Полудемон. Король. Алекс. - Галина Гончарова

Но мы уже въезжали в деревню, да и долго секретничать было нельзя. Интересно, есть в этом клятом королевстве хоть одна сытая деревня?

Эта к ним точно не относилась. Крестьяне унижено кланялись, несколько детей, до тех пор игравших посреди улицы, сорвались и унеслись куда-то.

- Ну же, Алекс, добудьте мне молока! - капризно протянула баронесса.

Я кивнул, огляделся... кого бы попросить? Судя по тому, что деревня словно вымерла, хорошего тут от лордов не ждали. И справедливо.

Впрочем, долго мне оглядываться не пришлось, откуда-то из-за угла вывернулся мужчина средних лет и плюхнулся прямо в пыль под копытами коня. Я едва удержал животное, чтобы не оттирать потом подковы от крестьянских мозгов.

- Господин!!! Помилуйте!!!

Кретин! Крестьянин, этим все сказано! Орать чуть ли не под копытами у породистого жеребца?!

- Да ты ополоумел, любезнейший? Это лошадь, сейчас копытами переступит - и тебя потом ни один некромант не поднимет!

- Смилуйтесь!!! Не оставьте детишек сиротами!!!

Тьфу!

Я спрыгнул с коня, перебросил поводья Тому и за шкирку поднял мужчину с земли.

- Рот закрой.

- Г-господ-дин...

Судя по ужасу на его лице... да что такого здесь делали дворяне!? Регулярно вырезали половину деревни и насиловали вторую половину?!

- Скажите, у вас можно купить молочка?

Несколько минут крестьянин только осмысливал мои слова. А потом яростно закивал.

- Да, господин!!!

- Тогда принесите мне кувшин с молоком.

В моих пальцах блеснула серебряная монетка.

Староста закивал и сорвался с места.

- Ваше высочество, чего вы с ним копаетесь? - удивился один из дворянчиков. - Вытянуть пару раз плетью - мигом бы бросился.

Я вздохнул.

- Вам заняться нечем - плеть пачкать?

С большим удовольствием я бы опробовал данное средство на молодом наглеце. Но - нельзя. Пока нельзя.

- Убийцы!!

Я обернулся.

По улице медленно шла женщина. Медленно, словно слепая. Но темные глаза смотрели прямо на меня - и сквозь меня.

- Будьте вы прокляты, убийцы! Семеро детей было у меня - и ни одного не осталось! Муж. Родители. Братья и сестры! Убийцы в шелках!

Невысокая, темноволосая, в драных лохмотьях. И все же...

Я вгляделся - на этот раз своим чутьем некроманта. И - присвистнул.

Не здесь и не там. Из-за горечи потери эта женщина словно бы наполовину умерла. Сейчас она не живет, она существует. А физическая смерть... это будет только продолжением.

Возможно, для нее это даже будет радостью.

Сумасшедшая?

Нет. Просто она живет на грани...

- Ты! - вскрик одного из молодчиков.

- Нет!

Я вскинул руку, но остановить сопляка не успел. Кнут опоясал плечи женщины. Впрочем, она этого словно бы и не заметила. Как и не было.

- Будьте вы все прокляты. Убийцы...

- Уйди, Хильда!!!

Староста, прибежавший с кувшином, попытался вклиниться между нами и женщиной, но никто из нас не обратил на него внимания. Я поднял руку.

Проклятье набирало обороты, я видел это. Иногда бывает и так. Она уже наполовину в мире мертвых, через нее проходит сила, с которой не справиться даже мне, полудемону. Зря думают, что демоны поедают души мертвецов. Зря.

Эта женщина проклинала - и ее проклятье затягивало на грань, туда, где была и она. Если сейчас ничего не сделать - мы обречены. Возможно, я справлюсь. На остальных не плевать, но вот Том...

Я сделал пару шагов и встал перед безумицей. Возможно, я смог бы снять проклятье. Но не с друга.

А значит только один выход. Я взмахнул рукой.

Женщина захрипела, оседая на землю. Из горла ее лилась алая кровь.

Проклятье, словно рассерженная змея, сворачивалось обратно. Уползало. Уходило вместе со своей хозяйкой.

- Алекс...

Том смотрел на меня вопросительно. Я пожал плечами.

- Есть старый способ снять проклятье. Надо убить ведьму до того, как оно будет завершено.

- Проклятье?

Том знал, что я некромант. И я кивнул, подтверждая его опасения.

- Она бы убила нас.

Друг поежился. Позади раздался сдавленный всхлип. Я обернулся - и вздохнул. Баронесса смотрела на меня так, что разъяснений не требовалось. Теперь она ко мне и близко не подойдет, не то, чтобы привораживать. Бедная дурочка. Натравливали на кролика, а поймался волк.

Староста трясся и икал. Я осторожно вытащил у него из рук кувшин с молоком.

- Вот, возьми. И пусть ее похоронят по-человечески.

На высыпанные ему в ладони деньги можно было похоронить половину деревни. Ну да ладно...

Обратно мы ехали в молчании. Я размышлял о своем.

Чем я отличаюсь от этой безумной? Она мстила за своих родных - я тоже мщу. Она проклинала кого попало. Тех, кто был похож на убийц. Я даже знал, что произошло. Очередное аристократическое развлечение. Война ли, охота ли, что-то еще - неважно. Важно то, что ее семью уничтожили, а она - осталась. И мстила.

А что делаю я?

Кто остановит меня?

Мысли были откровенно нерадостными.

***

Долго потерзаться мне не удалось. То одно, то другое... Заноза, конечно, скребла внутри, но... не гноится же пока? И не нарывает. А когда начнет - будем вытаскивать. Чем душевные занозы отличаются от физических?

Да ничем.

А значит - переживем.

Кстати, в соседях я тоже разочаровался. Или это просто рядом с границей так? Те же убогие деревни, почти нищие крестьяне, затравленные взгляды...

Интересно, если ли на свете короли которые понимают, что власть не для развлечений и красивой жизни. Да и вообще, не власть для них, а они для страны?

Или это просто я ненормальный?

Да нет, вроде бы дед был таким же. Хотя при нем и заварилась эта каша.

Только вот осуждать его сил не было. Семья - упряжка из двух лошадей и пока муж обеспечивает ее, жена должна воспитывать детей. Разве нет?

Но почему так получается?

Мишель, чье рождение стоило жизни моей бабушке, выросла королевой. Прошла через огонь и стала сильнее. Сделала единственное, что смогла - родила меня. А Рудольф, воспитанный любящей матерью...

Сломался.

Прогнулся под Абигейл и ее родню. И как это объяснить?

Почему один ломается, а второй остается сильным?

Нет ответа.

Возможно, в одном из людей есть чревоточина, а в другом нет? Хорошее яблоко гнить не будет, а вот если там было повреждение...

Но как это проявляется?

Не знаю, ничего не знаю...

Нет ответа.

***

Возможная невеста Андрэ оказалась действительно прехорошенькой.

Лавиния Ратавер Аларэ.

Красавица. Просто картинка.

Золотые волосы кольцами, громадные карие глаза с золотыми искорками, чуть темнее волос, пухлые губки, мило вздернутый носик. А фигура?

Судя по показанному, там и остальное было на уровне. Во всяком случае, Том смотрел восхищенно. Пришлось напомнить ему про оставленную в столице любовь.