Осколок Надежды - Эбигейл Александровна Лис

class="p1">Корнелиус сжал поводья сильнее. И Агата сразу увидела напряжение всадника.

– Если ты не хочешь, то ничего страшного. – поспешила добавить она.

– Это долгая история. – Сказал Корнелиус. Однако тяжело вздохнул он стал собираться с мыслями.

– Мой век балов.

Мой век дуэлей.

Я подло выстрелил в врага.

Охвачен ревностью и гневом.

Ведь враг был другом мне всегда.

Корнелиус говорил тихо с большими паузами, как-будто вновь окунаясь в печальные воспоминания

– Когда пронзила пуля друга.

Осталось тело без души.

Не исцелить уже недуга.

Я всадник мёртвый без души.

Агата прикрыла рот рукой от удивления. Она не знала, что ответить всаднику. Хоть Корнелиус и был не многословен, но его слова затронули её. Корнелиус представлял собой не просто человека с утончённым манерами, он был представителем того времени, той культуры, которую мир со временем потерял. Если бы у Агаты была возможность, то она обязательно бы распросила о многом Корнелиуса: о великолепных баллах о которых она читала только в книгах, о светских львицах и их тихих интригах и конечно же о дуэлях. Агате было интересно, правда ли молодые парни были готовы отдать свою жизнь в дуэле за честь девушки или вовсе за её сердце. Правда ли честь стояла превыше всех других моральных качеств?

Однако в нынешних обстоятельствах это было невозможно и неприлично. Да и Агата не верила, что такое время хоть когда-нибудь наступит. Лошадь медленно передвигала копытами. Под ложное умиротворение она не заметила, как погрузилась в размышления. Её вывел из раздумий тихий голос Корнелиуса.

– Вам нужно бежать отсюда.

– Я же сказала, что ко мне можно на ты. – напомнила Агата всаднику.

– Я имел ввиду вас с Домиником. – всё также тихо говорил всадник надвисая над Агатой.

– Почему ты говоришь мне об этом? – сспросила Агата тоже понизив голос.

– Тортуго не собирается оставлять вас в живых. – Корнелиус притих, косо просматривая по сторонам. – Они сказали, что пройдут с вами вместе через врата третьего испытания, но потом незамедлительно убьют.

– Зачем Тортуго тогда обманывать нас? Мы же всё равно не сможем сбежать от вас.

– Дело в том, что всадники не могут вернуться в мёртвые тела. Им нужны живые тела. Также тело должно быть временно освобождено душой. Им нужны ваши тела.

Агата была шокирована. Она знала, что от Тортуго нельзя ожидать ничего хорошего, но и подумать не могла, что он захочет воспользоваться не только ими, но и их телами.

– Они же буквально заберут себе наши жизни. Будут жить в наших семьях, нет этого нельзя допустить. Как нам сбежать от них? – прошептала Агата, выглянув назад из под руки Корнелиуса. Тортуго не обращал на них внимания, а что-то говорил Анжелике, которая подъехала поближе к дедушке.

– Пока думаю над этим.

– Почему ты хочешь нам помочь? – Агата посчитала этот вопрос вполне приемлемых. Ведь ей были не понятны мотивы всадника. Корнелиус какое-то время молчал, обдумывая вопрос Агаты.

– Я считаю, что всадникам уготовлена совершенно другая роль. Я считаю, что нас отправляют сюда, чтоб мы искупили свои грехи, помогая душам находящимся в коме, но порочные люди изменят любое суждение, любого человека и любое место.

– Именно поэтому ты хочешь помочь нам?

– Сложно сказать. Я не преследую своих личных целей. – Он замолчал. – Хотя нет. Преследую. Я эгоистичен. Желаю помочь тебе только из-за того, что считаю, что так я откуплюсь от своих грехов. Может это вовсе не искренне, но я бы хотел верить, что я смогу помочь хоть как-то.

Агата не стала отвечать на слова Корнелиуса. По её мнению, то что он делал уже было показателем его искренних чувств. Агата заметила лёгкую слабость в теле, которая сопровождалось длинным зевком. Глаза уже слипались, подмечая, что Смит клонит в сон. Это сразу заметил Корнелиус.

– Ты можешь немного поспать. Твоя душа теряет связь с телом, поэтому со временем ты станешь чувствовать себя хуже. – В голосе Корнелиуса послушалась нотками обеспокойствия. Он ускорил лошадь небольшим толчком подребра, стараясь не смотреть на сидящую перед ним Агату.

– А Доминик? Что насчёт него?

– У него немного больше времени чем у тебя. Однако я слышал, что ему тоже не долго осталось.

Агата знала почему Доминик ей ничего не рассказал. Он думает только о ней и это злило Смит. От усталости Агата качалась из стороны в сторону. Однако появившиеся голове вопросы не как надавали ей покоя.

– У меня есть два вопроса.

– Ты можешь задать мне их после того, как поспишь. – настойчиво предложил Корнелиус, не сбавляя темпа лошади.

– Почему как только мы покинули иллюзию, ты не остановил нас? И почему ты напал на меня в форме волка, если не хочешь убивать? И испорченная лестница в библиотеке, почему ты хотел мне навредить?

– Это уже четыре вопроса. – заметил Корнелиус, но отмахиваться от неприятных вопросов не стал. – Мне не понравилось, что этот парень появился в твоей иллюзии. Он буквально губил всё, что было создано Всевышним и собирался я напасть не на тебя, а на Доминика. Я был уверен, что он представляет для тебя угрозу. Вдобавок, как не кстати откуда не возьмись появился дневник Луиса. Этот магический предмет – создание дьявола, такое же как и его владелец. Из-за сложившихся непредвиденных обстоятельств, я поспешил найти всадника Доминика, поэтому отправился на его поиски. Я и подумать не мог, что его всадник окажется самим Франсуа Тортуго! Так и ещё с пра-правнучкой.

Во время рассказала Корнелиуса, Агата обессилино облакотилась на рассказчика, стараясь не терять сознания. Из всего сказанного всадником, Агату поразило больше всего высказывания Корнелиуса о Луисе.

Сквозь зевание, она промычала новый интересующий её вопрос.

– Почему "… создание дьявола, такое же, как и его владелец" Разве Луис плохой человек? Он спас человечество убив своих лучших друзей, разве этот поступок не достоин уважения?

Корнелиус издал нервный смешок.

– Он сумасшедший. – прошептал Корнелиус, чувствуя неожиданно нахлынувшее раздражение.

– Что? – переспросила Агата, как-будто нерасслышала.

– Таких сумасшедших, как Луис нужно ещё поискать. Его лучшие друзья вовсе никогда не принимали опасных веществ. Луис это выдумал, он так видел эту ситуацию. Остро был влюблён в ту самую подругу, которая вышла замуж за его друга. Он жесток и безумен, знал бы я об этом раньше, то не дал бы ему совершить запланированного.

Смит была удивлена. Она не могла понять откуда такая информация у Корнелиуса и является ли это правдой, но сил сомневаться и переспрашивать всадника не было. Агата не понимала откуда появилась странная