Россия и Запад. От мифов к истине - Валерий Шамбаров

Подрабатывали капитаны кораблей, ходивших в Америку, продавали за 20–30 реалов привезенных пассажиров. Во Франции действовали особые вербовщики, заманивали крестьян в Америку, обещая чуть ли не рай – и тоже продавали. А местные губернаторы сами были плантаторами, нуждались в рабах, закрывали на это глаза. Правда, белых продавали не пожизненно. Во французских владениях – на 3 года, в английских – на 7. Но, по воспоминаниям Эксквемелина и других современников, белым рабам доставалось похлеще, чем черным. Негры были дорогими, попадали в собственность навсегда, считались ценным имуществом. Из белого требовалось за 3 года (или 7) выжать все что можно. Кормили дрянью, били, многие умирали.

Если невольники удирали, на них устраивали охоты с собаками. За побег, сопротивление хозяину и прочие серьезные прегрешения раба ждала мучительная смерть. Так, в британских колониях в Вест-Индии провинившихся привязывали нагими на площади, пороли, мазали раны смесью сала, перца и лимонного сока, оставляли на ночь, а окончательно добивали на второй или третий день. Голландский плантатор Бальтесте прославился откровенным садизмом, собственноручно запорол насмерть сотню слуг и служанок, но нажил сказочное состояние и считался весьма авторитетной личностью.

Что ж, и в нашей стране издревле существовали подневольные люди – холопы. В эту категорию попадали военнопленные, неоплатные должники, осужденные преступники. Были «закупы», получившие определенную сумму денег и поступившие в услужение, пока ее не отработают. Были «рядовичи», служившие на основании заключенного договора. Хозяин имел право наказывать нерадивых, сыскивать беглых. Но, в отличие от европейских стран, не был властен над жизнью даже самого распоследнего из холопов. В Киевской Руси правом смертной казни располагали удельные и великие князья. В Московской Руси – сам государь с боярской думой.

В 1557–1558 г., в то же самое время, когда в Англии обращались в рабство десятки тысяч согнанных с земли крестьян, Иван Васильевич Грозный издал ряд указов, ограничивших холопство. Прижал ростовщиков, принудительно снизил проценты займов до 10 % годовых. Запретил обращать в неволю за долги служилых людей (дворян, детей боярских, стрельцов, служилых казаков). Их дети, ставшие холопами за долги родителей, освобождались сразу, а взрослые могли подавать иски о возвращении в свободное состояние. Государь защитил подданных и от насильственного порабощения. Отныне человека можно было считать холопом только на основании «кабалы», особого документа, оформленного в земском учреждении. Царь ограничил неволю даже для пленных. На них тоже требовалось оформить кабалу установленным порядком. Дети «полоняника» считались свободными, а сам он освобождался после смерти хозяина, не передавался по наследству.

Но отметим, что отождествлять термины «холоп» и «раб» в целом было бы некорректно. Холопами являлись не только работники, но и ключники – управляющие княжеским, боярским, царским имением. Были военные холопы, составлявшие личные дружины бояр и князей. Они приносили присягу хозяину и служили ему, но при этом теряли юридическую самостоятельность. То есть, данный термин определял личную зависимость человека.

Но доля холопов в русском населении и в экономике была крайне незначительной. Обычно их использовали только в домашнем хозяйстве. А крепостного права в нашей стране долгое время вообще не существовало. Крестьяне были свободными. Если не нравится, могли уйти от землевладельца в другое место, уплатив «пожилое» (определенную плату за пользование избой, инвентарем, участком земли – в зависимости от местности и срока проживания). Великий князь Иван III определил единый срок для таких переходов – за неделю до Юрьева дня и неделю после Юрьева дня (с 19 ноября по 3 декабря).

И только в конце XVI в. ситуацию изменил Борис Годунов. Он был по натуре «западником», силился копировать зарубежные порядки и в 1593 г. подтолкнул царя Федора Иоанновича принять указ об отмене Юрьева дня. А в 1597 г. Борис издал закон, установивший 5-летний сыск беглых крестьян. Мало того, по этому закону любой человек, прослуживший по найму полгода, становился вместе с семьей пожизненными и потомственными холопами хозяина. Это ударило и по городской бедноте, мелким ремесленникам, породило массу злоупотреблений и стало одной из причин грянувшей Смуты.

Закон Бориса о холопстве вскоре был отменен, но крепостное право сохранилось после Смуты, было подтверждено Соборным Уложением Алексея Михайловича в 1649 г. Сыск беглых установили уже не 5 лет, а бессрочный. Но стоит подчеркнуть, сам принцип крепостничества на Руси очень отличался от западного. Определенным статусом обладал не человек, а земля! Были волости «черносошные». Живущие здесь крестьяне считались свободными и платили подати государству. Были боярские или церковные вотчины. А были поместья. Они давались дворянам не насовсем, а за службу, вместо оплаты. Через каждые 2–3 года поместья переверстывались, могли отойти к другому владельцу.

Соответственно, крестьяне обеспечивали помещика, вотчинника или трудились для церкви. Они «прикреплялись» к земле. Но при этом могли полностью распоряжаться собственным хозяйством! Могли завещать его по наследству, подарить, продать. И тогда уже новый владелец вместе с хозяйством приобретал «тягло» по уплате податей государству или содержанию помещика! А прежний освобождался от «тягла», мог идти куда угодно. Мало того, даже если человек убежал, но успел нажить хозяйство или вступить в брак, русские законы защищали его права, категорически запрещали разлучать его с семьей и лишать собственности.

В XVII в. в России была закрепощена не более половины крестьян. Вся Сибирь, Север, значительные области на юге считались «государевыми вотчинами», крепостного права там не было. Цари Михаил Федорович и Алексей Михайлович признавали и самоуправление казачьих областей, закон «с Дона выдачи нет». Любой беглый, попавший туда, автоматически становился свободным. Права крепостных и холопов защищали сельская община, Церковь, они могли найти защиту у самого царя. Во дворце существовало «челобитное окно» для подачи жалоб лично государю.

В Европе, кстати, взаимоотношения между слоями общества куда как отличались, из-за этого случались недоразумения. Датским высокородным послам, возвращавшимся из Москвы, показалось, что русские мужики их медленно везут, их принялись подгонять пинками. Ямщики искренне удивились такому обращению, выпрягли возле Нахабино лошадей и заявили – они едут жаловаться царю. Датчанам пришлось просить прощения, задабривать русских деньгами и водкой. А жена английского генерала, поступившего на службу в Москву, возненавидела служанку, решила зверски расправиться с ней. Виноватой себя не считала – мало ли, знатная дама попыталась убить свою холопку! Но в России подобное не допускалось. Приговор царя гласил: учитывая, что жертва осталась жива, преступнице «всего лишь» отсечь руку, вырвать ноздри и сослать в Сибирь.

Положение крепостных стало ухудшаться при Петре I. Прекратились переделы поместий между дворянами, они превращались в постоянную собственность. А вместо «подворного» налогообложения было введено «подушное». Причем каждый помещик начал платить налоги за своих крепостных. Соответственно, выступал владельцем этих «душ». Правда, именно Петр одним из первых в Европе, в 1723 г., запретил в России рабство. Но крепостных его указ не коснулся. Мало того, Петр начал приписывать целые деревни к заводам, и заводским крепостным приходилось куда тяжелее, чем помещичьим.

А при Анне Иоанновне и Бироне в России распространились законы о крепостных из Курляндии – те самые, где крестьян приравнивали к рабам. Вот тогдато и началась печально известная розничная торговля крестьянами. Что было, то было. Известны и бесчинства Дарьи Салтыковой. Были уже не времена Алексея Михайловича, и барыне 7 лет удавалось скрывать преступления. Хотя можно отметить и другое – ведь двое крепостных все-таки сумели подать жалобу Екатерине II, началось следствие, и маньячка была осуждена на пожизненное заключение в «покаянной» камере Ивановского монастыря. Вполне адекватная мера для психически ненормальной.

Впрочем, Салтычиха потому и стала «пресловутой», что в нашей стране только одна она докатилась до зверств, довольно распространенных на тех же американских плантациях. Да и законы, ограждающие имущественные права крепостных, в России никто не отменял. В 1769 г. Екатерина II издала указ, призывающий крестьян заводить частные промыслы, для этого требовалось купить за 2 руб. особый билет в Мануфактур-коллегии. С 1775 г. такие билеты выдавались бесплатно. Предприимчивые крестьяне пользовались этим, быстро сколачивали состояния, выкупались на волю, а потом принялись скупать и села у своих помещиков. Крепостное право стало расшатываться. Уже в правление Николая I постепенно готовилась его отмена. Хотя упразднил его только Александр II в 1861 г.