Серебряная леди - Патриция Поттер

— Если вам понадобится моя помощь, пожалуйста, обращайтесь.

Каталина поднялась, поняв, что беседа закончена.

— Благодарю вас, — сказала она, — за помощь, а также за чай.

— Несмотря на то, что вам не понравилась компания? — в голосе Девро звучало наигранное изумление.

— Это было… интересно, — раскусила его уловку Кэт/

— Но некомфортно, не так ли?

— Немного, — согласилась она.

— Я думаю, вы недооцениваете происшествие, — прищелкнул языком Квинн. — Таких разрядов в воздухе я не видел со времени, когда я познакомился со своей женой.

Каталина в изумлении уставилась на собеседника. Она раньше никогда не видела такой гармонии между мужчиной и женщиной, какой были пронизаны отношения четы Девро.

— В самом начале, — добавил Девро, — и несколько месяцев спустя. Когда-нибудь я расскажу вам эту историю.

Конечно, ей понравится эта история как сказка с хорошим концом. Кроме того, ей нравились Квинн и его жена. Хорошо бы подружиться с ними, но Каталина знала, что это невозможно. Они вылеплены из разного теста. Не стоит заходить слишком далеко, как случилось с Кантоном. Квинн Девро просто вежливый человек.

Т. Дж. Симмонс сидел в полунищей меблированной комнате, устремив взгляд на письмо. Снова отказ. Тем не менее редактор сообщил, что он заинтересован в еще одной статье о Марше Кантоне. Нужно сочинить продолжение «Дуэли на закате», которая пользовалась большим успехом у читателей.

Марш Кантон исчез. Но у Т. Дж. Симмонса были свои источники для получения информации: те, кто любил, чтобы их имена упоминались в его рассказах, любители бульварных романов, с которыми он поддерживал отношения в надежде раскопать жемчужное зерно — основу очередной выдумки. Ему нужно было ядро, вокруг которого он бы смог закрутить какую-нибудь захватывающую историю. Неважно, правда это или выдумка. Главное, чтобы в истории действовал реальный человек, напоминающий, однако, героев вестернов.

После «Дуэли на закате» у него выходили кое-какие книжонки, но они не могли тягаться со славной «Дуэлью». Собственно из-за головокружительного успеха «Дуэли» он и пострадал. Все хотелось историй такого же ранга и художественной силы. Но часто ли в жизни сталкиваются такие первоклассные снайперы, как Лобо и Кантон? Симмонс, правда, пренебрег тем обстоятельством, что на самом деле они никогда не сражались друг против друга. Но ведь могли! Один выжил. Другой погиб. Вполне достаточно, чтобы сочинить историйку. А у него получилось почти эпическое произведение. Ему удалось даже разыскать кого-то, кто знавал Кантона, и по описанию художник соорудил портрет.

Позже Симмонс даже нашел единомышленника, Тома Бэйли, у которого был зуб на Кантона и который воображал себя снайпером. Давным-давно в какой-то стычке Марш убил его брата, и Симмонс за вознаграждение согласился сообщить Тому о местонахождении Кантона, если сам об этом узнает.

У Симмонса были свои планы. Он отправится с Бэйли и займет место почетного зрителя во время первой дуэли своего подопечного. Эту мысль Симмонс смаковал и обсасывал со всех сторон. Ею ласкал свое воображение и Том Бэйли, который жаждал мести и места под солнцем.

Письмо, полученное Симмонсом, только подстегнуло его. Он мечтал об успехе. О признании. А обеспечить ему все это мог Кантон.

Надо будет справиться на почте. Иногда они получают газеты из других штатов. Может, где-то и промелькнет информация о Кантоне. Не может же человек исчезнуть. Не иголка. Тем более Кантон. Знаменитость.

Наверное, следует покопаться в его прошлом. До того как Симмонс попал на Запад и начал писать «мыльные» рассказы, он успел поработать газетчиком. Уж он-то знал, с какого конца надо браться за изучение чужого прошлого.

Он начнет с Военного департамента. Кантон находится в возрасте человека, который мог участвовать в гражданской войне. Отсюда он и потянет ниточку. Может, ему посчастливится написать объемную книгу, например «Жизнеописание наемника». Симмонс даже разволновался.

С нетерпением, которого он не испытывал годами, Симмонс облачился в лучшее платье и отправился на телеграф.

Через три дня после чаепития у Девро случилось необъяснимое: в «Славную дыру» не заглянул ни один посетитель. Маршу оставалось только выглядывать из окна, чтобы понять, что произошло. Плакаты на улице оповещали прохожих, что в связи с 27-й годовщиной открытия «Серебряной леди» цены снижены вдвое. Как долго это продлится, не сообщалось.

Хью сказал, что французская труппа закончила выступление, и Каталина собирается нанять женщин-крупье. Канкан отныне будет исполняться в выходные дни обученными девушками из заведения. Марш не стал интересоваться, каким образом Хью стал обладателем столь ценной информации. Он не хотел этого знать. Он до сих пор очень сомневался в преданности своего менеджера.

Марш удрученно покачал головой в невольном восхищении от неустанной в борьбе Каталины. Марш подозревал, что нынешний этап войны спровоцировал он. Последние несколько дней его томила, даже угнетала мысль, что он ошибочно обидел Каталину Хилльярд. Нельзя отрицать, что тем памятным днем они оба пережили и разделили друг с другом удивительное чувство. Я действительно пришла предупредить вас. Как хорошо было тогда. Пока он все не испортил. Он не видел Молли уже несколько дней, но это ничего не значило. Он более или менее пришел в себя, успокоил свои страсти, пока злость не улеглась под давлением времени и внутренних убеждений. Марш с головой погрузился в дела «Славной дыры», убеждая себя, что это самое главное в его жизни. Он просмотрел все счета, нанял несколько новых девушек и официантов, побеседовал с новым поваром, спрашивая себя время от времени, как бы повели себя его служащие, если бы они знали, что работают на известного наемного убийцу.

Но он понял, что сделано мало. Неутомимый в делах, он был постоянно неудовлетворен. Он устраивал дела так, чтобы земля горела под ногами Каталины Хилльярд.

Он больше не подходил к пианино. Музыка пробуждала слишком много воспоминаний. Он сознательно не подходил к окнам, особенно в ранние утренние часы. Маршу не хотелось видеть свет в ее окне, знать, что она в комнате, вспоминать недолгие часы их любви.

Он подумывал уже о том, чтобы отправиться в «Серебряную леди» и попытаться загладить свою вину, но потом вспомнил о своем жестоком расчете и решил, что поход будет напрасным.

Молли. Может быть, он сможет предложить свою помощь Молли, без всяких словесных мерзостей, которыми он предварил свое предложение, высказанное Каталине.

Кэт скорее всего отвергнет предложение. Она может подумать, что он предлагает свою помощь из-за того, что она объявила так называемую «годовщину». Она может даже поверить, что выиграла сражение, а ему бы этого не хотелось.