Призрак - Кэт Блэкторн

на стоянке грузовиков. Когда я закончила, то увидела его красный грузовик, припаркованный рядом с моим. Я знала, что это он. У него была царапина на боку, которую я случайно сделала рулем своего мотоцикла в шестнадцать лет. Потом я услышала сзади его шаги и дурацкий... свист. Как будто он подзывал собаку. Я побежала и споткнулась. Он схватил меня за лодыжку и потащил назад. Я видела его тогда. Он выглядел старее. И злее. Намного злее. Я не знала, что можно выглядеть хуже, чем он выглядел раньше. Ненависть в его глазах... Но тут на парковке засигналил грузовик «Мак». Наверное, мне повезло, что кто-то увидел. Это было около трех недель назад. Я села в машину и ехала, и ехала, пока у меня не кончился бензин.

— Мне нужно, чтобы ты прислушалась к моим словам, Блайт. — Это было оно. Я знал это. И если бы она попыталась убежать от меня сейчас... я знал, что Демон во мне не позволит ей. Она испугается, возможно, снова закричит. Ах, черт, пожалуйста, закричи еще раз… — Я не преувеличиваю. Я собираюсь выпустить из его тела кровь и накачать его ядом, чтобы он был жив и оставался в сознании. Я собираюсь удалить каждый из его придатков, и он будет чувствовать каждое прикосновение моего тупого лезвия. — Ее глаза расширились, и мягкий толчок ее страха прижался к моему языку. — Я начну с его члена. Он будет истекать кровью и корчиться от боли. И он не умрет, пока я не разрешу. Пока я не проявлю к нему милосердие, которого он не заслуживает, и не решу отправить его в ад. — Я рассмеялся. — Это даже не самое страшное. Самое страшное для него наступит после смерти. Это моя работа здесь. Но ты увидишь. Это то, чем я занимаюсь, Блайт. И я точно знаю, что этот ублюдок никогда не знал большего страха, чем встреча со мной.

Ее большие карие глаза смотрели на меня, пока мы стояли в центре дороги. Мой лес. Я привел ее сюда. Она не могла убежать от меня и даже не знала об этом. Но каким-то образом ее страх превратился во что-то другое. Во что-то сладкое, как жимолость.

— Ты убивал людей?

Что это за сладкая эмоция, появившаяся так некстати?

— Да.

— Сколько?

— Слишком много, чтобы сосчитать.

Вкус жимолости заполнил мой рот. Не страх... любопытство, восхищение... надежда. Это застало меня врасплох. А ее следующие слова потрясли меня до глубины души. После почти двухсот лет моего существования меня мало что удивляло, но это удивило. Ее сладкие розовые губы шевельнулись, когда она крепче сжала мои бицепсы:

— Я тоже.

— Что? — я взял ее лицо в свои руки. — Что ты сказала?

Она фыркнула, такая невинная. Я восхитился веснушками на ее щеках.

— Я тоже убийца.

Убийца.

— Кого ты убила, Маленькое Привидение?

— Ты мне не поверишь. Это слишком... и не имеет смысла.

— Ты удивишься, если узнаешь, во что я могу поверить, Блайт.

Ее дыхание сбилось, когда я очертил большим пальцем круги на ее шее. Конечно, она говорила метафорами. Она не была убийцей. В моем Маленьком Призраке не было ничего темного — только свет, добро и все то, чем я не являлся. Ее глаза искали мои, она прижималась ко мне крепче, как будто думала, что я убегу. Никогда.

— Он бросился на меня с разбитой бутылкой. Мы только что похоронили мою маму. Я вовремя схватила кухонный нож. Он бросился прямо на меня. — Ее голос задрожал, и горький привкус стыда, смешанного с чувством вины, разлился у меня во рту. — Кровь... Я не знала, что можно так сильно истекать кровью. Он побелел, и кровь растеклась по кухонной плитке. Эймс… — она плакала, — я не убежала сразу. Я осталась. Я оставалась еще два дня, пока он лежал мертвый на полу на кухне. Я должна была убедиться... В этом нет никакого смысла, но я должна была знать, что он мертв, и мне понадобилось сорок восемь часов, чтобы убедиться в этом. Кровь застыла и потемнела. Я подделала его неровный почерк в предсмертной записке, оставила ее на столе... и просто... ушла.

Мой член вздымался от боли и тоски. От желания трахнуть ее. Она убила его. Я хотел трахнуть ее и показать, насколько не боялся этого. Но как он... Нет... Кто им был? Кто все еще был в его теле?

— Я не проронила ни слезинки, Эймс. Боже, какая я жестокая. Но мне стало легче. Я думала, что уеду и никогда не оглянусь. И так и было... пока не начали приходить письма. Сначала я не обращала на них внимания... но потом увидела его грузовик... и его. Его, Эймс. Я убила его. Он мертв, но преследует меня. Это не имеет смысла. — Она искала мой взгляд. — Ты думаешь, что я сумасшедшая и больна, я знаю…

— Я верю тебе, Блайт. — По ее лицу текли новые слезы, и между нами ощущался привкус облегчения и грусти. — Мы разберемся с этим, клянусь тебе.

Она слабо кивнула. На этот раз она поверила мне, и внутри меня что-то потеплело. Что-то теплое рядом с бушующим инферно ненависти и гнева, который я обрушу на этого демона, который ускользнул от нас. На этого ублюдка, который думал, что сможет обмануть Призрака. Нет, чертовы Парни Хэллоуина найдут эту тварь и разорвут его в клочья. Сглотнув слюну от жажды крови, я усадил Блайт на пассажирское сиденье и занял место водителя. Развернувшись, я повез ее обратно домой. Ее дом. Наш дом. Эш-Гроув. И на этот раз я не подведу ни одного из нас. На этот раз я буду держать нас двоих в безопасности. На этот раз я не подведу.

ГЛАВА 24

Эймс

ВИЛООБРАЗНЫЕ ЯЗЫКИ

«Настоящая любовь подобна призракам, о которых все говорят, но мало кто видел».

Франсуа де Ларошфуко

— А как же твоя машина? — единственное, что она произнесла во время слишком тихой поездки домой.

Я поднял бровь.

— Ты еще не поняла, что мы редко ездим на машине?

— Значит, вы с Ониксом и Волком просто... ходите по лесу?

Я усмехнулся.

— Что-то вроде этого, да.

Когда мы пришли туда, где красный и синий свет проникал сквозь витраж, Блайт робко подошла к окну, ковыряя ногти.

— Ты тихая, — сказал я, бросив ее ключи на стойку.

Она стояла ко мне спиной, но я знал, что она чувствовала опасение. Она вздохнула, все еще не оборачиваясь.

— Ты — серийный убийца.

— Да,