Пленница Риверсайса (СИ) - Алиса Болдырева

плечи. Кожа под пальцами показалась ей невероятно горячей и гладкой, и Тами принялась гладить её. Губы Мариуса действовали смело, он уверенно завладел её ртом, сплетая их языки, и предательская дрожь прошлась по её телу. Одной рукой он притянул Тами ближе, усадив её к себе лицом, и теперь та его часть, что сделалась твёрдой, упиралась ей во внутреннюю часть бедра. От осознания того, что Мариус был полностью нагим, Тами окатило жаркой волной.

Не разрывая поцелуя, Мариус медленно заскользил рукой по её ногам, плавно сдвигая сорочку всё выше и выше. Его горячие, слегка шершавые от множественных тренировок ладони разжигали в ней греховное желание. Она хотела, чтобы он коснулся её там…

В какой-то момент, и Тами даже не успела понять, когда это произошло, Мариус снял с неё сорочку, оставив её без одежды. Его голодный, потемневший взгляд заскользил по её обнажённой груди, которую она попыталась стыдливо прикрыть руками, но Мариус не позволил. Заведя её руки за спину, свободной рукой он коснулся сначала одной её груди, большим пальцем задев упругий сосок, а затем повторил тоже самое со второй грудью. Откинув голову назад, Тами тихо застонала, поразившись желанию, что звучало в этом стоне, и прогнулась в спине. Мариус притянул её ещё ближе, и вобрал в рот её ноющий сосок. Его язык заскользил по набухшей горошине, высекая из её тела искры, и Тами не сумела сдержать очередного чувственного стона. Она вся дрожала от неудовлетворённого желания, которое скапливалось где-то внизу живота. Когда Мариус отстранился, Тами жалобно захныкала, но он вновь прижался губами к её груди, лаская языком уже другой сосок. Низ живота сладко запульсировал, а между ног сделалось влажно и нестерпимо горячо.

Своими ласками он медленно сводил её с ума. Все мысли из её головы улетучились, остались лишь его умелые руки, его мягкие губы, его дразнящий язык.

Отстранившись от её груди, Мариус снова перекинулся на её губы, а в следующий момент Тами оказалась спиной на кровати, а Мариус накрыл её сверху своим крепким и горячим телом. Он развёл её бедра в стороны и устроился между ними, касаясь своей восставшей плотью её лона. От неожиданности Тами дёрнулась, но Мариус не позволил ей свести ноги вместе. Оторвавшись от её губ, он сказал ей хриплым голосом:

— Не бойся.

В его глазах Тами видела отражение своего нестерпимого желания. Он снова принялся страстно целовать её, в то время как его твёрдый, словно камень орган, медленно проникал в неё, постепенно наполняя собой юное девичье тело. Встретив на своём пути преграду, он не остановился, и нарушил её. Низ живота пристрелила резкая боль, и Тами всхлипнула, прикусив Мариусу губу. На её языке появился солоноватый металлический привкус. Мариус остановился, продолжая сжимать её в своих руках. Слизав капельку крови, что выступила на его губе, Мариус принялся медленно покрывать лицо Тами крохотными лёгкими поцелуями. Он целовал её глаза, на которых появились слёзы, целовал щёки, нос, подбородок, пока снова не вернулся к её губам. Его язык действовал умело, играясь с её языком, вновь вызывая в теле чувственную дрожь.

Дав ей немного времени привыкнуть к новым ощущениям, Мариус стал неторопливо двигаться. С каждым его толчком боль, что ощущалась внизу живота, медленно отступала, и постепенно её вытеснило удовольствие. Его руки крепко сжимали её бёдра, пока он всё глубже проникал в неё. Его губы опустились к ложбинке у шеи, прокладывая влажную дорожку поцелуев, и Тами застонала, откинув голову назад. Её тело с благодарностью принимало каждый его толчок, который отдавался внутри волнующим трепетом. Постепенно Мариус наращивал темп, а Тами ощущала, как внизу живота стягивается сладкая нега. Её неконтролируемые стоны смешались со звуками его тяжёлого рваного дыхания, заполняя собой всё пространство комнаты.

Тами было невероятно хорошо; она даже не предполагала, что близость между мужчиной и женщиной может доставлять столько удовольствия. Нет, не так. Близость с Мариусом доставляла ей удовольствие. С другим мужчиной всё было бы иначе, и Тами догадывалась почему.

Его движения стали резче, необузданнее, и в какой-то момент Тами пронзило неизведанное до сих пор наслаждение. Жаркой волной оно разлилось по её телу, и, не сумев совладать с собой, Тами протяжно застонала, извиваясь в его руках, и впившись пальцами в его спину.

Сделав ещё несколько резких толчков, Мариус с тихим рыком излился внутри неё. Он ещё крепче сжал её в своих руках, будто боялся, что она сейчас исчезнет, а его шумное и тяжёлое дыхание обжигало ей шею.

Они лежали так до тех пор, пока их дыхание не выровнялось. Мариус осторожно перекатился на другую половину кровати, и уже собирался притянуть Тами к себе, но она отстранилась. В сумраке комнаты она нашла свою сорочку, и принялась надевать её. Разгорячённое его ласками тело плохо слушалось, но, в конце концов, она справилась.

— Что ты делаешь, Тами? — спросил Мариус, приподнявшись в постели. В его голосе всё ещё слышалась лёгкая хрипотца, а во взгляде она заметила растерянность.

— Я должна идти, — ответила она, поднимая плащ. Руки дрожали, когда она застёгивала пряжку у шеи.

— Зачем? — Мариус поднялся в полный рост, и Тами стыдливо отвела взгляд в сторону.

«К чему эта ложная скромность? Всего несколько минут назад он находился внутри меня, и я была совершенно не против!» — раздался в её голове насмешливый внутренний голос, и Тами не могла не согласиться с ним.

— Куда ты собралась? Останься со мной, — он подошёл к ней, притянул её ближе к себе, и вновь поцеловал. Его губы были такими нежными и желанными, и внутри неё вновь вспыхнул безумный огонь вожделения. Лишь на долю мига она позволила себе забыться, но… То, что произошло сейчас между ними, больше не может повториться.

Она заставила себя отстраниться, и, заметив недоумение на его лице, поспешила к двери. Нужно уходить, пока у неё есть на это силы, и пока она не натворила глупостей, о которых потом непременно пожалеет.

— Тами? — снова позвал Мариус.

У дверей она всё же остановилась. Между ног было липко и саднило от его ретивых ласк.

— Теперь, — Тами глубоко вдохнула, прежде чем продолжить, — вы не станете выдавать меня замуж за Арвина Парра? Вы ведь не сможете, правда? Теперь он откажется от меня. Никто во всём Этелхорде не захочет взять меня в жёны, так ведь?

Лицо Мариуса исказилось, когда смысл её слов стал ему ясен.

— Ты приходила ко мне только поэтому? — его голос был резким, а в глубине карих глазах виднелось разочарование. — Только