Птицы и сны. С.-Петербургъ: хроники иномирья - Владимир Слабинский

пахли медом. От этого долгого поцелуя что-то начало просыпаться во мне и требовательно стучать в моих венах. Ляйсен, смеясь, со смехом отстранилась и, прижав пальчик, к моим губам приказала.

– Нет, нет, нет! Саша, мы будем пить кофе!

– Как прикажет моя прекрасная госпожа.

Мы пили кофе и болтали ни о чем. Какое все же блаженство – вот так пить кофе и говорить, говорить безо всякой самоцензуры. И слышать в ответ ее смех.

На столе оставалось много вкусных продуктов, и мы чудесно позавтракали.

Мне, как дипломированному врачу, очень понравились праздничные обряды, совершенные нами прошедшей ночью. Определенно, что-то в буддизме есть – замечательно кушать утром творог со сметаной, пить молоко. После новогоднего праздника чувствуешь себя помолодевшим на десяток лет. Как это отличается от традиционного «русского алкогольного заплыва», когда первую стопку выпиваешь 24 декабря, а 15 января с ужасом замечаешь, что уже не можешь остановиться. Неслучайно после нашего «праздника» для восстановления работоспособности требуются серьезные реабилитационные мероприятия…

Ляйсен подошла к камину. Я сел рядом и закурил. Угли в очаге стали багровыми, но синие язычки пламени временами вспыхивали в разных местах и тут же гасли.

– Огонь еще горит! – заметил я.

– Да… Все ритуалы завершены. Это была длинная и счастливая ночь.

История десятая. Каравелла «Санта-Мария»

I

– Как говорилось ранее, в экспедиции примут участие два новых судна: флагман – барк «Гиперборея» и судно сопровождения – шлюп «Северная звезда». При постройке сих плавательных средств учтены все достижения современной инженерной мысли, опыт отечественных и зарубежных полярных мореходов, прежде всего, норвежцев. Прочность исходных материалов многократно протестирована российскими экспертами из числа потомственных поморов, сведущих в строительстве кочей для полярных плаваний.

Для противления сдавливанию льдами корпуса обоих судов будут усилены не только на норвежский манер листами меди, но и суммарной эманацией магической энергии величайших кораблей всех времен и народов, тех, разумеется, что находятся в нашем распоряжении. Я не буду подробно останавливаться на их наименованиях. Это, как вы понимаете, есть государственная тайна, и разведки многих стран не пожалели бы золота, чтобы узнать ее. В настоящее время в цехах академического института материалов и сплавов происходит аккумулирование данной энергии. Этот процесс займет еще три месяца. После его окончания на Адмиралтейских вервях магическая энергия композитно, по принципу слоеного пирога, будет нанесена на корабли экспедиции.

Кроме вышеназванных мер, впервые в мире для дальней разведки толщины ледовых полей будут применены драконы. Боевая пара прошедших специальное обучение драконов из семейства «Archaeopteryx derkeinus» разместится на флагмане. Драконьи всадники собраны в отдельный отряд для осуществления дополнительной подготовки. Каждый из них прошел строгий отбор и имеет опыт автономных полетов на значительные расстояния. Весной следующего года они пройдут стажировку в нужных природных условиях – в Исландии, о чем достигнуто соответствующее межправительственное соглашение. Кельты – признанные мастера драконьих полетов – не признают иного обучения, кроме как из рук в руки, от учителя к ученику. Рекомендации гранд-мастеров будут учтены в процессе окончательного отбора пары основных драконьих всадников для экспедиции, равно как и пары их дублеров. К началу полярной навигации летная подготовка будет завершена.

Таким образом, подготовка русской полярной экспедиции осуществляется строго по утвержденному Его Величеством плану! Высочайшая комиссия не выявила никаких отклонений и недоработок и предлагает признать работу организационного комитета экспедиции под председательством барона Шмидта удовлетворительной!

Сквозь гром аплодисментов, увенчавших окончание доклада контр-адмирала Папанина «О ходе подготовки полярной экспедиции по прохождению Северного Морского Пути за одну навигацию» мне почудилось собственное имя. Что за ерунда этакая? Кто может в момент величайшего триумфа отечественной науки обращаться ко мне? Да еще здесь – в Большом зале Русского Географического общества? И все же, кроме выкриков: «Браво!» и «Россия вперед!», было явно произнесено мое имя!

Я огляделся по сторонам. На ряд позади и чуть левее моего кресла сидела красивая, изящно одетая женщина. Ошибиться было невозможно. Правильные черты лица, глаза глубокого карего цвета, длинные темные волосы, уложенные в строгую прическу. Это была она – личный секретарь адмирала по особым поручениям!

– Вы можете увидеть Раифа Фанузовича в курительной комнате библиотеки, – произнесла Алиса, едва наши глаза встретились, – Александр Стефанович, не утруждайте его ожиданием.

Никогда ранее меня не уведомляли о необходимости встречи столь бесцеремонно и не подгоняли столь деликатно, и, в тоже время, жестко. Бахметьев знал, кому поручить эту миссию. Любой другой посланник столкнулся бы с моим нежеланием иметь что-либо общее с рыцарями плаща и кинжала, но Алисе я отказать не мог. Тысяча вопросов готова была сорваться с моих уст, но зная всю бессмысленность их задавания, – все равно не ответит, – я молча стал пробираться к выходу из зала.

Библиотекарь, по всей видимости, была предупреждена заранее, так как безо всякого промедления провела меня в дальнюю часть книгохранилища, где и обнаружилась неприметная с виду дверь, ведущая в таинственную «курительную комнату». Бьюсь об заклад – мало кто из членов общества знает о ее местонахождении. Положа руку на сердце, за все время пребывания в Русском географическом обществе мне и не доводилось даже слышать о наличии курительной комнаты. Однако столица полна и более серьезных загадок.

Господин Адмирал был не один, компанию ему составлял высокий мужчина в штатском, богато украшенном платье. Его лицо показалось мне знакомым, но в тоже время я был уверен, что мы ранее не встречались.

– Добрый день, господин Любарский, – несколько недружелюбным тоном приветствовал меня адмирал.

Высокий мужчина продолжал глядеть куда-то вдаль и молча посасывать сигару, от приветствия он воздержался, что дало мне основание без промедления перейти к делу.

– Чем могу быть полезен?

– Россия нуждается в вас, господин капитан-лейтенант! – с пафосом произнес Бахметьев и повел головой из стороны в сторону, словно ему был тесен ворот адмиральского мундира.

– Ваше высокопревосходительство господин Адмирал, смею напомнить, что имею честь пребывать в звании лейтенанта медицинской службы запаса, впрочем, я готов сделать все, что в моих силах. Но что случилось, господин адмирал? Для чего понадобились услуги моей скромной персоны?

– Час назад вам присвоено очередное воинское звание капитана-лейтенанта императорского военно-морского флота России. Соответствующий приказ подписан, – продолжая глядеть в пространство, произнес высокий.

«Черт знает что! Очередная глупость, как, скажите, врач может быть капитан-лейтенантом? Капитаном медицинской службы – да. Кто у них документы готовит? Хоть бы в личное дело заглянули» – раздраженно подумал я, но благоразумно промолчал.

– Милостивый государь, дело, по которому вы вызваны, чрезвычайно секретное. На кону международный престиж России! – Бахметьев легко вскочил на ноги и принялся расхаживать по комнате, ловко