Занимательная зоология - Виктор Сабунаев

Однако на основании таких случайных находок нельзя было составить ясного представления о «китовых тропах». Для изучения миграции китов начиная с 1924 года стали метить. В них из ружей выстреливали особыми пулями-метками. Вначале пули делали из алюминия, а потом из нержавеющей стали и обрабатывали во избежание заражения ими китов пенициллиновой мазью. Всего к 1960 году помечено более 10 000 китов.

Изучение возвратившихся меток показало, что киты летом пасутся в холодных и умеренно-холодных водах. Здесь в это время бурно развивается планктон, и для китов всегда готов накрытый стол. Осенью вода делается совсем холодной, рачки перестают размножаться, а уцелевшие спускаются на большие глубины, где китам их уже не достать. Тогда киты, нагулявшие за лето жир, плывут на юг и в теплых водах вблизи экватора приносят детенышей. Но, судя по меткам, киты не пересекают экватор, и стада арктических и антарктических китов никогда не смешиваются. Все же ученые не считают это бесспорным, ведь случалось добывать в северном полушарии китов, на коже которых была водная растительность, типичная для южного полушария, и наоборот.

Так или иначе киты нашего полушария регулярно кочуют весной на север, а осенью на юг. Какой смысл таких путешествий? Смысл большой. Что бы произошло, если бы кит остался зимовать в Арктике? Корма зимой там почти нет, холодно, и для поддержания определенной температуры тела надо расходовать уйму жира. Да и китятам вредна холодная вода. В теплых морях корма тоже не много, но теплоотдача много меньше, и жир расходуется экономнее, его вполне хватает, чтобы перезимовать и совершить весной путь в отменные северные столовые.

В Антарктике усатые киты иногда проплывают много километров, чтобы найти небольшие полыньи среди льдов; в них они живут по месяцу и больше.

Предполагают, что в полыньях киты принимают «водные процедуры». Как известно, в морях и океанах подводные части кораблей обрастают, на них поселяются моллюски, ракообразные, водоросли, а на китах, кроме того, различные паразиты. Они увеличивают вес животного, тормозят его движение и беспокоят хозяина. В пресной воде, образующейся из тающих льдов, все эти «нахлебники» гибнут, а киты чувствуют себя в ней не хуже, чем в океанской.

Интересно, что, путешествуя, киты из года в год посещают одни и те же бухты, проливы и прочие участки морей. Как они находят дорогу в океане, пока не ясно, этим сейчас занимаются ученые.

Другие морские млекопитающие — моржи, тюлени, котики — тоже кочуют. Большую часть года они рыскают небольшими группами в знакомых участках океана, разыскивая рыбу, моллюсков, водоросли. Но как только наступает пора размножения, они массами собираются на одних и тех же лежбищах, чтобы принести детенышей и вновь уплыть в просторы океана.

Есть заправские путешественники среди летучих мышей. Их пищу в умеренных широтах составляют насекомые. Зимой такой пищи там нет, и летучие мыши засыпают, подвесившись к потолку в какой-нибудь прохладной пещере, либо улетают на юг. С помощью кольцевания удалось установить, что рыжие вечерницы из Литвы летят на зимовку в окрестности Дрездена, то есть пролетают около 750 километров. Нетопырь, окольцованный летом 1958 года в Воронежском заповеднике, был пойман осенью того же года в Турции около Стамбула. В этом случае путешественник пролетел 1750 километров. Но рекордсмены, по-видимому, все же некоторые североамериканские летучие мыши: они осенью прилетают на Бермудские острова, а до них надо лететь только над морем более 1000 километров.

Среди птиц «домоседов» можно пересчитать по пальцам. В северных и умеренных широтах, пожалуй, только домовый воробей стопроцентный «домосед». Всю свою жизнь и зимой и летом он проводит вблизи от того дома, под крышей которого он вывелся. Сороку, синицу, снегиря уже нельзя назвать настоящими «домоседами». Зимой они собираются около населенных пунктов, а летом рассеиваются по окрестным лесам. Глухарь, рябчик, дятел регулярно кочуют, правда, в пределах очень небольшой территории. Глухаря летом и осенью скорее всего можно встретить около ягодников, сначала на черничниках, потом на брусничниках и наконец на клюквенных болотах.

Зимой глухарь кормится хвоей, и его надо искать в сосняках. Тетерев весь год тоже живет почти оседло, но если не уродилась на березах сережка, его основной зимний корм, то он может перекочевать на значительные расстояния. Еще дальше летят из тундры белые куропатки; когда выпадают глубокие снега и до ягод не докопаться, они перелетают к окраине лесов и питаются побегами ивы. Вслед за белыми куропатками отлетают из тундры хищники — полярная сова, мохноногий канюк, им тоже нечем кормиться зимой в безжизненной тундре.

Обыкновенная серая ворона может быть и оседлой и перелетной птицей. Часть ворон, обычно старых, никуда не улетает и зимует там же, где вьет гнезда, некоторые беспорядочно кочуют, а часть, главным образом молодых птиц, отлетает к югу. Как правило, вороны не пролетают более нескольких сотен километров, но иногда они предпринимают и большие путешествия. Например, ворон, окольцованных в Ленинградской области, обнаруживали на севере Франции, то есть они пролетали около 2000 километров.

Но все эти птицы еще не настоящие путешественники. Птицы-путешественники, или, иначе, перелетные птицы — это те, которые регулярно отлетают с мест гнездовий на зимовку в строго определенные места.

Обычно перелетные птицы улетают зимовать в теплые края. Из европейской части Советского Союза, из Скандинавии они летят в Западную Европу, Африку и на юг нашей страны. В Англии, Франции, Испании тепло, снег выпадает редко, и здесь остаются зимовать скворцы, чибисы, вальдшнепы, утки. В Крыму и Закавказье зимуют чайки, жаворонки, зяблики, утки. Дальше в долину Нила летят журавли, кулики, трясогузки. В африканских саваннах проводят зиму соловьи, славки, удоды. Через Центральную Африку дальше на юг пролетают аисты, ласточки, кукушки.

Из Сибири птицы летят, в основном, в двух направлениях: гнездящиеся к западу от Енисея воробьиные птицы, гуси, утки улетают на побережья Каспийского и Средиземного морей; заенисейские птицы огибают с востока пустыни и горы Центральной Азии и зимуют в Индии, Китае, Вьетнаме. С Чукотки гуси, утки, кулики летят в Калифорнию, Мексику.

«Рекордсмены» дальних перелетов, пожалуй, полярные крачки. Они совершают удивительные путешествия. Крачки, выводившие птенцов на крайнем севере Америки, летят через Европу в Южную Африку, а оттуда часть перелетает в Южную Америку, а часть огибает мыс Доброй Надежды и зимует на островах Индийского океана. Крачки, гнездящиеся на сибирском побережье Ледовитого океана, путешествуют еще дальше; сначала они летят прямо на запад, затем, обогнув Скандинавию, летят вдоль берегов Европы и Африки и оттуда в Австралию и даже в Антарктиду. Такой путь они совершают дважды в году и в общей сложности пролетают расстояние, близкое к длине экватора!

Очень далеко летят на зимовки ржанки. Американские ржанки пересекают Северную и Южную Америку и останавливаются в районе Огненной Земли. Сибирские, гнездящиеся в Восточной Сибири на зиму перебираются в Новую Зеландию или на Гавайские острова.

Перелетные птицы южного полушария, наоборот, выводят птенцов на юге, а лето проводят на севере. Среди них тоже есть «рекордсмены» дальних перелетов.

Маленькие буревестники-качурки совершают почти такие же далекие путешествия, как полярная крачка. Они гнездятся на островах, расположенных между Огненной Землей и Антарктидой. А в марте — апреле летят на север и до осени живут у восточных берегов Северной Америки и у берегов Западной Европы.

Птицы не путешествуют весь день и ночь напролет. Обычно они летят 6–8 часов в сутки, а остальное время отдыхают и кормятся. В среднем за сутки птицы пролетают 300–400 километров. Однако если им приходится пересекать открытые водные пространства и плавать они не могут, то птицы летят безостановочно сутки и более и иногда покрывают расстояние более 3000 километров. Например, новозеландская кукушка перелетает из Новой Зеландии на Соломоновы острова, совершая без посадки путь над морем в 1500–1900 километров.

Наблюдение с самолетов показало, что птицы летят в среднем на высоте 300–500 метров. Аисты, орлы часто поднимаются вовремя перелетов на высоту до 1000 метров, а перепела и мелкие певчие птички, пересекая моря, летят над самой водой, на высоте всего нескольких метров.

Есть птицы, которые путешествуют вплавь и пешком.

Императорские пингвины откладывают свое единственное яйцо и высиживают птенца на Антарктическом материке, а зимуют в нескольких сотнях километров к северу среди плавучих льдов. Путешествие по материку пингвины совершают лежа, отталкиваясь ото льда своими крыльями-коротышками, или же пешком, а добравшись до открытой воды, они пускаются вплавь.