Барон переписывает правила - Евгений Ренгач

Химера меня раздери… Черепах сумел убить их криком!

А ведь мне казалось, что я успел неплохо его узнать. Но генерал и дальше продолжал меня удивлять!

— Железная голова, ты как это сделал⁈ — Кыш непонимающе таращился на него из своего убежища. — Ты ведь раньше так не умел!

— Он развивается. Усиление Привратника добавило ему новые способности. — В отличие от пушистого, я в ситуации уже разобрался. — Теперь он может их отпугивать.

В целом, всё было более чем логично.

Черепах у меня кто? Правильно, генерал! Все остальные его сородичи, даже те, что на него не похожи, должны быть слабее его.

И сейчас он как раз проявил одну из своих новых способностей, велев им убираться.

Тем не менее, крик подействовал не на всех. Около десяти самых настойчивых скорпилумов продолжали нападать на Разумову.

Наталья отлично держалась. Понятия не имею, кто её обучал, но держать в руках меч она точно умела!

В её движениях была настоящая воинская грация. Никогда бы не подумал, что она так умеет…

Я рано расслабился.

Одна из тварей ударила её хвостом по ногам, и Наталья упала.

В то же мгновение я оказался рядом. Несколько точных ударов, сложный финт, выполненный с одновременным использованием двух кинжалов сразу, — и твари предпочли отступить.

Троим я уйти не позволил и, накрыв их специальной Ловушкой, отправил Кышу в убежище.

А что, в хозяйстве всё пригодится! Уверен, что Полина захочет их как следует изучить. К тому же, помнится, парочку подобных тварей я в убежище уже прятал…

— Живая? — спросил я, склоняясь над Натальей.

— Да! — Она, едва заметно прихрамывая, встала на ноги. — Ястребов, большое тебе спа…

Она замолчала на половине слова. Продолжала раскрывать рот, но не могла произнести ни единого звука.

Ну конечно! Аристарху не понравилось, что его дочь хочет поблагодарить того, кого он считает своим врагом.

Вот же пафосный индюк!

Кажется, пришло время как следует поговорить…

По изменившемуся лицу Натальи я понял — Аристарх перехватил управление её телом. Она попыталась броситься к Воронке, но я на половине пути поймал её в Ловушку.

Не давая опомниться, шагнул как можно ближе и положил руки ей на плечи.

Организм Натальи был истощён боем с монстрами, но всё равно продолжал сопротивляться. С обычным Одарённым я бы уже справился, но с ней было гораздо сложнее, чем с остальными Одарёнными.

Ничего не поделаешь, Разумовы — не просто Род. А один из самых древних и могущественных!

Свои секреты они умеют защищать как никто другой.

И, конечно же, Наталья была защищена едва ли не лучше всех, кого я здесь встречал…

— Что, человек, тяжело без драконьей помощи? — Рядом возникла ухмыляющаяся драконья голова. — Не переживай, Кыш тебя не бросит! Сейчас мы покажем ей, где химеры зимуют!

Драконья сила побежала по моим венам. Защита Разумовой не выдержала, и я наконец-то добрался до цели.

Поймав энергетический след, связывающий Наталью с её отцом, я вызвал энергетический образ Аристарха.

Передо мной возник высокий и худой старик с длинными, до плеч, седыми волосами. Кривой нос, ястребиный взгляд, властные движения. Аристарх Разумов был по-настоящему грозен и опасен.

Настоящий князь, пусть теперь и бывший. Даже сейчас, заточённый в своём собственном поместье, он был словно запертый в клетке зверь.

Сильный и очень опасный.

— Ну что, вот и свиделись! — Я улыбнулся, глядя ему в глаза.

Аристарх не пытался отвести взгляд. Смотрел прямо и уверенно.

Если он и удивился моему появлению, то хорошо это скрыл.

По исходящим от него вибрациям я понимал — он пытается вырваться. Но я крепко держал его на месте, как следует окружив множеством Ловушек.

Дед, конечно, сильный. Тут, в Бреши, его техника работала гораздо слабее, чем на Земле. Но мне всё равно было непросто.

Пару минут я точно смогу его удерживать. А дальше…

А дальше посмотрим!

— Ястребов, что ты хочешь⁈ — Голос Аристарха, кажется, гремел отовсюду.

— Что я хочу? Ну, как минимум, благодарности, что не дал твоей дочери умереть!

— Ты её не получишь. — Он мотнул головой. — Если девочка настолько слаба, что нуждается в поддержке какого-то барончика, то она недостойна права жить!

— Следопыт, а люди всегда так относятся к своим детям? — Мой дракоша сильно удивился. — Кыш думал, что забота о потомстве — один из ваших важнейших инстинктов!

— Так и есть, пушистый. Но это у нормальных людей. Аристарх явно не из них!

Я, конечно, догадывался, что Разумов — тот ещё отморозок. Но того, что он так относится к собственной дочери, не ожидал даже я.

Да он же настоящий социопат!

Ладно, шутки в стороны. Он передо мной, и я хочу как следует его допросить.

— Что вы ищете в этой Бреши? Что вам здесь нужно? Отвечай!

— Ох, Ястребов… — Аристарх вздохнул и улыбнулся. — Ты ведь даже не представляешь, во что ввязался…

Глава 17

— Ну и что это такое? — Цзян Вэнь подозрительно уставился на стоящую перед ним тарелку.

— Местное блюдо! — Один из молодых членов отряда с удовольствием наворачивал уже третью порцию. — Попробуйте, мастер. Очень вкусно!

Цзян Вэнь поморщился.

Лежащий перед ним кусок мяса был погружён в какое-то мерзко пахнущее желе. Он ткнул в него пальцем, и желе пришло в движение, извиваясь, словно живое.

Отвратительное блюдо!

И что только остальные нашли в этом странном «холодце»?…

Старый генерал тяжело вздохнул. Возложенная на него миссия продолжала тяготить. Ему хотелось обнажить оружие и броситься в бой. А вместо этого приходилось заниматься Великий Дракон знает чем…

Впрочем, всё проходило достаточно неплохо.

Переместившись на территорию Российской Империи, они быстро смогли затеряться среди местных.

Помогли фальшивые паспорта, заранее оформленные Департаментом разведки. И, разумеется, маскирующие артефакты.

У каждого члена группы с собой было по одному мощному артефакту, до неузнаваемости изменяющему внешность. Парочка Реликвий, потраченных на зарядку, немного возни с настройкой, — и теперь они все не отличались от обыкновенных жителей Российской Империи.

Сначала широкие и открытые новые лица их забавляли. Какие странные ноздри и скулы! А эти широченные глаза… Выглядят просто отвратительно!

Но они быстро привыкли. Артефакты изменили только то, как их воспринимали остальные. Сама их суть нисколько не поменялась, оставшись прежней.

Полдня — и отражение в зеркале перестало вызывать у них истерический смех.

Пожалуй, с этими