они не были моими. Они были… практикой.

Красивые слова. Они почти растопили меня. Почти.

— Откуда ты знаешь, что я не стану очередной практикой для какой-нибудь другой девушки?

Он шагнул вперед, прижимая меня к столешнице, самая твердая часть его тела прижалась к моей самой мягкой части. Он стянул мою рубашку через голову.

— Тебе просто придется довериться мне. — его пальцы легли на джинсы, расстегивая пуговицу. — Ты мне доверяешь?

— Да.

— Хорошо. — он снова усадил меня на столешницу и снял с меня ботинки.

Я откинулась назад, опираясь на локти и приподняв бедра, чтобы помочь ему стянуть с меня джинсы. Я была такой милой.

Как только джинсы были сняты, я осталась в лифчике, трусиках и «оружии». Одно за другим он выбрасывал каждое оружие. Кинжалов было столько же, но ни одного пистолета. Коул пристально посмотрел на меня, будто не мог этого не сделать.

— Тебя не беспокоит, что у меня плоская грудь? — спросила я, вопрос сорвался с языка прежде, чем я успела подумать.

Его взгляд метнулся вверх и встретился с моим.

— Ты идеальна. Зачем тебе думать о чем-то