Легенда из подземелий - Алёна Дмитриевна Реброва

надеялась, что этот разговор – дурацкая шутка перед свадьбой. Может, он решил устроить нам путешествие?… С него-то станется!

Глотнув из потайной фляги Арланда успокоительного, я немного оправилась от волнения. Через некоторое время в дом забежала Люська, совершенно очумевшая от предстоявшего торжества, и потащила меня в город за покупками. Я позволила ей утащить себя в мир ярких тканей и красивых безделушек, стараясь не думать о том, что сказал инквизитор.

За прогулкой мы совсем забыли о времени: столько всяких мелочей нужно было выбрать к завтрашнему дню, голова шла кругом… Домой я вернулась только ближе к обеду.

Шел снег: крупные снежинки плавно кружились в воздухе, скрывая все, что было в двухстах метрах вокруг, белым туманом. Приятная усталость после долгих скитаний по рынкам охватила тело, я шла неспешно, погруженная в самые разные мысли.

Когда я подходила к дому, меня остановил прохожий, тронув за плечо.

– Уважаемая, не подскажете, не здесь ли живет Бэйр, ведьма с Великих Равнин? – спросил мужчина.

Обернувшись, я едва смогла говорить от изумления.

– Дейкстр!…

Исполнить предназначение

Осколок

***

Узнав от Рафнейрис о том, что Дейкстера ищут, Адольф пустился на поиски. Он знал, что последний раз рыцаря видели в порту Тангея, откуда уходили корабли на другой материк, а такой был только один.

Змей добрался до нужного места через несколько дней, но след рыцаря, как он и думал, уже остыл. Однако, найти информацию было несложно: разумеется, жители порта не могли не заметить драку между двумя шестикрылыми серафимами и рыцарем Ордена. Отыскался даже старый рыбак, который видел, куда рыцарь поплыл после того, как нырнул в воду.

Адольф находил все новых и новых очевидцев и шаг за шагом, словно по невидимой ниточке, медленно приближался к своей добыче. Если в каком-то месте рыцарю удавалось затеряться, то змей всегда догадывался, куда Дейкстр пойдет дальше, прислушиваясь к самому себе. Ведь, охотясь на Донана, Адольф словно преследовал самого себя: они были как братья, их учили и воспитывали одни и те же ланки, они набивали руку на одних и тех же делах. Стоило следу оборваться, змей думал, куда бы пошел на месте рыцаря, и никогда не ошибался.

Адольф не знал, что сделает, когда догонит Дейкстера. Нужно забрать осколок, но вот рыцарь… Похоже, Рэмол заставил Юкку навсегда отказаться от гильдии, а сам серафим не из мстительных. Голова Донана никому не нужна, и это ставило перед змеем определенный вопрос.

Адольф прекрасно помнил, как лишился лица. Когда ведьма, которую змей считал уже мертвой, подожгла постоялый двор, Дейкстру ничего не стоило прикончить своего преследователя. Однако, рыцарь оставил Адольфа в живых, и в последний момент ланк все же смог выбраться из горящего здания. Хотя огонь спалил всю его кожу, лишил больше части пальцев и того, что еще оставалось от глаза, теперь это не имело значения.

Адольф ходил по этой земле только потому, что Донан пощадил его в память о тех годах, когда они прикрывали друг другу спины. После этого о мести со стороны змея не могло быть и речи.

Про себя Адольф уже решил, что попробует украсть осколок, а самого рыцаря отпустит на все четыре стороны. Может, даже соврет Рэмолу про смерть вора, чтобы серафим не вздумал его искать. Да, это будет достойным ответом на благородный жест Донана… даже более, чем достойным.

Рыцарь двигался в сторону границ с Равнинами, Адольф понял это в первые же дни поисков. Великие Равнины – отличное место, чтобы пропасть без вести на несколько лет, путники туда не ходят, даже сплетни не выбираются дальше пограничных лесов. К тому же, рыцарю Ордена работа там всегда найдется.

Змей отставал от Дейкстера на пару дней, но уверенно шел следом. Каково же было его удивление, когда в одном из небольших городков на границе он, просматривая привезенных тропических змей, наткнулся на Леопольда.

Седой оборотень сам к нему подошел, подумать только! Предложил помощь своего брата инквизитора, увидев, во что превратилось лицо ланка…

Вспоминая вид недалекого оборотня в тот момент, Адольф всегда усмехался: даже дети, и те при виде безумной расцветки ланка старались сдержать свои эмоции и не пялиться.

Все это из-за Рэмола, проклятого весельчака. Когда змей не ответил ему, какую хочет чешую и глаза, серафим решил устроить ему пожизненную лотерею. Сначала все выглядело, как надо, но после первой же линьки все, чего коснулся Рэмол, стало другим. Серебристая чешуя слезла с левой половины лица, а на ее месте выросла медная. Глаз же стал янтарным, а волосы, которые восстановил небесный, черными – это был настоящий кошмар! Смотря на себя в зеркало по утрам, он едва ли сдерживал истерический смех: с одной стороны, собственное уродство его злило, но с другой… с другой стороны этот ланк в зеркале выглядел настолько нелепо, что даже сам Адольф заплатил бы какому-нибудь цирку, только чтобы посмотреть на такое!

Белые клочки прядей перемешивались с черными, бронзовая чешуя с серебряной, один глаз бирюзовый, другой – янтарный. При обычной линьке глаза и волосы никогда не меняли цвет, но теперь, после работы Рэмола, Адольф догадывался, что до конца жизни частично побывает во всех расцветках, которые только бывают у ланков.

Что ж, именно лицо ланка привлекло внимание Леопольда. А где был Леопольд с инквизитором, там, – Адольф знал это наверняка, – была и ведьма, виновница того, что змей теперь выглядит, как рябая трехцветная кошка. Новость о том, что Бэйр с Равнин оправдал молодой инквизитор, змей услышал в числе первых и не сказать, чтобы эта новость его обрадовало.

Адольф-то надеялся, что белая сова прикончит ведьму, избавив его самого от хлопот, но тот, как оказалось, собирался ее спасти! Теперь же, когда Бэйр буквально прошла под самым носом ланка, а в руках у него уже извивалась тигровая гадюка с Охмараги, решение проблемы напрашивалось само собой.

Решив, что даст Дейкстеру целые сутки форы, Адольф последовал за Бэйр. Он обогнал ее и дожидался на дороге, забравшись на дерево. Все шло, как по маслу, ланк подождал, пока Бэйр проедет под ним, потом кинул на дорогу змею, чтобы отвлечь внимание, и выстрелил. Зрение у Адольфа, как и у любого ланка, было неважное, но после работы Рэмола выстрелить из лука в цель, находящуюся в двенадцати метрах, Адольф мог без труда.

Однако, лошадь ведьмы, нелепая рыжая конина, в последний миг отскочила в сторону, и стрела попала в черноволосого монаха… Адольф понятия